Ледяное сердце Элленхейма (СИ) - Иконникова Ольга

Когда я пришел в его комнату, тут было слишком много народа, и я велел слугам всех разогнать. И всё-таки мне не удалось остаться наедине с сыном. Ужасная новость слишком быстро распространилась по дворцу.

Сначала сквозь охрану (и почему я не подумал приставить ее к сыну раньше?) прорвалась принцесса Элина. На глазах у посторонних она не решилась опуститься на пол рядом со мной или выразить свои чувства криком. Но я видел – этот крик так и рвался с ее до крови искусанных губ. А в глазах ее застыло отчаяние. И сейчас она мало походила на прежнюю себя, и увидь я ее сейчас первый раз, я не назвал бы ее красивой. Так она и стояла чуть поодаль, протягивая к Вегарду дрожащую руку – словно хотела мысленно коснуться его.

Потом в комнату пропустили короля Матиаса. Он долго стоял у порога и, судя по беззвучно шевелившимся губам, читал молитву.

– Мы найдем того, кто это сделал, Эйнар! – наконец, сказал он вслух. – И хотя я понимаю, что это не вернет вам сына, но…

– Найдите его! – прорычал я. – И он пожалеет, что родился на свет!

– Не беспокойтесь, ваше величество! – Матиас положил руку мне на плечо. – Напав на вашего сына, убийца попрал законы гостеприимства, и тем самым нанес оскорбление и мне как хозяину дома, и теперь найти его – дело чести. Я уже вызвал начальника дворцовой стражи, королевского эскулапа и главного мага Терции. Надеюсь, вы позволить им здесь всё осмотреть.

Я кивнул. Я понимал, что это необходимо. Я и сам теперь, когда первый шок от произошедшего прошел, уже скользил взглядом по комнате, стараясь обратить внимание на каждую деталь.

Следов борьбы я не заметил. Значит, Вегард принял яд добровольно. Хотя, разумеет, принял он не сам яд, а то, во что его подмешали. На массивном столе у окна стоял поднос с наполовину съеденным ужином – на серебряных тарелках лежали хлеб и мясо. Там же был и кувшин – вряд ли с водой, скорее, с чем-то покрепче.

– Кто приносил ему ужин?

– Мы скоро выясним это, ваше величество! – басом отозвался высокий мужчина с рыжей бородой – должно быть, тот самый начальник стражи. – Насколько я понимаю, у вашего сына здесь были и собственные слуги?

– Разумеется, – подтвердил я, – но вам вряд ли стоит тратить на них время. Все они служат нам уже не один десяток лет, и трудно представить, что именно, в чужой стране, им взбрело бы в голову навредить Вегарду.

Начальник стражи чуть поклонился, но явно остался при своём мнении. Конечно, в их интересах обвинить во всём моих людей, дабы очистить от крови свои руки. Но я не позволю им этого!

Главный маг – старик с длинной спутанной седой бородой – уже пытался отыскать в комнате хоть какой-то магический след. Но я знал, что он ничего не найдет – потому что сам уже проделал то же самое и ничего не почувствовал. Магию сегодня здесь никто не применял – ни сам Вегард, ни его визитер, кем бы он ни был.

– Это был настой горной верданы, которую часто именуют еще остролистной, ваше величество, – сообщил румяный доктор, осмотрев тело Вегарда и понюхав стоявшую на столе посуду. – Ее можно встретить и у вас в Нерландии, и у нас в Терции – она растет в горах и в маленьких дозах весьма неплохо помогает при головной боли.

Я нахмурился. Уж не хотел ли он сказать, что Вегард принял этот настой по собственной воле? Сын был молод и крепок, и что такое головная боль даже не знал.

– Настой добавили в кувшин или в кружку?

– В кружку, ваше величество. Никаких признаков верданы в кувшине нет.

– Как быстро действует этот настой? – спросил я. – И почему мой сын не почувствовал, что в напиток что-то было добавлено?

Если он попытается намекнуть на то, что Вегард прекрасно знал, что пил, я рассеку этого эскулапа мечом надвое прямо здесь и сейчас. Но он, должно быть, заметив ярость в моем взгляде, благоразумно подобного не сказал.

– У этой травы почти незаметные вкус и запах. А действует она довольно быстро – как правило, в течение получаса. И если его высочество потом и понял, что его отравили, то сделать ничего уже не мог – тело быстро цепенеет, и невозможно ни закричать, ни шевельнуть рукой.

