Пленница песчанного альфы - Анастасия Пырченкова

хватаясь за них, будто это поможет не рухнуть в пропасть. А то, что я на самом её краю, даже не подлежало сомнению. Ещё немного – сорвусь, сгину, пропаду в ней.

– Я не могу. Бежать. Идти. Больно, – произнесла в горьком признании. – Не могу. И… не хочу, – замолчала, жадно поймала ртом воздух. – Тебя хочу. Ещё одна ночь. Потом верни меня. Отпусти.

Золотистые глаза опасно сощурились. Он с шумом втянул в себя кислород, да так и не выдохнул. Всё тело напряглось, как перед прыжком.

– А если не отпущу? Если не хочу и не могу пока тебя отпустить?

– Тогда мне лучше прямо сейчас уйти, – сказала, как есть.

Воцарилось продолжительное молчание. Амин уткнулся лицом мне в шею, шумно вдыхая и выдыхая. Пальцы оставляли синяки на обнажённой коже бёдер. И я уже почти решила, что не отпустит. Ведь прошла минута. Вторая. А мужские руки так и не разжались. Но вот ещё немного и меня всё же поставили на пол. Оборотень отстранился, отступая на шаг. Золотистый взор заметно посветлел, и в нём блеснула зелень его зверя.

– В таком случае, тебе лучше бежать как можно быстрее, Мириам, – проговорил он рычаще. – Прямо по коридору до скрытой лестницы, дальше вверх, пока не упрёшься в тупик. Третий камень справа чуть выше твоей головы. А дальше по спирали вверх. У тебя всего несколько минут форы. Больше я не смогу сдерживать зверя. Не успеешь, останешься со мной здесь до тех пор, пока я сам не решу тебя отпустить.

Едва ли я запомнила в достаточной степени всё то, что он сказал. Конечно же, переспрашивать не стала. И вряд ли сорвалась с места действительно быстро. Превозмогая пронзающую боль в низу живота, что несла с собой уже не только дикое желание… Каждая ступень – мой личный круг ада. Перешагнуть, как сдохнуть в невыразимых муках. Но я не останавливалась. Раз за разом продолжая кусать губы, впиваться ногтями в собственные ладони, чтобы хоть как-то утихомирить остальное… Я не останавливалась. И всё равно проиграла этот раунд.

Он нагнал на очередном витке спирали. Большой песчаный волк. Подкрался бесшумно со спины. Я и опомниться не успела, как оказалась подмята им. Уткнулся мордой в мой затылок, утробно рыча. Невольно замерла, не желая провоцировать зверя.

– Слишком медленно, Мириам, – выдохнул уже человек-Амин, буквально разорвав одеяние на мне, а следом его пальцы скользнули мне между ног, надавливая и проникая.

А мне и этого хватило. Разум померк. Мир перестал существовать. Всего за один миг. Пока мои внутренние мышцы раз за разом сжимали собой его пальцы, а меня саму накрывало ошеломляющим оргазмом. И ещё большим, когда то, что стало причиной моего состояния, покинуло моё тело вместе с его пальцами, а вместо них я ощутила внутри себя его член.

– А теперь давай ещё раз. Вместе со мной, бриллиантовая, – послышался его шёпот, когда я более менее пришла в себя, делая первое движение во мне.

Да так и замер, как только погрузился на всю длину, что-то отрывисто пробормотав на своём родном языке. Я же заново сходила с ума. Несмотря на только что испытанный оргазм, тело требовало повтора. Вот и подалась ему навстречу. Сама. Ответом на мои действия стало громкое продолжительное рычание. Вместе с долгожданными движениями, от которых разум разлетался на осколки. Амин не сдерживал себя. Вбивался глубоко, на грани помешательства, будто в последний раз. Пальцы до боли впивались в кожу на бёдрах, наверняка оставляя ещё синяки.

Да и плевать. На всё. Лишь бы он и дальше продолжал двигаться во мне. Резко. Грубо. Неутомимо. Так единственно правильно и губительно сладко, как никогда и не с кем не было и не будет. Неудивительно, что череда резких глубоких толчков очень быстро подвела к черте. К черте, за которой нет ни меня, ни его. Есть мы, как одно целое. Укус в районе шеи только усилил испытываемые ощущения, продляя наш общий пик наслаждения.

– Вот как это должно было быть с самого начала, – прохрипел оборотень, нависая надо мной, мелко дрожа всем телом и не спеша выходить из меня.

Если бы и нашлась со словами, вряд ли бы они были способны передать всё то, что переполняло моё сердце. Именно поэтому просто обняла оборотня за шею и прижалась к нему крепче, глубоко вдыхая, прикрывая от усталости глаза, когда он поднял меня на руки и понёс обратно, сперва в душ, потом в постель, где я и уснула, так и не выпустив его из своих объятий…

Глава 8

Амин аль-Хайят

Тубероза. Везде и всюду. В коридорах тюрьмы, комнате, на одежде, в моих лёгких. Сами стены, кажется пропитались её ароматом. Не вытравить. Да и не хочется, если совсем по-честному. Хочется, чтобы его стало ещё больше. Чтобы уже заполнил меня всего, раз не удаётся избавиться от него. Именно поэтому не выпускаю спящую девушку из рук, снова и снова вдыхая её запах.

Кроха. Какая же она кроха. Почти не видно, если обнять и руками и ногами. И так идеально повторяет мою позу, будто создавалась под меня. Идеальная.

Спит. Уже три часа как. Я же всё это время не шевелюсь. Боюсь разбудить. Любуюсь. Тонким станом. Манящими изгибами. Упругой грудью. Гладкой кожей. Милым личиком. Перебираю чёрный шёлк волос. И кажется начинаю понимать фетиш моего младшего племянника Доминика, который самолично заплетает свою пару и дочь. А в голове слова Рязанова о подкаблучничестве. Что иногда нет ничего плохого в том, чтобы быть им. По крайней мере, сейчас я готов сделать для своего чёрного бриллианта что угодно, лишь бы задержать её возле себя на подольше без применения права сильнейшего.

Что это?

Та самая пресловутая нужда в ком-то?

Но ведь я не нуждаюсь?

Нет, конечно.

Одиночество – то, к чему я привык и по-настоящему ценю. Никогда не стремился связать себя с кем-то серьёзными отношениями. Слишком много мороки. Нет, я не боюсь ответственности, но и становиться для кого-то значимым не желаю. Зачем? Когда проще жить, никому ничего не должным. Никого не разочаровывая. И не разочаровываясь самому.

И всё же…

Зачем-то же я сейчас об этом думаю?

Зачем-то же стараюсь для Мириам быть значимым?

Зачем?

Очень хороший вопрос. На который я и сам не могу дать себе ответа. Не говоря уже о ней самой.

А она спит и не подозревает, какой поселила раздрай в моей душе.

Счастливая.

Интересно, а напрямую она повторит своё признание в