Багровые небеса - Джеймин Ив

«Впереди небольшое препятствие, и думаю, что трещина будет достаточно большой, чтобы я мог безопасно взлететь. Нам не нужно будет проделывать весь этот путь до луча света».

С облегчением я снова прижалась к нему.

«Подожди, небольшое препятствие?»

Он не ответил, вместо этого его темп замедлился, и я открыла глаза, чтобы увидеть перед собой настоящий кошмар. Сотни кошмаров.

Существа загромоздили путь, не оставив места для дракона-оборотня. Захак осторожно поставил меня на ноги, а затем сменил стойку, чтобы загородить меня своим телом. Детеныш прижался к моей груди, и я заметила, что его глаза открыты, но он, казалось, был доволен тем, что прижимался ко мне.

- Небольшое препятствие? - Ошеломленно повторила я.

Нам с Захаком нужно было обсудить этот термин более подробно, потому что я не была уверена, что он понимает, что это значит.

- Морган, мне нужно, чтобы ты отошла от меня, - прорычал Захак, и после того, как мы говорили в основном через связь, его голос звучал глубже, чем когда-либо.

- Они у нас за спиной, - прошептала я в панике.

- Знаю, - выпалил он. - У нас есть один шанс, но мне нужно измениться. Если я призову энергию, когда ты будешь так близко, ты будешь уничтожена в процессе.

О, точно. Правильно! В нашей команде был огнедышащий дракон.

Когда кошмарные существа надвигались на нас спереди и сзади, в разной степени разложения - некоторые выглядели почти целыми, в то время как другие потеряли большую часть кожи и представляли собой, по сути, лишь ожившие мышцы и кости, - у меня было только одно направление, в котором я могла двигаться: в сторону. Астра пошла со мной, ее успокаивающее тепло не давало мне сойти с ума.

«Закрой глаза».

Зная, насколько интенсивным был свет, когда они менялись, я не только закрыла глаза, но и отвернулась. Жар нарастал почти сразу, и внутри я почувствовала такое же жжение от энергии, которую впитала, когда спала на нем.

Энергия Захака отличалась от энергии Драгера, это я знала наверняка, но у меня не было времени анализировать причины. Не то чтобы мне действительно нужно было анализировать это, когда Захак уже довольно откровенно объяснил, что он был моей настоящей парой, а Драгер крал нашу связь через связь Пятерки Падших друг с другом. Факт, который быстро становилось все труднее отрицать.

Рев Захака сотряс пещеру, и когда свет погас, я открыла глаза и несколько секунд таращилась на разъяренного, покрытого черной чешуей зверя в центре пещеры. Несмотря на то, что мы находились в обширной части впадины, все это показалось меньше, когда Захак поднял голову и снова взревел на весь мир.

Кошмарные зомби никак не отреагировали, и это было единственным доказательством того, что они были не в своем уме. Захак был ужасен в своей гуманоидной форме, но в таком виде… не было достаточно сильных прилагательных. Можно понять это, только если ты сам побывал здесь и испытал на себе всю эту напряженность.

В пещере становилось все жарче, и я пятилась, пока не прижалась к боковой стене, а камень, упиравшийся мне в спину, не прожег одежду. Астра встала передо мной, словно защищая, и я задумалась, каковы были шансы Захака в одиночку справиться с таким количеством существ.

Я получила ответ всего через несколько секунд, когда его огонь пронесся по впадине, и я низко пригнулась и отвернулась, чтобы защитить детеныша. По моей обнаженной коже словно прошлись пескоструйной обработкой, пока Астра снова не переместилась, блокируя самую сильную часть огня и мощи.

Опустив голову, я старалась не волноваться, но у меня не было возможности узнать, выигрывал Захак или проигрывал.

«Проигрывал...? Ни за что, ла мойар.»

Из-за грохота его дракона у меня в голове, наверное, я чуток описалась. Это было глубоко и по-звериному, жгло мой разум так же горячо, как огонь, который он разбрызгивал по пещере.

От того, как он прорычал «ла мойар», у меня мурашки побежали по спине. Я почти проиграла свою битву за то, чтобы оставаться беспристрастной по отношению к этому дракону, из-за желания подождать, пока мы не вернемся к Драгеру и не сможем все обсудить, чтобы все стало открыто. Один этот скрежет сказал мне, что я ни за что не протяну так долго.

«Мой брат-ублюдок воспользовался нашей связью», прорычал зверь, выглядя крайне раздраженным. «Он знал это, и из-за этого с ним не нужно считаться».

Если бы я не спряталась за Астрой, мои ослабевшие колени заставили бы меня рухнуть на землю. Я думала, что Захак как мужчина был сильным и разрушительным, но его дракон не был похож ни на кого другого в мире. Мои бедные человеческие чувства были подавлены, а разум лихорадочно соображал, пытаясь во всем этом разобраться.

Когда жар, наконец, спал, я поднялась на ноги, более устойчиво, чем ожидала.

- Ну и черт. - Я сглотнула, когда увидела эту сцену.

Все зомби исчезли. От разлагающейся плоти кошмарных созданий остались только пепел и подпалины на камне. Захак, все еще в облике дракона, пристально наблюдал за мной своими темными, бездонными глазами.

«Иди ко мне, пара.»

Сначала я сопротивлялась, но на этот раз испытала наслаждение, услышав, как дракон смеется у меня в голове. Из его массивных челюстей одновременно потянулись струйки дыма.

«Ты не представляешь, как долго я ждал тебя», - сказал он мягче, чем раньше. Дракону не свойственно быть мягким, но в этом грохоте было что-то успокаивающее. «Я мог бы стоять здесь десятилетиями, ожидая, когда ты выберешь меня.»

«Выберешь меня.»

Кроме того, я всю жизнь ждала, когда кто-нибудь выберет меня, и даже если бы у меня в груди не было щемящего ощущения нашей связи, я бы пошла к Захаку.

Спотыкаясь, я направилась к зверю, размеры которого пугали и подавляли, но ни секунды не колебалась.

«Забирайся мне на спину.»

- Что за нахер? - Я наклонила голову, как сбитый с толку щенок.

В награду я услышала еще один раскатистый драконий смех.

«Я не знаю, как это переведется на человеческий, но в этом языке твое использование слова «нахер»... забавно.»

Настала моя очередь рассмеяться.

- Да, у меня всегда был острый язык. - Это был вызов моей матери, которая говорила мне, что леди никогда не ругаются матом, но, по-видимому, ее не волновало, лгут ли им, манипулируют ли ими или абъюзят. Ну, потому что ругательство - единственный признак порочности.

Дракон взревел. Это было недостаточно громко,