Выбор демоницы (СИ) - Кураш Ксения

— Хватит смеяться. — Люций отвернулся к окну. — Вообще-то я пришел сказать спасибо. Хотя до сих пор не понимаю, как ты осмелилась на такой шаг.

Вместо ответа я просто пожала плечами. Чего говорить. Сделала и сделала. Свои мотивы, всего пока брату не расскажешь.

— Кстати, а где Ардан?

— Чего ты в него вцепилась? — поморщился брат. — Зачем он тебе? Никогда не понимал этих ваших отношений. Так хорош в койке?

— Тебя пригласить посмотреть что ли?

— Ой, нет. Избавьте меня от такого зрелища! Он тебе не пара! Сколько раз говорил. Тебе нужен более выгодный жених.

— Давай я сама решу, что мне нужно, ладно? — вспылила уже я.

— В общем, — Люций сцепил руки за спиной, — я подумал сегодня ночью об этом и решил ответить согласием на предложение короля Юргении. Так будет лучше. И для тебя, и для государства.

Я вопросительно подняла брови. Непонятно было абсолютно.

— Я про помолвку! Твою и его сына! — брат нервничал.

Что? Какая помолвка? Это кто вообще? И что за Юргения? Я на миг оглохла от шока. Потом услышала ультразвук. Как оказалось — мой:

— ЧЕГО???

— Я уже отправил ему известие утром. Он должен прибыть с делегацией в течение месяца.

Неожиданно буря во мне успокоилась. Резко. Точно так же, как и поднялась.

— Знаешь, Люций, это была не самая лучшая благодарность. Если ты, конечно, действительно пришел сказать мне спасибо. И учти, моего согласия ни на какой брак не будет. А с делегацией разгребать будешь ты. Я даже пальцем не пошевелю, чтоб их здесь ублажать.

Я снова уселась за стол и начала изучать документы, давая понять, что разговаривать больше не о чем.

— Мда уж, — протянула эта противная венценосная рогатая морда. — Почему я не удивлен и жду каких-то гадостей?

Я на провокацию не поддалась и головы не подняла. Брат вздохнул и молча вышел. Я тут же подскочила, заперла дверь изнутри и нервно заходила по кабинету. Нет, ну надо додуматься, а? Замуж меня выдать! ЗАМУЖ! Шикарное решение! Он вообще понимает, на что нарывается? Никогда в своей жизни я не делала что-то не по своей воле. Именно это и позволило мне стать той, кем я была и есть. Все мои ошибки — только мои. Но плясать под чужую, хоть и родственную дудку — извините!

Несколько быстрых вдохов и выдохов помогли успокоиться. Что толку сейчас исходить бешенством? Будем решать проблемы по мере их поступления. От злости даже аппетит проснулся. Моя извечная беда: я заедаю стресс.

— Оскар, попросите, пожалуйста, чтоб мне подали обед в кабинет, — распорядилась я.

Нервно расхаживая по кабинету, пыталась охватить мыслями все и сразу: покушения, это идиотское замужество. Голова напоминала воздушный шарик, готовый вот-вот лопнуть от перенапряжения. Пока я это все переваривала, принесли обед. К демонам работу! Будем вырабатывать серотонин с помощью вкусной еды!

Ммм, мясо! Густой суп из мяса и овощей; кусочки жареного мяса на вертеле, напоминающего земной шашлык; запеченные овощи; что-то напоминающее вегетарианский плов; всевозможные закуски и, конечно, десерт. Я с энтузиазмом вцепилась в приборы. С таким ритмом жизни и родственничками диеты не нужны, нервы любой жирок на бочках уничтожат.

В дверь постучал один из младших секретарей и доложил, что ко мне пришел господин генерал Ардан Змеиный и просит его принять. Ну, надо же! Объявился.

Глава 6

Любовничек вошел четко по военному, а когда дверь закрылась, расслабился.

— Привет, крошка! — улыбка у него все-таки ослепительная. — Весь дворец гудит, какая ты героиня.

— Здравствуй, — про героиню я решила не комментировать, — пообедаешь со мной?

— Это кстати, да, — не стал отказываться генерал.

Некоторое время он просто ел. А я попивала бодрящий напиток, местный аналог кофе и разглядывала его. Другой бы засмущался, но только не Ардан. Люблю таких, уверенных в себе.

Наконец любовник насытился и взялся за стакан с напитком.

— Люций хочет выдать меня замуж, — медленно произнесла я.

К чести моего собеседника он практически не подавился. А глаза-то какие красивые, квадратные.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— За кого?

— За принца Юргении.

— А ты?

— А что я? Я ничего, — пожала плечами я.

Ардан только хмыкнул и налил себе еще напитка.

— И это все? Больше комментариев не будет?

