Синтия Хэнд - Святая

Он улыбается. - Может это распространяется только на взрослых ангелов.

- Эй, ты сейчас назвал меня инфантильной?

- О нет, - говорит он, его улыбка расцветает в полноценную усмешку. - Я бы не рискнул.

- Хорошо. Потому что это не я одна из тех, кто подглядывает в чужие окна.

- Я не подглядывал! - возражает он.

Правильно. Что-то важное.

- Знаешь, есть одно потрясающее новое изобретение, - поддеваю я. – Называется телефон.

- Да, ведь у нас с тобой всегда бывают такие замечательные душевные разговоры по телефону, - отвечает он.

На секунду повисает тишина, а потом мы оба начинаем смеяться. Он прав. Не знаю, почему мне легче, когда он здесь, но это так. Здесь мы наконец-то сможем поговорить. И это настоящее чудо.

Он поворачивается ко мне, его колено касается моего. В тусклом свете из моего окна его глаза глубокого зеленого цвета.

Он говорит:

- В твоем сне ограда, которую ты упоминала, сетчатая и идет по правой стороне, когда ты поднимаешься на холм.

- Да, откуда ты…

- И на краях ступенек, которые ты видишь, растет мох, и перила, за которые ты держишься, металлические, с черным рисунком?

Я неотрывно смотрю на него:

- Да.

- С левой стороны, за деревьями есть каменная скамья, - продолжает он. - И розовый куст, посаженный за ней. Но розы никогда не цветут – там слишком холодно для роз.

На минуту он отводит взгляд. Внезапный порыв ветра треплет его волосы, и он отбрасывает их с глаз.

- Тебе тоже снится этот сон? – шепчу я.

- Не такой, как у тебя. То есть, мне постоянно снится это место, но… - он вздыхает, поеживается некомфортно, затем поворачивается ко мне.

- Обычно я не говорю об этом, - произносит он. – Я в каком-то смысле стал профессионалом в том, чтобы не говорить про это.

- Все нормально…

- Нет, я хочу рассказать тебе. Ты должна знать это. Но я не хотел говорить тебе перед Анжелой.

Я подтягиваю свитер к своему подбородку и скрещиваю руки на груди.

- Моя мама умерла, - произносит он, наконец. - Когда мне было десять лет. Я даже не знаю, как это произошло. Мой дядя не любит говорить про это, но думаю… Я думаю, она была убита Черным Крылом. В один день она здесь, делает для меня карточки-подсказки по делению за завтраком, отвозит меня в школу, целует меня на прощание прямо перед мальчишками из школы и смущает меня… - Его голос дрожит. Он останавливается, отводит взгляд, тихо прочищает горло. - А в следующую минуту меня забирают из класса. Говорят, что произошел несчастный случай. И она исчезает. То есть мне дали увидеть ее тело, вообще-то. Но ее не было внутри него. Это было просто… тело.

Он снова смотрит на меня мерцающими глазами.

- Ее надгробный памятник - это скамья. Белая каменная скамья под соснами.

Внезапно мое сознание затуманивается:

- Что?

- Это кладбище Аспен-Хилл, - говорит он. – Это не настоящее кладбище… ну, вообще-то настоящее, с могилами и цветами, и тому подобным, но оно выглядит как часть леса, такое красивое место среди деревьев, где тихо и откуда ты можешь видеть Титонские горы. Это, вероятно, самое умиротворяющее место из всех, которые я знаю. Иногда я хожу туда, чтобы подумать… - И поговорить со своей мамой. Он ходит туда, чтобы поговорить с мамой.

- Так что когда ты сказала о тех ступенях и холме, и ограде, я знал, - говорит он тихо.

- Ты знал, что мне снилось кладбище, - отвечаю я.

- Мне жаль, - шепчет он.

Я поднимаю на него взгляд, почти подавившись плачем, наконец-то собирая все подсказки воедино, людей, одетых в костюмы и черные платья, идущих в одном направлении, печаль, которую я ощущала, то, как все сочувствующе смотрели на меня, утешение, которое пытался предложить мне Кристиан. Все становится очевидно.

То, что я ощущаю в своем сне - это не скорбь от Черного Крыла. Это мое собственное горе.

Кто-то, кого я люблю, умрет.

ГЛАВА 5. НАЙДИ МЕНЯ ВО СНЕ

- Клара? Ты все еще с нами? - Мама толкает меня в плечо. Я моргаю в течение секунды, а затем улыбаюсь миссис Бакстер - нашему консультанту, которая улыбается мне в ответ.

- О чем ту думаешь? - спрашивает она. - У тебя есть какие-нибудь идеи о направлении, в котором ты хочешь пойти, какое-нибудь видение своего будущего?

Мои глаза уставились на маму. О, у меня есть видение, все верно.

- Вы имеете в виду колледж? - обратилась я к миссис Бакстер.

- Ну, да. Образование является достаточно большой частью твоего будущего, и мы хотим предложить всем нашим студентам - а особенно ярким, одаренным девушкам, как ты - поступить в колледж. Но у каждого человека есть свой особый путь, независимо от того, приведет он его в колледж или нет.

Я взглянула на свои руки.

- Понимаете, я не знаю, чем хочу заниматься и какую профессию хочу выбрать.

Она обнадеживающе кивает. - Это совершенно нормально. Многие студенты не определились на данный момент. Посещала ли ты веб-сайты колледжей или университетов?

- Честно, нет.

- Думаю, это может стать хорошим местом для старта, - сказала миссис Бакстер. - Почему бы тебе не посмотреть некоторые брошюры, которые есть у меня, и составить список из пяти колледжей, которые, на твой взгляд, подходят тебе больше всего. Не забывай указывать, почему именно эти учебные заведения. Затем, я помогу тебе начать работу по написанию заявок.

- Большое Вам спасибо, - мама встает и пожимает руку консультанту.

- Ваша дочь - особенная молодая леди, - говорит миссис Бакстер. Я пытаюсь не закатить свои глаза. - Знаю, она собирается сделать что-то замечательное со своей жизнью. - Я неловко киваю, и мы оттуда уходим.

- Ты знаешь, а она права, - сказала мама, когда мы вышли на парковку. - Ты будешь делать замечательные вещи.

- Конечно, - отвечаю я. Мне искренне хочется верить ей, но это не так просто. Все, что я вижу, пересматривая свою жизнь, это проваленное предназначение и не-столь-отдаленное будущее, где кто-то важный для меня умрет.

- Ты хочешь сесть за руль? - спрашиваю я, меняя тему.

- Нет, давай ты. - Она достает из сумочки стильные солнцезащитные очки, которые, в сочетании с шарфом, обернутым вокруг ее головы, и длинным пальто сделали ее похожей на кинозвезду.

- Итак, что происходит? - спрашивает она. - Я чувствую, как что-то беспокоит тебя гораздо сильнее, нежели колледж. Клара, не беспокойся, все случится само собой. - Я ненавижу, когда она говорит мне не волноваться. Это, как правило, происходит, когда у меня чертовски хорошая причина для беспокойства. Похоже, это все, что я могу делать прямо сейчас: беспокоиться о могиле, которую вижу в этом новом видении, беспокоиться, что кто-то умрет из-за того, что я сделала или я должна буду сделать, беспокоиться, что тоска, атакующая меня в последнее время, означает, что Семъйяза где-то рядом и ждет идеального момента, чтобы убить кого-то, кого я люблю.