Тьма в моей крови - Евгения Решетова

начинать жизнь с абсолютного нуля, с самых низов, без поддержки семьи, чаще всего материальной. Многие из вас – будущие защитники, но я уже не в первый раз сталкиваюсь с откровенным незнанием элементарных вещей.

Ему удивлённо внимали. Лекций, которые нам читали, было те так уж много. Виер преподавал что-то вроде общего курса, немного о том, немного об этом. Но его трактовка даже общепринятых и известных теорий вызывала жгучий интерес. Казалось, жители Нижнего мира совершенно иначе смотрели на все. Хотя, так оно и было. Слишком уж мы разные. Люди и демоны. И я, не то и не другое.

– В этом Университете, в отличие от многих других, обучается большое количество представителей моего народа. Даже сейчас они есть среди вас, – все дружно посмотрели на ряд, который занимали студенты-демоны.

Почти все с красными сполохами в волосах, единицы с зелёными и белыми прядями – маги земли и воздуха. Ни одного водника, что и понятно, слишком конфликтная их природной сущности стихия. Редкость они.

– Мне приходилось сталкиваться с разной реакцией. И вот, что я понял. Вас с самого детства приучают к мысли, что все иное, отличное от общепринятого – это зло. Я не похож на вас? Но и вы на меня тоже. Вы не похожи даже друг на друга. Горный троль, или тот, который живёт в лесу, или степной – все они разные. Как и люди. Высокие трагорцы, темнокожие велеры, слепые эвехо. Я могу назвать многих, и все они будут разными, уникальными. Но вы знаете их, они не чужаки. Ими нельзя пугать детей, потому что ребёнок может дружить с любым из них, жить по соседству, здороваться каждый день. Ими нельзя пугать взрослых, ведь и они знают, что те же трагорцы невероятно дружелюбны и миролюбивы, а эвехо не покидают своих пещер без крайней необходимости. Демоны же идеальны по всем статьям. У нас закрытые территории, попасть на которые затруднительно. Следовательно, о нас мало известно. Нет знаний, начинает работать фантазия.

– Демоны агрессивны и жестоки!

Я не поняла, кто это сказал, но Виер без труда определил говорившего.

– Студент Круви, боюсь, несколько опрометчиво с вашей стороны говорить такое, находясь среди, по меньшей мере, тридцати представителей народа демонов, которые, просто к сведению, отличаются абсолютной памятью.

Вроде бы и без угрозы сказал, безразличным тоном, но даже мне страшно стало, хотя нашлись и те, кто посмеялся над незадачливым оратором.

– Да, именно об этом я и говорил. Вы привыкли верить не своим глазам, не тому, что познали опытным путем, а словам, что кажутся привлекательными.

– Но, были же войны между Верхним и Нижним мирами. И демоны действительно были… Жестокими, – студентка-водница несмело подняла руку.

– А ещё есть Пустошь, – добавил сидящий рядом с ней паренёк.

Виер сделал несколько шагов. Мне показалось, что его взволновали последние слова. Странно, до этого он был просто непробиваемо спокоен. Или я чего-то не понимаю, или тема образования Пустоши для него болезненна.

– Пустошь… Да, – задумчиво протянул демон. – Место с крайне нестабильным магическим фоном, появившееся в результате войны между магами и демонами. Наверное, мне стоило бы рассказать о том, как на самом деле оно появилось. Но… Есть вещи, о которых лучше не знать. Одно могу сказать вам, в появлении Пустоши в не меньшей мере, чем демоны, виноваты маги Верхнего мира.

Студенты начали переглядываться, но вслух недоверие никто не высказал. Что же, я их понимаю. Виер не просто демон, он ещё и преподаватель. Нам ещё предстоит ему экзамены сдавать.

– Рина, а ты знаешь что-нибудь о Пустоши?

Стоун низко склонился над столом, прикрываясь записями.

– Откуда я могу что-то знать?

Вот же, теперь придётся придумывать с Тыром, как я могу разговаривать с ребятами, чтобы преподаватели не засекли. Будто проблем мне мало.

– Ну… Ты же, – он кивнул в сторону демона.

– Спасибо, не мог бы погромче сказать? – не удержалась я от сарказма. – Когда Пустошь появилась, мне, в лучшем случае, года два было. Так что, прости, подробностей не помню.

