В плену у повелителя. Путь ангела (СИ) - Нема Полина

— За такое, моей ангел, я раньше сжигал, обращая в пепел и развевая врагов по аду, — спокойно сказал Владыка, прижимая меня к себе. А я что? Я молчала. Только упираюсь ладонью в его грудь. — Почему ты их защищала? Ты же ведь по их вине сюда попала.

— Потому что друзей не выбирают, — ответила. Голос вернулся. — Они бы погибли наверху или когда спустились бы вниз. Дружба делает сильнее, не позволяя рухнуть на землю, она же и позволяет ощущать, что ты в этом мире не один и кому-то нужен.

— Могла бы и уйти, раз друзья тебе помогли. Эверлин к пыткам не привыкать, а сыну не помешают, — пожал плечами Владыка.

Я отстранилась от него и поднялась, поглядев в его глаза. На лице его виднелась легкая улыбка.

— Чтобы уйти, надо чтобы меня отпустили.

— Цепи нет, я тебя не держал. Значит, ты сама захотела остаться?

Он ухмыльнулся, приподняв бровь. Произошедшее его нисколько не разозлило.

— Вы знаете причину, — насупилась.

— Знаю, но не понимаю, почему ты так отчаянно хочешь выполнить долг. Помимо той причины, что ты такой родилась.

— А ради чего я должна отказываться?

— Попробовать нечто новое в жизни, — его рука скользнула по моей ноге, вызывая вновь яркое возбуждение.

— Рядом с вами? Не то чтобы вы мне были неприятны. Но мы — враги.

Его рука замерла на моем бедре. Ага, такие враги, что меня чуть ли не на руках носят, а разница между мной и обычной девушкой очевидна: я — ангел, которому нельзя лишаться невинности, нужно быть смиренной и еще куча всего. Но от поцелуев я же не отказываюсь, от объятий тоже, хоть и должна.

— Обидно, да? — Владыка заправил прядь волос мне за ухо.

Как он узнал, о чем я думаю? Да, немного обидно, что кто-то может позволить себе и с мужчиной быть, и детей родить и нянчится с ними.

Отвернулась от него, да кто ж мне даст — развернул мое лицо к себе, глядя черными глазами, а затем накрыл губы поцелуем. Резко и беспрекословно ворвался языком в мой рот. Так жарко и так бесстыдно мне и в первый раз не было. Сжимал меня в крепких объятьях, а я не могла устоять перед его напором. И крылья, спрятанные в спину, вновь высвободились, закрывая нас и будто прикрывая мой стыд. Поцелуй стал соленым, и я оторвалась, понимая, что рыдаю. Но взгляд Владыки все расставил на свои места — легкая ухмылка и четкий взгляд. Он знал на что давить, чтобы расслабить меня, снять мою оборону. Прекрасно понимал, что я поддамся искушению. Это все расчет. Демонский беспринципный расчет.

Глупая Анна. Тебя соблазняют — не хотят пытать, хотят взять с другой стороны.

— Нет, — вскочила на ноги.

Владыка упер руку в подлокотник и опустил голову на кулак.

— И куда ты?

Холодный пол, не то, что в спальне. Я даже пальцы на ногах поджала.

— Туда, подальше. Я знаю, что вы делаете, — погладила пальцами виски. — Вы пытаетесь сбить меня с толку…

— Так делают все демоны, — продолжил за меня.

Он опять это делает. Опять заканчивает за мной фразы.

— Пол холодный, — он опустил глаза на мои ноги.

— А вы…

Хотела сказать «горячий», но в этот момент позади скрипнула огромная дверь. В зал задом вошел маленький мальчик. Лет пяти, с черными немного курчавыми волосами. Он не оборачивался, смотрел в щель приоткрытой двери. На нем белая рубашка, закрывавшая босые ступни. Ребенок прижал маленький кулачок ко рту и прикрыл дверь, вглядываясь в тонкую полоску света.

— И что ты здесь делаешь? — Владыка очутился возле малыша в один момент. Я даже не заметила, как он мимо меня прошел.

Ребенок повернулся и посмотрел на огромного Владыку снизу вверх. Дверь открылась, и на пороге появилось две демоницы в темно-зеленых платьях с небольшими кисточками, торчащими из волос вместо рогов. Мальчик прижался к ноге Владыки, и спрятался за него, поглядывая на демониц.

— Что здесь происходит? — Владыка скрестил руки на груди.

