Душа терний - Стейси Тромбли

в чём она уже давно поднаторела. — Тогда я не понимала почему. Они обсуждали, что я недостаточно сильна. Это казалось мне своеобразным наказанием. Теперь же я почти уверена, что они всё знали. Знали, что наш род преследует Несущий Ночь в ожидании подходящей жертвы. Из-за того, что в моих венах течёт нужная кровь, я была под угрозой. Даже не так… Я сама была угрозой.

Она встряхивает головой.

Я ничего не говорю. Не шевелюсь. Мне хочется обнять её, забрать её боль. Но слишком поздно.

— Они знали, — шепчет она, её взгляд расфокусирован. — Я помню выражения их лиц после того, как королева объявила о моём изгнании. Когда они узнали о том, что я сделала. Помню, они говорили, что изгнание — лучший вариант. Я не понимала, что они хотели этим сказать, но, кажется, теперь знаю.

— Изгнание означало, что Несущий Ночь не сможет до тебя добраться.

— Главным образом, да, — кивает она. — Думаю, они знали, что я уже встретилась с ним.

Сглатываю.

— Я-то думала, что они меня ненавидят. Что знать меня не хотят. Впрочем, это всё ещё может быть правдой. А может и нет. Может… так было лучше для меня. Оказаться подальше от этого мира. Там, где он до меня не доберётся.

Делаю глубокий вдох через нос и медленно выдыхаю.

— Как бы то ни было… Я сбежала из дома, чтобы пройти первый обряд посвящения без их разрешения. В случае моего успеха родители бы уже не смогли заставить меня переехать и выйти замуж по их указке. Но именно там меня поймал Несущий Ночь. Он заманил меня в один из смежных проходов в пещере, и…

Перестаю дышать.

— Он ясно дал понять, во что превратится моя жизнь, если я откажусь от сделки.

Замираю на мгновение. Каждая мышца в моём теле напряжена.

— Он пытал тебя.

Кейлин медлит с ответом, её лицо пустое, лишённое эмоций.

— Я согласилась, — она пожимает плечами. — И он дал мне задание пойти на бал и встретить тебя. Он знал, кто мы друг другу. Я уверена.

Повисает тяжёлая тишина, лишь дождь легонько стучит снаружи. Когда он успел начаться?

— Ты когда-нибудь задумывалась о том, как всё могло бы быть? — спрашиваю я, внимательно глядя на неё, запоминая каждую чёрточку. Какой бы она стала, если бы не…

Если бы не Несущий Ночь.

Уголки её губ приподнимаются в натянутой улыбке.

— Последние десять лет только и думаю об этом.

С моего лица сходят все краски. Я зажмуриваюсь, желая провалиться сквозь землю. Мне так стыдно.

— Что? — хрипло спрашивает она.

— Я десять лет представлял себе твою смерть. Ты десять лет представляла нашу совместную жизнь.

Она поджимает губы. Кажется, она не понимает, почему это так важно.

— Подумать только, и это тебя все считают монстром.

— Рев, — твёрдо произносит она. — Я и есть монстр. Я убила принца фейри. Неважно, был он хорошим или плохим. Я убила его. И он был твоим братом. Мне бы и в голову не пришло обидеться на то, что ты ненавидел меня, — она качает головой. — Я сама себя ненавидела.

Выдох, сорвавшийся с моих губ, выходит неровным, потому что я хорошо её понимаю. Я тоже себя ненавидел. Моя жизнь была полна злости. На себя. На отца. На девушку, убившую моего брата.

Я стремился доказать, что достоин своего титула. Достоин наследия моего брата. Но в отличие от Кейлин, у меня был козёл отпущения. Я во всём винил её. Фейри, чья рука оборвала жизнь моего брата.

Если бы я только знал, что тем самым она спасла мне жизнь.

— Ты ведь даже не собираешься рассказывать мне об этом, — бормочу я.

Кейлин моргает.

— О чём?

— О том, что он тебе сделал.

Встряхиваю головой. Мысли перемешались. Картинки мелькают перед глазами. Образы Кейлин, когда мы проходили Испытания. Она знала. Всё это время она знала, кто я для неё. А я ненавидел её. Желал ей смерти.

Почему она просто не рассказала мне?

Она приоткрывает губы.

— Несущий Ночь? С чего бы мне…

— Нет. Я говорю про моего брата.

Кейлин

Я резко втягиваю воздух.

— Что? — на выдохе.

— Ты вообще собиралась когда-нибудь рассказать мне, что с тобой сделал мой брат, перед тем как ты убила его?

Его слова звучат жёстко, словно обвинение. Я вздрагиваю.

— Нет, — твёрдо отвечаю я.

Он прижимает ладонь ко рту, в его глазах щемящая сердце печаль. Я не хочу, чтобы Рев грустил. Хочу, чтобы он бы счастлив. Это моё последнее желание. Самое сокровенное.

Я найду способ спасти Рева, чтобы он мог спокойно жить дальше без меня. Моя жизнь уже давно обречена. Я не прошу ни о чём, кроме нескольких мгновений счастья. Дружбы и надежды в глазах других. Надежды, которой у меня никогда не было.

Ну, с семнадцати лет. Всё, что было до, ощущается как другая жизнь.

Я встряхиваю головой, отгоняя неприятные мысли, и смахиваю слёзы. Подняв глаза, я замечаю пристальный взгляд Рева. Наши глаза встречаются и задерживаются, но минуту мы ничего не говорим.

Минуту, которая длится вечность. Горькую, и в то же время сладкую минуту. Если это всё, что мне даровано судьбой… Я принимаю. Если из той жизни, где мы с Ревом могли быть вместе и жить счастливо, я могу украсть несколько мгновений, я их возьму.

— Я бы хотел, чтобы ты мне рассказала, — прерывает он молчание.

— Почему? — шёпотом спрашиваю я. — Это не принесло бы тебе ничего, кроме боли.

Он делает глубокий вдох, отводя взгляд.

— Ты позволила мне поверить, что ты хладнокровная убийца. Всего несколько дней назад я думал… Отчасти я догадывался. Но всё равно вёлся на этот самообман. Мне хотелось верить, что Рихган был хорошим, а ты… — он качает головой.

Если бы я ему рассказала, он бы не поверил. Но я не говорю этого вслух.

— Зачем бы я стала причинять тебе новую боль?

Что хорошего в том, чтобы рассказать ему о том, как его брат обездвижил меня своей магией и обещал пытать до смерти? О том, что и стражникам, и Верховному Двору было бы плевать на то, в каком состоянии он выдал бы моё тело властям?

Вздрагиваю от самой мысли. Нет, я не могла рассказать об этом Реву. И сейчас не могу.

Он думает, что это каким-то образом оправдывает моё преступление. И хотя все эти факторы сделали мой выбор простым и однозначным… Я не могу с уверенностью сказать, что поступила бы иначе, будь Рихган хорошим.

Ещё одна