Невеста из знатного рода (СИ) - Жданова Алиса

Губы Хесо коснулись моих, и я замерла. Что он творит? Ладно, наверное, он просто собрался притвориться, что мы целуемся, чтобы позлить Рэна… Это даже не настоящий поцелуй — так, деловая необходимость…

Маг, вероятно, подходил ближе, потому что Хесо решил добавить достоверности — заставив меня разомкнуть губы, он углубил поцелуй. У меня вдруг закружилась голова, я пошатнулась и, обхватив мою талию покрепче, дракон прижал меня к дереву.

К дереву…меня вдруг охватило осознание, что это — то же самое дерево, под которым Рэн впервые поцеловал меня целую вечность назад. Когда обучал меня брать энергию из потоков…А там, в нескольких метров от нас — та самая беседка, в которой он надел мне на руку обручальный браслет…Мне вдруг стало резко не хватать воздуха, а в груди медленно начала зарождаться истерика.

Резко оттолкнув Хесо, я выставила перед собой ладонь, чтобы он не вздумал ко мне приближаться. Все, что я сейчас хотела — это упасть на землю, свернуться в клубочек и разрыдаться, потому что я вдруг поняла, что кто бы ни был рядом со мной, призрак Рэна будет всегда стоять между нами. Он сломал что-то во мне. Любовь к нему вспыхнула и пожаром выжгла всю мою душу, оставив после себя лишь пепелище, и новые чувства на этой мертвой земле уже не зародятся.

— Мэделин? Все в порядке? — ворвался в мои уши встревоженный голос Хесо, и я поняла, что он спрашивает меня не в первый раз.

— Д..да, — нетвердо отозвалась я, хотя вряд ли я выглядела как человек, у которого все в порядке: с трясущимися руками и практически в истерике. — Просто… это все дерево, — беспомощно пояснила я и быстрее отошла на несколько шагов в сторону от них обоих: и дракона, и дерева. Я не винила Хесо в том, что он вдруг решил поцеловать меня: понятно, что он просто хотел досадить магу. После сегодняшнего пира у меня были совершенно такие же намерения — уколоть мага побольнее. Чтож, надеюсь, что увиденное доставило Рэна пару неприятных минут.

Кстати, где он? Хесо же сказал, он идет сюда? Я недоуменно оглянулась по сторонам, но мага и след простыл.

— Ушел, — правильно понял меня Хесо. Он выглядел совершенно спокойно, и лишь тот, кто провел рядом много времени, мог бы углядеть на его лице легкую тень…досады? Злится, что я плохо притворялась?

Мне же было стыдно даже смотреть на него. Конечно, я понимаю, что мы, можно сказать, старались для общего дела — однако все равно…не стоило ему меня целовать. Мелкая месть не стоила той легкости между нами, которая теперь не сразу восстановится.

Впрочем, дракон вел себя совершенно непринужденно, и я понемногу успокоилась — просто безотчетно держалась на пару шагов позади, пока он шагал к дому. Пора встретиться с магом и сделать то, для чего мы, собственно, сегодня приехали.

Однако, едва мы вступили в круг света у порога, дракон остановился и, развернувшись, окинул мое лицо критичным взглядом и вдруг протянул руку.

— Помада размазалась, — укоризненно пояснил он, когда я шарахнулась от его руки, — и в волосах ветки.

— Где? — я тут же ощупала руками голову, но в прическе было столько шпилек, что обнаружить там что-то постороннее никак не получалось, и ветки вытащил Хесо — а потом с совершенно деловым видом провел большим пальцем около края губ, выравнивая контур. Его собранный и сосредоточенный вид успокаивал, а прикосновения нервировали, и поэтому в дом я шагнула в полном раздрае. Скорее бы этот странный вечер закончился! У меня уже совершенно нет сил все это выносить.

Перед дверью в кабинет мага я на миг задержалась, сделала глубокий вдох — и шагнула внутрь с самым невозмутимым видом, который могла изобразить.

Рэн стоял у своего стола и смотрел в одну точку. Его вид был достаточно похоронным, и я решила, что в саду он успел рассмотреть достаточно перед тем, как ушел. Я была уже так морально измотана, что меня это даже не порадовало.

Молчание затягивалось. Маг, при нашем приближении поднявший взгляд, с неприязнью разглядывал Хесо, Хесо отвечал ему безмятежным взором, а я судорожно сжимала подол платья.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мэй, ты должна потребовать снять браслет, — наконец подсказал мне дракон.