— Простите, Владыка, — они тут же упали на колени. — Мы играли в прятки с Пептри, и он сбежал.

Владыка перевел взгляд на малыша.

— Это правда?

Ребенок, не отводя взгляда от него, покачал головой и повернулся, заметив меня. В его черных глазах отразилось удивление и заинтересованность. Он рванул ко мне, но Владыка ухватил его за рубашку и поднял на руки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ангела трогать нельзя, — сурово ответил он. Они так похожи. Еще один ребенок Владыки? — Кто-то из вас троих врет.

Ребенок обхватил его шею и уставился на меня. Из его рта потекла слюна, капнула на кожу Владыки с шипением оставила небольшую ранку — теперь ясно, почему мужчина не пустил ребенка ко мне. И все же я улыбнулась малышу, а он улыбнулся мне и помахал грязной ручкой.

— Все, пошли все вон! Я сам поговорю со своим сыном! — рявкнул Владыка на демониц.

Те быстро подобрались и чуть ли не стремглав выскочили из зала.

Демон присел на корточки и поставил перед собой ребенка. Тот смотрел на отца, не отводя взгляд. Такая милая картина. Была бы, если бы совсем недавно он не сжимал горло другому сыну. Я подошла ближе, но меня остановил голос Владыки.

— Ангел, отойди, — не поворачиваясь ко мне, сказал он.

Владыка говорил, а малыш слушал. И ни слова не сказал. Хмурился, сжимал ручки в кулачки. Я не слышала, что говорил мужчина, но ребенка он точно не обижал.

Какое он все-таки неправильное зло.

Глава 9. Демонские заботы

«Пора упорядочить мысли» — подумал Владыка, оставляя Анну одну. Она хотела посидеть с Пептри, но нельзя — демоны-веномы ядовиты для нее, а малый еще не научился себя контролировать.

Владыка мысленно сделал для себя заметку, что и с помощью этого может манипулировать Анной. Он чувствовал ее: смятение, боль, радость, удовольствие. От одной ее отзывчивости у него каменный стояк, не проходивший все время, что демоны ему рассказывали о поверхности. Хорошо, что он уже научился концентрироваться. Анна — огненный ангел, он хотел ее до невозможности. Он уже представлял, как будет входить в ее податливое тело, впитывая частицы благодати. И как же хотелось ускорить процесс ее искушения. Она сильна и поддается лишь мелкими шагами. Он мог бы ее сломать, но не хотел. Ему нужна ее сила, желание, а не страх. Ему хотелось, чтобы она отдалась ему сама, когда он будет ласкать каждую клеточку ее тела. Как же у него чесались лопатки от каждого их поцелуя. Просто сумасшествие.

— Владыка, — из раздумий его вырвал голос Аббадона, пришедший к нему в кабинет, обставленный по минимуму.

— Ты можешь забрать Гезу, — ответил Владыка, не позволяя демону начать разговор. Тот нахмурился.

Они всегда делили женщин. никогда не ругались и тем более не были собственниками в этом плане. Лишь одно условие было всегда - Владыка был у них первым. У всех, кроме Гезы. тогда Владыка был пресыщен благодатью, а к нему попала новенькая ангел. И опробовать ее он попросил Аббадона. И тому Геза так понравилась, что в гареме он трахал лишь ее. Ну и иногда Владыка, когда нужна была сила.

— И какова плата?

— Никакой. Не хочу получить нож в спину. Только пусть Анне прислуживает.

Они давно изучили друг друга, и Аббадон понял, что Владыка намекал на сына, который чуть не убил его на поверхности. Хоть Аббадон и предупреждал, что так будет, что тиамат силен, но нет — сына надо проучить, сын ничего не знает, его сын слабый, раз связался с человеком… Во всем аде Владыка мог доверять только своим детям и Аббадону. Но в этом он никогда не признается никому.

У них уже давно не было тайн друг от друга. Несколько тысяч лет они были неразлучны. Друзья, хоть Аббадон всего лишь охранял его.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Это на тебя сердце города так повлияло? — скептически спросил Аббадон.

Владыке хотелось кивнуть — да, это она. Его внутренний зверь успокаивался рядом с ней. Он бы и следа не оставил от Эверлин и Короля черной ночи сегодня, потому и потащил с собой Анну. Не для того, чтобы похвастаться перед демонами, а потому что знал — она не даст ему совершить непоправимое.