Мария. По ту сторону несбывшегося (СИ) - Дез Олла

- А Дон Хакобо как оказался в особняке в ту ночь? - спросила я пока нам несли десерт на котором настоял Арт.

- Я не сказал? Так он же сын герцога и его наследник? Покойная герцогиня приходилась ему мачехой.

- Мачехой? И какие у них были отношения?

- Как у мачехи и пасынка. Напряжённые. Они не сильно ладили. Но не думаю, что Хакобо мог её убить. Поссориться среди ночи они запросто могли. Опять-таки, не думаю, что он мог бы её ударить. Но.… Всё может быть. Женщины, они способны вывести из себя даже святого.

- Да что ты?… - начала я, но остановилась.

- Да? - подался он вперёд.

- Ничего. Десерт! - кивнула я на бесшумно появившегося официанта.

Оставшуюся часть обеда мы провели в молчании. Арт явно что-то обдумывал и рассеянно блуждал взглядом по ресторану.

А по возращении в фамильный особняк фон Мёнерихов нас ждал неприятный сюрприз - приглашение в кабинет от отца Артура, желавшего с нами побеседовать.

Пока мы шли за дворецким фон Мёнерихов в кабинет, Артур наклонился и стал шептать:

- Мари. У отца в кабинете висит портрет. Это работа Диего Веласкеса, любимого художника отца. Я думаю, ты и так его узнаешь, но на всякий случай. На портрете изображена одетая в черное женщина, с веером в руках. Полотно довольно большое и ты его не пропустишь. Сосредоточься на нём. Если кто и способен сказать правду о дражайшем папочке, то только эта картина.

Я сдержанно кивнула. Веласкес, так Веласкес.

Кабинет старшего фон Мёнериха, не в пример всем остальным комнатам в особняке, был на редкость монохромным, то есть выполненным в одном цвете. И этот цвет был - чёрный. Никакой позолоты или, упаси Праотец, кричащих и ярких цветов. Дерево и то было затонировано чёрным лаком. Всё было очень мрачно, под стать своему владельцу, который мне всегда внушал ужас. Я не была с ним знакома, пока мы были вместе с Артуром, но слышала достаточно.

Артур всегда встречался с отцом без меня, не приглашал его к нам, и я сначала ужасно обижалась, думая, что, возможно, он меня стыдится. Но, как оказалось, всё было совершенно наоборот. Артур меня оберегал от своего отца, да и от остальной родни тоже.

- Присаживаетесь! - с любезной улыбкой, от которой меня бросило в холод, произнёс герцог фон Мёнерих.

Артур усадил меня в кресло и, взяв стул, придвинул его ко мне практически вплотную. Чего это он?

- Артур, мальчик мой. Я общался с неской Марией целый месяц без твоего участия и, как видишь, не съел её, - ласковым голосом проворковал герцог, а меня опять пробил озноб.

- Возможно. Но больше такого не повторится, и не мечтай. Только в моём присутствии! - а вот от голоса Артура во мне что-то заметно потеплело, и я смогла ещё раз осмотреться.

Портрет, о котором говорил Артур, и в самом деле, невозможно было пропустить. Он был под стать кабинету. И женщина в тёмном платье, и её ожерелье из тёмного камня, и приколотая к волосам чёрная кружевная вуаль - всё идеально вписывалось в интерьер. Было что-то в её лице немного отталкивающее. Может быть, большие, как мне показалось, немного навыкате, глаза? Или тёмные тона в её одежде так меня тревожили? Яркими светлыми пятнами выделялись глубокое декольте и белые перчатки. При такой тёмной одежде - и такое глубокое, подчёркнутое декольте? Веер, что дама держала в руках, был также тёмного, бархатистого оттенка.

Вдруг женщина на портрете пошевелилась и, кокетливо обмахнувшись веером, начала выходить из полотна. Она подошла и встала за креслом герцога, сидевшего за своим столом. А потом выжидающе посмотрела на нас с Артуром.

Мне показалось, что Артур что-то такое почувствовал, потому что откинулся на спинку стула, положил ногу на ногу, приняв более расслабленную позу, и взял меня за руку.

- Отец, ты ведь мне так и не рассказал - что ты сам делал в тот вечер в особняке герцогов Альба?

- Меня пригласили на ужин, - коротко ответил герцог.

- А почему ты отпустил водителя и остался на ночь?

