На высоте в милю с вампиром - Линси Сэндс

туда-сюда, каждый спешит оказать какую-то медицинскую помощь, и никто из них, казалось, не замечает ее присутствия. Она взглянула на себя и увидела, что на ней окровавленная белая шелковая блузка и черные брюки. Это одежда, в которую она была одета в самолете, та, в которой она была в реке, и это было последнее, что она помнила — кружась и кувыркаясь через пороги, увлекаемая водой, как пробка, подхваченная течением.

Она думала, что утонет, вспомнила Куинн, и теперь задавалась вопросом, так ли это. Возможно, Маргарита ошибалась, и бессмертные могут умереть не только в огне и после обезглавливания. Возможно, она утонула в этой реке и теперь была заблудшей душой, блуждающей по коридорам больницы, где она когда-то работала хирургом, пока ее прежняя жизнь не была отнята у нее.

— Это здесь ты работала?

Куинн резко обернулась на этот вопрос и моргнула, обнаружив, что наблюдает за приближающимся Джетом. В отличие от нее, его одежда была в первозданном виде, его черные брюки, белая классическая рубашка и черная кожаная куртка-авиатор были такими же чистыми, какими они, вероятно, были, когда он их надел. Даже его галстук в черно-бело-красную полоску прекрасно сидел.

— Ты тоже умер? — спросила она, почему-то находя эту мысль ужасно грустной.

«Что?» — удивленно спросил Джет.

— Я спросила, не умерли ли и вы, мистер Ласситер, — мягко сказала Куинн, задаваясь вопросом, он наверно не понял, что умер. Это казалось единственным объяснением того, что они оба находятся в больнице. Может быть, это была не та больница, в которой она работала. Может быть, это была больница, в которую доставили их тела в Онтарио.

«Пожалуйста, зовите меня Джетом», — сказал пилот.

Куинн не смогла сдержать гримасу, которая скривила губы при этом предложении, и прямо сказала: «Я бы не хотела. Без обид, но если мы мертвы, не думаете ли вы, что нам следует использовать наши настоящие имена, а не глупые прозвища?

— Меня, действительно, зовут Джет, — сказал он ей с легкой усмешкой. «Это сокращение от Джетро. Но меня с детства звали Джетом».

Куинн моргнула при этой новости, а затем закрыла глаза со стоном. — О Боже, — пробормотала она и тут же заставила себя снова открыть глаза. «Мне жаль. Я просто предположила, что это прозвище, и подумала. ".

— Это было глупо и претенциозно? — предположил он, когда ее голос оборвался от смущения.

— Прости, — повторила Куинн со вздохом, ее плечи поникли. Казалось, что в ее загробной жизни будет столько же досадных ошибок, сколько было в ее реальной жизни.

— Не стоит, — добродушно сказал Джет. «Джет (Jet- Самолет) — довольно глупое и претенциозное прозвище для пилота. Я понимаю. На самом деле, именно так я относился к одному из парней, с которым я тренировался, и который настоял, чтобы мы называли его Эйсом (Асе- Ас (человек, который безупречно исполнял какого-либо действие))».

— Сокращено от «Ашерон»? — предположила она.

«Неа. Его настоящее имя Юджин, и в отличие от летающих асов, в честь которых он решил назвать себя, он не сбил ни одного вражеского самолета, не говоря уже о том количестве, которое принесло бы ему такое звание. Вот почему зваться Эйсом было так претенциозно и глупо».

«Ой.» — Куинн криво улыбнулась, ее плечи расслабились. — Джетро, да?

— Да, мэм, — ответил он, отступая в сторону, когда несколько фигур в синих халатах и масках катили между собой каталку с пациентом, явно спешили на операцию. Как только она скрылась за углом, он серьезно посмотрел на Куинн. — Значит, ты думаешь, что мы мертвы?

Плечи Куинн снова опустились, и она недовольно пожала плечами. «Это единственное объяснение, которое я могу придумать, почему мы здесь. Кроме того, кажется, что нас никто не видит, — заметила она.

Он огляделся, казалось, обдумывая это, а затем сказал: «Я не знаю. Бессмертные не могут утонуть. Может быть, это сон».

Куинн фыркнула на это предложение. «В кошмар, я бы поверила больше. Сон? Нет.»

«Почему больница для тебя кошмар?» — спросил он с интересом. — Ты когда-то была хирургом, не так ли?

«Была ключевое слово в этом заявлении», — с горечью сказала Куинн, отступая сама, когда мужчина в хирургическом халате пробежал мимо с медсестрой, рассказывающей ему о пациенте, которого он собирался оперировать. Вернувшись к Джету, она добавила: «Раньше я была кардиоторакальным хирургом. Это просто напоминает мне обо всем, что я потеряла».

«Став бессмертной ты больше не можешь быть кардиоторакальным хирургом?» — он спросил.

— В основном да, — устало сказала она.

«Почему? Разве ты не можешь просто изменить свое имя, переехать в другой штат и… — Он сделал паузу, когда она начала качать головой.

— К сожалению, нет, — с грустью сказала она ему. «Боюсь, это очень маленькое сообщество. Сертифицированных кардиоторакальных хирургов три с половиной тысячи, около того, и их число сокращается. Только тысяча триста получили сертификат за последние десять лет. Это делает бассейн очень маленьким для купания и повышает риск того, что кто-то — другой врач или медсестра — узнает меня». Куинн обвела больницу несчастным взглядом и добавила: «А еще все усугубляет тот факт, что я публиковала статьи, давала интервью и выступала с докладами на съездах, на которых присутствовали почти все 3500 кардиоторакальных хирургов. Я слишком известна, чтобы рисковать».

— Понятно, — тихо сказал Джет, а затем быстро огляделся, прежде чем сказать: — В таком случае это угнетающе. Тогда я думаю, что нужно сменить место пребывания».

— Сменить место? — неуверенно спросила она.

«Ага. Это место слишком оживленное и шумное и, видимо, просто тебя угнетает. Мы должны пойти куда-нибудь в другое место, — решил он.

— Не знаю, сможем ли мы, — неуверенно сказала Куинн. «Наши души, наверное, не могут уйти слишком далеко от наших тел, и если они здесь, в этой больн..…» Ее слова внезапно оборвались, когда больничная обстановка внезапно исчезла, и они оказались в ресторане со старомодной плиткой на полу и настоящими кабинками. Там была стойка, за которой можно было сидеть, идущая вдоль задней части ресторана перед открытым окном, и это напомнило ей о месте, где она когда-то ела, в маленьком городке. Она, Пэт, и Паркер заехали в такую же, в одну из их поездок, когда еще были смертными.

— Так лучше, — удовлетворенно сказал Джет, и Куинн с изумлением повернулась к нему.

«Ты сделал это?»

Джет поколебался, а затем пожал плечами и признался: «Я не уверен. Я думал, что мы должны пойти куда-нибудь еще. Может быть, в ресторан или кафе, раз я голоден, но определенно куда- нибудь где повеселее, и — пуф, мы здесь.

Куинн оглядела теплый и веселый ресторан.