Разоблачённая - Элла Бернс

только на мгновение, чтобы встать и снять их, прежде чем я увижу его во всей его обнаженной красе.

О Боже мой.

Стоя обнаженным передо мной, я могу в полной мере разглядеть и оценить этот совершенный образец мужского пола. Я никогда раньше так не ценила мужское тело. Хотя у него есть шрамы и отметины, которые кричат о трудностях, они только добавляют мужественной красоты и грубости. Мое дыхание учащается, когда мои глаза скользят вниз по его телу до его огромной длины. Я чувствую, как у меня пересыхает во рту, когда я осознаю его размеры, и на мгновение меня охватывает страх. Кажется, почувствовав это, он снова накрывает меня своим телом и осыпает поцелуями мое лицо, шею, грудь.

— Такая красивая, — шепчет он, как будто про себя, и мое тело покрывается дрожью, когда он опускается ниже. Располагая свое тело на моем, он раздвигает мои ноги, устраиваясь между ними. Несмотря на мое сильное желание закрыть их, я полностью отдаюсь ему и позволяю себе увлечься моментом.

Мягкий, почти робкий поцелуй на моем животе заставляет меня напрячься, когда он опускается ниже, пока не достигает соединения моих бедер. Его язык высовывается, и я почти испытываю оргазм прямо там, я уже так возбуждена и на пределе, он лижет мою киску с нажимом, заставляя меня стонать. Мое дыхание прерывается, когда он исследует меня своим ртом. У меня никогда не было оргазма, который не был бы от моей собственной руки. Я чувствую, как во мне нарастает нечто, превосходящее все, что я когда-либо испытывала. Он не сдается, поднимая меня все выше на эту вершину. Как раз в тот момент, когда я думаю, что не выдержу этого, он засовывает в меня палец. Я взрываюсь вокруг него, практически натягивая и засовывая ткань в рот, чтобы не кричать слишком громко.

Он не сдается и вдавливает в меня еще один палец, вырывая из меня удовольствие, волна за волной. Я понятия не имела, что это может быть так. Все мое тело дрожит, не в силах удержаться на месте. Мне требуется некоторое время, чтобы, наконец спуститься вниз. Когда я это делаю, я хочу большего. Я жажду большего. Я жажду его. Я хочу, чтобы он был глубоко внутри меня.

— Пожалуйста, — шепчу я, проводя пальцами по его волосам.

Он в последний раз целует мой клитор, заставляя меня вздрогнуть, прежде чем снова приблизить свой рот к моему. Я могу попробовать себя на нем, и я удивлена, насколько эротичным я нахожу это. Мои ногти впиваются в его плечи, когда я прижимаюсь к нему бедрами, давая ему разрешение моего тела.

Легкий момент паники, когда я чувствую его твердость при входе, но его губы находят мои, и я быстро таю в них. Я благодарна, что он двигается медленно, прекрасно зная, что он может разорвать меня на части, если бы захотел. Я планирую выразить ему свою благодарность своим телом, которое пульсирует и болит из-за него.

Двигаю бедрами вперед, чтобы он скользнул в мою влажность, и я задыхаюсь от этого ощущения. Я так напряжена, что это причиняет боль, но когда его рука опускается, чтобы потереть мой бугорок, мое тело расслабляется, и он проскальзывает внутрь меня, он не двигается ни на дюйм, кроме как, растирая мой клитор, пока я снова не вскрикиваю, напрягаясь вокруг него.

Черт возьми.

Когда я расслабляюсь, он начинает двигать бедрами, наполняя меня так, как я и не мечтала и считала не возможным.

— Акс, — стону я, когда его движения становятся быстрее.

— Хватайся за меня, — шепчет он мне на ухо.

Мои ногти впиваются сильнее, и это, кажется, только подстегивает его еще больше. Я выгибаю спину, когда его движения ускоряются, вращая бедрами, чтобы оказаться как можно ближе ко мне. Я чувствую, как его тело напрягается прямо перед тем, как он издает могучий рев, когда он глубоко проникает в меня, толкая меня через край в последний раз. Наш взаимный оргазм, кажется, длится вечно, он продолжает толкаться в меня еще несколько раз.

Наши лбы соприкасаются, когда мы смотрим друг другу в глаза, оба все еще тяжело дыша. Он выскальзывает, и я морщусь от боли и в то же время наслаждаюсь этим.

Я и не думала, что секс может быть таким.

— С тобой все в порядке? — Тихо спрашивает он, проводя рукой по моему лицу, когда смотрит на меня сверху вниз. Я не могу сдержать улыбку на своих губах.

— Не могла даже подумать, что ты из тех парней, которые спрашивают об этом, — признаюсь я и вознаграждаюсь небольшим рокочущим смешком.

Глава 13

Аксель

— Я не такой, — признаюсь я ей, и она вздыхает, прежде чем толкнуть меня рядом с собой и положить голову мне на грудь.

Я замираю от этого незнакомого жеста, глядя на ее маленькую бритую голову на мне. Ее глаза закрыты, и я вижу ее длинные ресницы на щеке. Когда я впервые понял, что она не мальчик, я думал только о том, чтобы доминировать над ней, заявить на нее свои права. Однако что-то во мне меняется, и не только из-за разжигания пламени внутри меня. Что-то заставляет меня лелеять и боготворить эту женщину.

Это очень странно.

Все еще не уверенный, я опускаю руку на нее, и она на мгновение поднимает взгляд, я полагаю, чувствуя, как я напрягаюсь. Ее брови хмурятся, и я не могу не найти это милым.

Что, черт возьми, она со мной сделала?

— Что-то не так? — Спрашивает она.

— Я никогда… не обнимался раньше, — наконец говорю я, и улыбка, которую я получаю от нее в ответ, великолепна. Я буквально задыхаюсь, наблюдая, как преображается ее лицо. Она и без того хорошенькая, но когда она улыбается, она сияет.

— Ну, у меня никогда раньше не было секса для удовольствия, так что, полагаю, сегодня мы оба познаем что-то новое, — говорит она, все еще с улыбкой на лице.

Мне требуется мгновение, чтобы переварить то, что она сказала, и я чувствую, что хмурюсь. Никогда не для удовольствия? Собственническое чувство наполняет меня при мысли о ней с кем-то другим. Я не принял ее за шлюху, не с маскировкой, а тем более с тем, насколько она тугая. Мой член дергается, когда я думаю о том, каково это быть по самые яйца в ней, в то же время ярость поднимается в моей груди.

— Что ты имеешь в виду? — Спрашиваю я, чувствуя грубость в моем голосе.

Ее глаза расширяются при взгляде на меня, и я замечаю, что страх, который я вижу в них, не доставляет мне удовольствия, как обычно, когда другие так на меня смотрят. Она для меня аномалия. Жесткая, но в то же время