— Кроха, — откуда вообще взялось это прозвище? Фу-фу-фу. — Мы же с тобой договорились сразу: пока нам вместе хорошо, мы вместе. Станет хуже — разбежимся. Да и Люций против наших отношений все равно, — пожал плечами Ардан.

Так вот какие отношения были у генерала с царевной. Тогда, конечно, вопросов нет. Вряд ли прежняя Дарина была настолько глупой или излишне влюбленной, чтоб соглашаться на что попало. Вероятно, причина быть просто любовниками имела место быть. Ладно. Тогда и мы пренебрежем.

— Слушай, ничего нового об этом странном стражнике не известно?

— Нет, — нахмурился Ардан, — я сам ничего не понимаю.

Оказалось, генерал разговаривал со всеми его сослуживцами, хоть они и не в его подчинении. Никто ничего не видел, откуда появился этот кинжал у него, не знают, мужик был адекватный, компанейский.

Ну не из воздуха же он материализовался?

Все страньше и страньше, как говорил плод воображения Льюиса Кэррола.

Тем временем Ардан переместился ко мне на диванчик и его рука поползла ко мне под платье. Я не стала сопротивляться. К чему? Любовник он достойный, можно расслабиться.

Некоторое время мы были чрезвычайно заняты. Друг другом.

Очнувшись, я понадеялась на хорошую звукоизоляцию кабинета. Все же неудобно перед подчиненными.

— Ты нереальная, — отдышался наконец генерал.

— Ммм…

Встряхнув головой, мужчина смахнул пот со лба и поднялся.

— Я завтра уезжаю. Меня не будет недели две.

— Ммм…

Любовник засмеялся и принялся одеваться. Затянувшись снова в форму, наклонился ко мне:

— Поцелуй на прощание, крошка!

Он ушел, а я так и осталась расслабленно валяться на повлажневшем от наших тел диване.

Чудесное завершение рабочего дня!

Ну, предположим, что с завершением работы я погорячилась. Конца и края ей не было.

Периодически забегал Оскар и приносил всевозможные документы на подпись или узнавал мое мнение для составления и оформления записок. Сработались мы с ним весьма неплохо, он ловил все на лету и мыслил в том же направлении, что и я.

Складывая изученные бумаги в отдельную стопку, я осознала, что мысли занимают вовсе не они, а возможное замужество и отношения прежней Дарины с Арданом. Почему она так поступила? Почему согласилась на такой вариант? Генерал весьма и весьма неплох. Было заметно, что они с Люцием дружат. По настоящему, а не по долгу службы. Выглядит он вообще космически. Раз уж дослужился до такой должности и держится на ней вполне уверенно, то явно не дурак и приятельские отношения с Государем тут не причем.

Отодвинув очередную страницу, обхватила руками голову. Уфф… Вот я попала, так попала. А как все радужно казалось вначале! Сказочный мир с магией, я — Царевна, живи да радуйся! Репутация прежней Дарины позволяла мне не заниматься делами, а распоряжаться временем по своему усмотрению. Но, вот нет. Так ведь скучно! Огонька не хватает. А меня зажечь способна только работа.

«Вот ей и занимайся! Некогда расслабляться! Потом пострадаешь!»- пришлось мысленно рявкнуть самой себе.

Подвинув к себе очередную папку, взялась ее просматривать.

Что тут у нас? О как! У нас тут жалоба и стандартная отписка от канцелярии царевны с резолюцией: «Оставить без изменений». А кто на что жаловался?

Юная демоница, попавшаяся на воровстве. Хм, я и такими делами уполномочена заниматься? Посмотрим. Ага, претензия от ее имени. А на что? На несправедливость приговора.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вчитавшись в пояснительную записку, немного разобралась в сути. Молодая девушка, до этого воспитывавшаяся в подконтрольном мне училище для сирот, поступила на службу в торговый дом. Купец, который принял ее, занимался продажей овощей и фруктов. В том числе и экзотических, привозимых из-за границы. Характеристика от директрисы образовательного учреждения также прилагалась к делу. Она писала об очень умной, педантичной и аккуратной воспитаннице. Купец же говорил, что его служащая неисполнительна и недобросовестна. Плохо трудилась и была замечена в воровстве продукции. Но, по доброте душевной, он спускал ей это. Потом видать, запас хорошего отношения у дядечки иссяк. Он обратился в стражу с требованием арестовать продавщицу за кражу какого-то редкого фрукта. Цена одного заморского плода была сопоставима со стоимостью трех-четырех лошадей. Это я поняла не сама, я еще не разбиралась в местных деньгах. Это было указано в заявлении. Накатал этот торговец его аж на трех листах, слог имел достаточно экспрессивный. Не знаю почему, но у меня возникло какое непонятное заочное неприятие к этому субъекту. Слишком уж он пытался очернить эту сироту.