- Меня об этом попросила хозяйка, - последовал спокойный ответ.

Дама с портрета при этих словах кокетливо приложила веер к губам и захихикала.

- Она была вашей любовницей? - вдруг выдала я, сама от себя подобного не ожидая.

При этих словах герцог внимательно посмотрел на меня и вдруг хищно улыбнулся:

- А вы изменились, Мари. Одежда, походка, посадка головы, взгляд. Вот теперь я начинаю, наконец, понимать, что удерживало возле вас Артура в течение трёх лет! - ответил этот страшный человек, глядя прямо на меня.

- Ты не ответил на вопрос. - подал Арт голос.

- И кто поведал вам этот секрет? Хотя, дайте угадаю. Надеюсь Веласкес? На меньшее я не согласен, - сказал герцог, откидываясь назад в своём кресле, принимая, также как и сын, более расслабленную позу.

Дама с портрета вытянула руку и вдруг провела ей по волосам герцога. Тот даже не пошевелился, а я зачарованно снова выпалила:

- Она вас любила…

- Она, по крайней мере, мне это всегда говорила. Да, мы были любовниками. Именно по этой причине, в память о женщине, которая достаточно долго продержалась рядом со мной, я и затеял это расследование… - кивнул герцог, подтверждая мою догадку.

- Она что-то хотела от тебя в ту ночь? - спросил Артур.

- Что может хотеть женщина от мужчины? Тебе это нужно объяснять? С каких пор? - ехидно поинтересовался герцог.

Дама с портрета нахмурилась и покачала головой. А я снова вмешалась. Это рука Артура на моей и его присутствие делают меня такой смелой, что я решаюсь всё это выговаривать герцогу в лицо?

- Нет. Вы лжёте. В ту ночь она что-то ещё хотела от вас.

На меня снова бросили хищный взгляд, а Артур сжал мою руку.

- Хорошо, вы всё равно скоро докопаетесь. Кто-то обязательно проболтается, - задумчиво протянул герцог. - В ту ночь Розалия затеяла магический ритуал. С обретением ею дополнительной магии она полюбила различные, скажем так, эксперименты. У неё была магия и до нахождения Грааля, всё же она аристократка, но артефакт ей многое дал, и она слегка увлеклась.

- И ты принимал участие в этих экспериментах? - напрягся Артур.

- Нет. Мне всё это было неинтересно и казалось глупой детской затеей. Но я - самый сильный маг в Мадриде, и был нужен для подстраховки, на случай, если что-то пойдёт не так. Я уже однажды ликвидировал последствия её неудачной работы с магией смерти и признаюсь, ждал и в ту ночь чего-то похожего. Но, к моему удивлению, всё обошлось.

- То есть она не экспериментировала в ту ночь?

- Этого я не сказал. Был мощный выброс магии. Я его почувствовал - находился в тот момент в соседней комнате. Но устранять нежелательные последствия меня не позвали.

- А где это было? - уточнил Артур.

- На третьем этаже. Там есть специально оборудованная Розалией комната. Я был в соседней с этой комнатой гостиной. Беседовал с кардиналом Херонимо Кастильон-и-Салас.

- Кардинал почувствовал то же, что и ты?

- Вот что ты задаёшь глупые вопросы? Великий инквизитор и не почувствовал бы мощного выброса магии? - сердито фыркнул герцог.

- Вы это обсудили? - не сдавался Артур.

- Нет. Но кардинал был недоволен. Я успел это заметить по его взгляду.

- Кто, по-твоему, принимал участие в эксперименте? - снова спросил Артур.

- Понятия не имею. Я же говорю. Мне всё это казалось детской шалостью, и я не вникал. Ну, был у любовницы маленький каприз. Почему нет? - пожал плечами герцог.

Дама с портрета всё это время кивала, подтверждая, что герцог говорит правду, и поэтому сейчас я не стала сомневаться в его словах. Герцог и в самом деле был сильнейшим магом и ему были скучны заурядные эксперименты.

- А что было потом?

- Мы распрощались с кардиналом, и я пошёл вместе с появившейся Розалией к ней в спальню, - невозмутимо ответил герцог.

- Когда ты ушёл от неё? Я это спрашиваю не из праздного любопытства, как ты понимаешь, - ухмыльнулся Артур.

- Я понял, сын, - герцог отзеркалил ему ухмылку, - Около трёх часов ночи.