Опасная пара для темной (СИ) - Дарья Вознесенская

Окна не только ставнями прикрыты, но и промасленным пергаментом, частично пришедшим в негодность. Исправимо. Каменный пол хорошо промазан, почистить да половиком прикрыть - и все будет замечательно. И стол есть, и утварь, и стулья, кресло, глубокие и большие кадки, которые для мытья можно использовать. За одной из дверей - маленькая комнатка с кроватью, на которой мы с Аникой поместимся, еще и останется. Грязноватый мешок размером с кровать полон свалявшихся перьев и сена, но это тоже не проблема. Тем более, что в захламленной кладовке за второй дверью много чего обнаружилось. И шкуры, и шерстяные тряпки, и даже парочка грубых гобеленов - на стены для тепла их повесить можно. Но главное - большая каменная печь.

Я таких и не видела прежде.

Она круглой была, располагалась не посреди комнаты, а посреди домика, прямой каменной трубой уходя вверх. Сам дом был будто вокруг нее обернут, внутренние стенки смыкались на ее боках, и так получалось, что в каждой комнате - даже в кладовке - был кусок этой печи. А значит везде будет тепло.

Для меня, постоянно мерзнущей в последнии дни, это стало решающим аргументом.

- Уверена? - Ворон понял без слов. - А проклятие… и вот эти все странности?

- Они когда еще будут проявлены, - кивнула сама себе решительно, - А есть, спать, греться и мыться мы хотим уже сейчас.

Я вышла на крыльцо и сообщила благосклонно привалившемуся к дереву инквизитору, который с трудом оторвал настороженный взгляд от Аники…

...ну рисует ребенок пентаграмму-ловушку на земле, чего так смотреть?

- Так уж и быть.

- Что? - нахмурился инквизитор.

- Я согласна остаться. И работать в академии.

- Но я и не… - попытался возразить инквизитор.

- И взять на себя ваши заботы и хлопоты.

- У меня нет забот и хлопот! - возмутился инквизитор.

- Теперь будут. И дом неплох на первое время… Только прикажите, чтобы нам принесли наши вещи, продукты, дрова, сено - наверняка же запасли для живности! - лучшие ваши подушки и приборы столовые, чтобы кадку с чистой водой поскорее доставили, чернильницы и пергамента побольше, веревки толстые, веревки тонкие, глину для щелей…

- И это все? - спросил язвительно инквизитор.

- Завтра список может пополниться.

- Знаете… - Киану Бхавин явно хотел выругаться, но покосился на Анику, наносящую последний штрих, и не стал, - Почему то, что вам надо, делать должен я?

- Привыкайте, - пояснила ему охотно. - Теперь это часто так будет.

Бедные пресветлые

- Ма-ам… разве у пресветлых на всех не хватает денег? - Аника сидела на стуле, смотрела на огонь в печи и задумчиво качала ногой, - Мы же бывали в других замках, у наставниц, там по-другому! Почему в этой академии все так… странно?

И бедно. И неуютно. И грязно... У малышки за плечами уже столько ля и событий, что иному и не снилось. Потому ее рассуждения были порой настолько взрослыми и совершенно в искру.

Пресветлые не бывали бедными.

Как и оракулы в нашем королевстве, они всегда были близки с властью - сами представляли власть! Это означало собственную армию, казну, драгоценные камни, лучшие ткани, книги, дворцы. Мы в этом убеждались - и не раз - в Агре и окрестностях. Чего только стоит главная академия инквизиторов, в которую мы с моей наставницей ездили в гости, посмотреть, как там всем ведьмы управляют?

Точнее "перенять опыт преподавания", но ведьмы называют вещи своими именами.

Белоснежный замок в багряном лесу - сам как государство в государстве. С настолько роскошным убранством что мне делалось постоянно не по себе. Будто я неловким движением могу уронить какую-то особенно дорогую статуэтку, а потом в жизни не расплачусь. Суровое на вид Его Светлейшество, марширующие нога в ногу инквизиторы в роскошных одеждах.

И хитрые ведьмочки, прибравшие там все к рукам.

Я полагала, что все прочие учебные заведения такие же. Я видела подобные в Агре. Мне рассказывали, что пресветлые всегда берут лучшее и самое дорогое. И ведьм теперь берегут. Ждут. Но то, что здесь…

Академия “одаренных” - и теперь я четко отслеживала издевательские нотки в этом названии - разместилась на самом неудобном, влажном, холодном и продуваемом месте. Я насчитала семнадцать неказистых домов разного размера. Хозяйственные, учебные, несколько одноэтажных длинных построек для учеников - даже не заглядывала туда, и так понятно, что все вповалку. Все они на разном удалении друг от друга, ни единой мощеной дорожки, кругом грязь, топи, неуютные скалы…

Не знай я, о чем идет речь - приняла бы за тюрьму. Из которой каждый волен уйти, но никто не уходит, потому что некуда.

Не имей я дела с пресветлыми прежде, теми самыми пресветлыми, которые каждого своего мальчишку, одаренного искрой, пестовали со значением - решила бы, что учеников здесь унижают и наказывают просто за факт их существования.

Не увидь я славных фамилий в списке учащихся, который мне нехотя предоставил комендант Чирага Мишти, была бы уверена, что сделано все только для бедняков.

Что скрывала эта академия? И пресветлые?

Почему здесь не просто ведьмы не приживались - их, в конце концов, никто не ждет - но женщин тоже не было? Даже среди слуг?

Зачем создана такая академия на самой окраине королевства, куда и добраться не то что трудно - не хочется никому?

И почему, Триединая, я вынуждена сталкиваться с этими вопросами?!!

Я ведь не хочу. И не хотела. Иметь проблем больше, чем уже существовали в моей жизни. Я всего лишь искала место, которое могла бы считать хотя бы на какое-то время нашим домом, а нашла это… искажение. По-другому не назовешь.

- Не знаю, милая, - ответила запоздало на вопрос дочери, - Возможно, чтобы воспитать их характер такими трудными условиями.

- Взрастить злость, чтобы они сильнее кидались на окружающих, - сделала свои выводы ведьмочка.

Она и сама злилась. Не нравилось ей здесь. А может просто устала. Два дня мне помогала отмывать домик, чистить, прилаживать. Торф училась собирать болотный. Пусть нам принесли все, что я потребовала, но дрова, продукты и прочие важности, которых потом можно и не дождаться, следовало расходовать экономно. Потому параллельно с обустройством нашего жилья я исследовала окрестности - что растет здесь, что горит.

Что убить может - а что оживить.

Ну и готовилась к занятиям. Мне дали передышку…

… ой,