– Не злись, – Кальвени сжал мою руку. – Я тогда уже вступил в возраст юности, но тоже не могу ничего об этом рассказать. В живых там никого из простых не осталось, только маги из совета. Но и они еле выжили. Подробности только в архивах найти можно.

Сердце замерло. Вот он, шанс найти то, что мне необходимо. С учёбой не получается, допуска мне никто не даст. Одна я туда пробраться не смогу. Нет, Тыр идеальный соучастник, но это огромный риск, и, если я вдруг попадусь, то ему придётся сдерживать меня, а мне выкручиваться самой. Хотя, с моим уровнем контроля… Нет, точно попадусь. Нанимать кого-то из клана тоже нельзя. Эти растреплют, стоит за порог выйти. А искать профессионала себе дороже. Вмиг поймет, что я там ищу. В общем, простите меня, друзья, но нет у Катарины иного выхода, кроме как использовать вас в тёмную.

– В архивах, говоришь, – я старалась говорить спокойно, молясь всем известным мне богам, чтобы вампир не осознал, из-за чего так сильно колотится моё сердце.

Кал внимательно оглядел меня и вдруг расплылся в шальной улыбке, которую тут же стёр с лица. Конечно, вампирам не положено ввязываться в авантюры и проявлять такое откровенное счастье.

– Вы чего? – влез Стоун.

– Да понимаешь ли, человек, мы решили с госпожой демонессой, что пробелы в знании истории необходимо заполнять.

Хотела уже улыбнуться, но поймала недовольный взгляд демона, которому мы, кажется, мешали вести лекцию. Совсем я расслабилась, даже название темы пропустила. Чую, отыграться он на нас.

– Пссссихи, – прошипел мне в ухо Тыр.

– Ух ты, я с вами, – довольно потирая ладошки, объявил Стоун.

– Говорю жжжже, пссссихи. А ессли поймают?

– Нас будет четверо, все лучше, чем двое.

Тыр нервничал, даже перестал следить за своим голосом, змей-переросток.

– Ты иллюзию держишь? – уточнила, а то с него станется в треволнениях о моей душе позабыть о главном.

– Держу, держу, не пережжживай.

– Что говоришь? – переспросил Стоун.

– Я с Тыром.

Плохо. Значит, когда я с ним говорю, это заметно со стороны. Ладно, будем надеяться, что слов не разобрать.

– И что он?

– Против. Говорит, что мы психи.

– Так кто бы спорил.

– Студенты Обри и ЭсКарас, не соблаговолите ли вести себя чуточку сдержаннее?

– Конечно, профессор Виер.

Стоун улыбнулся, но на этот раз немного нервозно. О том, что после занятий мы с канцлером демонов встречаемся на полигоне, как-то подзабылось.

– Ди Верти, я все понимаю, но заморозить воздух вокруг меня из этого положения вам не удастся.

Скосила взгляд на Кальвени. Поняла, что мне очень даже повезло, меня канцлер первой вызвал. И первой же отпустил, потому что стоять на ногах прямо я была не в состоянии. И теперь усиленно практиковалась в получении знаний из положения лежа. А вот ребятам не повезло по полной. Стоун, насколько я могла судить, валялся в отключке после того, как его приложило о землю. Хотела сначала даже отправить к нему Тыра, чтобы проверил, живой или нет. Потом рассудила, что демон все-таки наш преподаватель, помереть не даст. И принялась дальше созерцать избиение младенцев.

– Ди Верти, вот же шуршево наследие, вы останетесь там жить?

Я ведь говорила уже, что Кал в восторге от Виера? Забудьте! Уже через час после начала занятия он его возненавидел. Все-таки даже для вампира забег от ледяных игл, купание в самопроизвольно появляющихся озерах и ветер ураганной силы не доставляет наслаждения.

– Я жду, Ди Верти, – повысил голос демон.

Не дождешься.

У вампиров преобладающая сила – воздух, отсюда и все сказки про то, что они оборачиваются всякими летучими тварями. Вот уж нет. Зато способны летать сами. В принципе, это и пытался продемонстрировать Кал, пытаясь улететь с полигона. И ему ведь практически это удалось! Не долетел до выхода считанных метров. Зацепился за дерево. Теперь висит. Ругается нехорошо.

– Он застрял, – сообщил мне Тыр.

И вот, что мне делать? Могу и дальше лежать и наслаждаться зрелищем. А могу попытаться отвлечь Виера.

Он просил устроить ледяную бурю, объяснил все. Но как-то не уточнил, что, если не справимся,