Забытая реликвия - Кэролайн Пекхам

если ничто в этом месте не было реальным. Я моргнула от яркого света, который встретил меня, и в замешательстве подняла глаза, осознав, куда привел меня сон Эрика.

Над моей головой простиралось бескрайнее голубое небо, и палило солнце, согревая мою кожу, как будто была середина лета.

В зимней одежде, которую я себе создала, было некомфортно из-за жары, поэтому я сменила свой наряд на тонкую голубую рубашку и джинсовые шорты.

Теплый ветерок шевелил высокую траву и щекотал мои колени, пока я смотрела на раскинувшийся передо мной пейзаж. Я стояла на холме, который удалялся от меня, прежде чем упереться в сверкающее голубое озеро, и вокруг не было ничего, кроме природы.

На полпути вниз по склону я смогла разглядеть очертания человека, лежащего в высокой траве.

Я еще раз огляделась, не уверенная, что подкрасться к монстру — лучшая идея. Но я уже зашла так далеко и не собиралась поворачивать назад. Кроме того, я напомнила себе, что могу взять под контроль этот сон в любое время. Здесь преимущество было не у него, и мне нужно было помнить об этом.

Я подошла ближе и обнаружила, что Эрик лежит в траве рядом с моей сестрой. Она держала его за руку и крутила маргаритку между пальцами над ними. Его голова была повернута к ней, и он улыбнулся, наблюдая, как она играет с маленьким цветком.

Они оба были одеты для жаркой погоды, и его кожа не была бледной и полупрозрачной, она была теплой и слегка окрашенной солнцем.

Фальшивая Монтана заметила меня, и широкая улыбка осветила ее лицо. — Давай поплаваем, Келли? — взволнованно спросила она, садясь и указывая на озеро.

Она сняла рубашку, обнажив черный бюстгальтер, который странно блестел. Затем она сняла шорты, и под ними оказались плавки в тон. Я предположила, что они предназначены для использования в воде, но с этим была небольшая проблема.

— Ты не умеешь плавать, Монти, — напомнила я ей.

Она смотрела на меня несколько долгих секунд, моргая чаще, чем это было естественно. — Может, искупаемся, Келли? — снова спросила она, ее версия в сновидении не могла сделать ничего, кроме как сыграть свою роль в этом месте.

Я вздохнула и покачала головой. — Ты иди. Я присоединюсь к тебе позже.

— Хорошо, — она лучезарно улыбнулась и побежала прочь от нас к озеру, где я уже заметила плавающих Клариссу, Фабиана, Майлза и еще одного мужчину-вампира, которого я не узнала. За исключением того, что, присмотревшись повнимательнее, я поняла, что они не были вампирами — они тоже были людьми.

— Ну же, Келли, — поддразнил Эрик, выпрямляясь. — Разве ты не хочешь присоединиться?

У меня возникло странное ощущение, что в этом придуманном сценарии мы были друзьями, и от нелепости этой идеи у меня по спине пробежала дрожь.

Я некоторое время наблюдала за ним, пытаясь понять, понял ли он, кто я такая, или нет. Он вел себя так, будто еще не осознал, но я уже знала, что все, кого я навещала, довольно быстро обо всем догадывались.

— Может быть, мне просто не нравится солнечный свет, — ответила я, пожав плечами, желая, чтобы появилось дождевое облако.

Когда его темная тень упала на нас, моя кожа покрылась мурашками, и я боролась с желанием задрожать.

— Да ладно, я думаю, мы оба знаем, что это ложь, — ответил Эрик с ухмылкой.

Облако рассеялось, и солнце снова осветило нас. Он насмешливо поднял бровь, и я посмотрела на него с подозрением. Это было не то чудовище, которое описывал Магнар, и все же я знала, что каждая грязная история об этом существе — правда. Так Эрик Бельведер был человеком или монстром? Или он просто был и тем, и другим в зависимости от того, какое настроение его охватывало?

Я услышала, что кто-то приближается к нам, и подняла глаза, когда Фабиан трусцой направился к нам. Он сиял, глядя на меня, его руки были раскинуты, как будто он ожидал, что я шагну в его объятия. Я могла сказать, что эта его версия из сна должна была быть со мной. Ложные воспоминания нахлынули на меня о том, как мы вчетвером проводили время вместе, как какая-то странная счастливая семья, и я инстинктивно воспротивилась этой идее.

Я нахмурилась на Фабиана из сна и сердито взмахнула рукой, заставляя его полностью исчезнуть.

— Как будто это когда-нибудь случится, — раздраженно сказала я.

— Это мой сон, — возразил Эрик. — Так что, если мне нравится идея о том, что ты делаешь моего брата счастливым, тогда это то, что ты здесь будешь делать. Неужели это так плохо?

Фабиан появился снова, и я стиснула зубы от разочарования, когда Эрик вырвал контроль над сном из моих рук.

— Он психопат-убийца, и когда я видела его в последний раз, я оторвала ему голову. Так почему, черт возьми, ты вообще думаешь, что я буду счастлива с ним? — Я впилась взглядом в фальшивого Фабиана, и его голова отвалилась за долю секунды до того, как я пронзила Фурией его сердце, и он превратился в пепел, который унес ветер.

Я чувствовала, что Эрик пытается восстановить контроль над сном, но я пришла сюда не для того, чтобы играть с ним в игры. Я украла солнце с неба и вместо этого наполнила его звездами. Я представила, что Монтана исчезла, а озеро наполнилось кусачими тварями, которые напали на нас в Гудзоне.

Когда семья Эрика начала кричать, я заставила его вернуться в форму вампира и смотреть, как они истекают кровью.

Его воля боролась с моей собственной, когда он пытался вернуть контроль над своим сном и прогнать кошмар, но я держала его под своим контролем и не отпускала.

— Что случилось с моей сестрой? — Спросила я.

Эрик обнажил зубы, показывая острые клыки, и я почувствовала страх, который он пытался сдержать.

— Освободи мою семью, и я скажу тебе, — прорычал он.

Я взглянула на озеро, которое медленно наполнялось кровью, поскольку кусачие питались его братьями и сестрой. Их одного за другим утаскивало под поверхность, и вода затихла.

Эрик уставился на кровавое озеро, и его рука сжалась в кулак.

— В чем дело? — Холодно спросила я. — Тебе не нравится, что у тебя отняли семью?

— Ладно, я понял, — пробормотал он, снова поворачиваясь ко мне лицом.

— Я так не думаю, — прошипела я.

Холм исчез, и мы оказались возле «Банка Крови», а Вульф свирепо смотрел на меня, и его глаза были полны убийства. Он прыгнул ко мне, но мой отец оттолкнул меня в сторону, получив рану,