— Да… господин Такахаши, будьте так добры, снимите свой браслет, — повторила я и, как кукла, шагнула к магу.

— Хесо, оставь нас на пару минут, — взгляд Рэна так и не переместился на меня, замершую перед ним с вытянутой рукой.

— Наверное, я откажусь, — задумчиво отозвался дракон за моей спиной, и Рэн, вздохнув, протянул руку к моему запястью. Его пальцы коснулись моей кожи, отчего я дернулась, и он наконец взглянул мне в лицо. Если бы в его взгляде была ненависть или презрение, я бы вынесла это — но там была лишь обеспокоенность и боль, которая эхом отразилась во мне.

— Мэй, с тобой все в порядке? — спросил он странным, надтреснутым голосом. Тебе не…нужна помощь?

Если бы я сказала да, что бы он сделал? Сразился с Хесо? Затея, заранее обреченная на провал. Мне не нужна была помощь — но от его готовности помочь я почувствовала себя хуже некуда. Так, словно я предала его.

— Нет, — отозвалась я одними губами.

Рэн разомкнул браслет, и Хесо, в тот же миг шагнувший ко мне, перехватил мою руку и повел меня ко входу, произнося какие-то слова прощания за нас обоих. Я же не могла сказать ничего, потому что в моих глазах стояли слезы. Если бы я попробовала произнести хотя бы звук, то тут же разрыдалась бы — потому что теперь я знала, что Рэн все еще любит меня так же сильно, как я, и это ранило сильнее его ненависти и пренебрежения.

Я все-таки разрыдалась — уже в повозке, после того, как мы отъехали от ворот дома мага. Хесо было протянул ко мне руку, но я отшатнулась, бормоча:

— Нет, не трогай меня Хесо, только не надо меня трогать…

Сейчас мне хотелось просто побыть одной. Да, я убедилась, что Рэн еще любит меня, но легче от этого не стало. Наоборот. Какой смысл любить кого-то, если не можешь быть вместе? Если это приносит лишь страдания?

Как же мне забыть Рэна… Если бы я могла больше никогда не видеть его, это, вероятно, случилось бы быстрее. Но, если я останусь в столице, то мы все равно будем сталкиваться… А в драконьей долине мне будут постоянно напоминать о нем другие мелочи — палочки для еды, персиковые деревья и даже сам Хесо. Лучше мне… лучше мне вернуться домой.

Эта мысль посетила меня так внезапно, что я даже перестала рыдать. Точно! В Эггерионе поменяли законодательство, и я могу поступить в академию! Я могу стать магом. Я могу забыть Рэна и все, что с мной случилось. Я слабо улыбнулась.

— Мэй? — настороженно спросил Хесо, заметив перемены в моем настроении.

Выпрямившись, я смахнула слезы с лица.

— Хесо, я. возвращаюсь в Эггерион, — неверным тоном произнесла я.

17

Хесо, услышав эту новость, молчал, наверное, с целую минуту, а потом уточнил:

— В Эггерион. Зачем?

— Я смогу выучиться на мага, — воодушевленно продолжила я. — Там мне все знакомо, и я не буду постоянно влипать в неприятности.

Чем больше я думала об этом, тем привлекательнее мне казалась эта идея: я буду жить возле университета, ходить на занятия… Возможно, у меня даже появятся подруги и мы будем покупать пирожные в кондитерских и, смеясь, пить чай с ними. Тут, в другой стране, мне все же было немного одиноко.

Хесо, однако, почему-то не спешил за меня радоваться: нахмурив брови, он сверлил меня взглядом в полумраке повозки. Неужели он так хотел кого-то учить? Но он сможет найти себе нового ученика, думаю, поучиться у дракона захотят многие. Очередь выстроится до самого выезда из города, и кандидаты передерутся, выясняя, кто достойнее всех.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Неужели тебе…незачем остаться тут? — наконец спросил он. — Разве нет ни одной причины, ради которой тебе захотелось бы остаться?

Я честно задумалась. Мне было интересно жить тут, на краю света, пробовать незнакомые блюда, о которых я даже не слышала, узнавать новые вещи. Я успела привязаться к Хесо, привыкнуть к его едким комментариям и непрошибаемому драконьей невозмутимости. Но… мне нужно было строить свою жизнь — свободную от Рэна. Может, если я уеду, и он сможет забыть меня и станет счастливым?