Ну, что же, это объясняло то, почему Вегард не позвал на помощь. Мой взгляд остановился на стоявшем в дверях невысоком мужчине средних лет.

– А где, кит вас подери, в это время были вы, Варг? Разве вы не должны были быть тенью своего хозяина? И где были остальные слуги? Как вы могли оставить его одного?

Тот съежился, будто я ударил его.

– Его высочество отослал нас сам. Он дал нам денег и велел хорошо погулять в лучшей таверне города. Мне показалось, что он ждал кого-то. Он хотел отослать нас, чтобы мы не увидели того, кто должен был к нему прийти. Поскольку такое случалось уже не в первый раз, я не осмелился возразить. Кто я такой, чтобы перечить его высочеству?

– И вы отправились в таверну?

– Именно так, ваше величество, – поклонился Варг. – Мы ушли три часа назад, а вернулись только недавно. И мы весь вечер были все вместе, ваше величество – можете спросить любого из нас.

Конечно, я не думал, что кто-то из них поднял руку на своего хозяина. Я винил их лишь в том, что они так легкомысленно оставили Вегарда одного. Хотя я знал, что сын был страшен в гневе, и вздумай они ослушаться приказа, им пришлось бы несладко.

От множества мыслей у меня уже кружилась голова, и с каждой секундой становилось всё трудней и трудней понимать то, что говорили все эти люди.

– Ваше величество, вам нужно отдохнуть, – сказал доктор.

– Я провожу вас до апартаментов, друг мой, – король Матиас подхватил меня под руку. – Время не повернуть вспять. Его высочеству уже не помочь, но вы должны подумать хотя бы о себе самом.

Я хотел возразить, но даже на это оказался не способен. А потому позволил отвести себя в свою спальню и велел камердинеру никого ко мне не пускать. И даже когда пришел Бьорн, я не поднялся с кровати. Я не знал, как мне нужно было разговаривать с ним сейчас. Мне нечего было ему сказать.

И когда на следующее утро мне доложили о визите начальника дворцовой стражи, я тоже лишь отмахнулся, не желая ни с кем говорить.

– Простите, ваше величество, – осторожно сказал мне камердинер, – но мне кажется, вам нужно выслушать господина Ульсена. Похоже, убийца его высочества уже найден!

Глава 20. Кайса

– Лотта? – мне показалось, что я ослышалась. – Ваше величество, но это не может быть правдой! Я знаю ее уже много лет! Она на такое не способна!

Но отец вздохнул:

– Против нее есть неоспоримые улики, дорогая. Я и сам поверил в это не сразу, но есть несколько фактов, которые указывают именно на нее.

– Фактов? – изумилась я. – И что же это за факты?

Всё это не укладывалось у меня в голове. Лотта была милой и доброй девушкой, и мне было трудно представить, что она могла желать кому-то зла.

– Во-первых, в спальне его высочества был обнаружен ее чепец. И хотя она утверждает, что была там не вчера, а несколькими днями ранее, ее слова звучат не убедительно – с чего бы принцу держать чепец какой-то служанки у себя в комнате?

– Но она действительно была там несколько дней назад! – воскликнула я, вспомнив рассказ Лотты. – Его высочество обманом заманил ее туда, и она с трудом сумела вырваться!

– Не клевещи на покойного, Кайса! – отец неодобрительно покачал головой. – Его высочество прибыл сюда с серьезными намерениями, и он не стал бы размениваться на служанок. Но даже если допустить, что она сказала правду, и принц действительно заманил ее к себе и силой ею овладел, то тогда у нее был повод затаить на него злобу и желать ему отомстить.

– Он не сделал ей того дурного, на что вы намекаете, отец, – возразила я, – и я думаю, что она предпочла забыть ту встречу как страшный сон. Что же касается чепчика, то он мог слететь с ее головы именно в тот день, а принц просто не заметил его.

– Ты не понимаешь, Кайса, – отец опустился в кресло и издал еще один тяжкий вздох, – дело не только в чепце. – Лотта неплохо разбирается в травах, надеюсь, этого ты не будешь отрицать? До того, как поступить в услужение к тебе, она вместе с несколькими взрослыми женщинами собирала целебные растения для нашего доктора. А значит, могла знать о вердане и ее свойствах. И самое главное – в ее комнате, под матрасом ее кровати нашли мешочек с сушеной верданой.