Игорь Волознев - Робот-насильник

Сердце у Микки отчаянно колотилось. "Бешеный жеребец" уже давно должен был подействовать, а член всё не подавал признаков жизни. Даже когда на середину вышла разогревочная группа парней и девушек, начала раздеваться и лезть друг на друга, Микки по-прежнему не чувствовал ни малейшего признака возбуждения.

Разогревочные отрабатывали свои деньги в поте лица. Парни усиленно двигали задницами и громко стонали; их партнерши визжали, имитируя оргазм; ягодицы, груди и пенисы были наставлены на зрителей, распаляя их и приглашая подключиться к развлечению. Кое-кто из публики, особенно те, кто были на прежних групповухах, начали раздеваться. Глядя на них, снимали с себя одежду и те, кто попали на подобное сборище впервые. Им помогали сновавшие в толпе голые девушки и парни.

Кто меньше всего стеснялся, так это Длинный Дик и его люди. Разогревочные ещё не закончили представление, а они, нагишом, с дикими воплями и свистом, выбежали на середину и начали валить и мять всех разогревщиков без разбору. К ним понемногу присоединялись люди из публики. Вскоре уже добрая половина тех, кто только что перетаптывался у стен, включилась в общую свалку.

Микки всё не решался стянуть с себя брюки. Голая рыжеволосая красотка с пышным бюстом присела перед ним на корточки и принялась помогать расстегивать ширинку.

— Что вы, мадам, я сам, — бормотал вспотевший кибернетик.

— Не тушуйся, парниша, я заведу тебя, — красотка томно закатывала глаза и высовывала язычок, в то время как её уверенные пальцы шастали у Микки в плавках.

"Пропал", — подумал он.

— Нет, я, пожалуй, останусь в плавках, — он попятился. — У меня аллергия…

Красотка решительным движением спустила с него штаны, но в плавки Микки вцепился.

— Не надо, я сам!

— Ты будешь доволен, — страстно шептала она. — Я делаю минет так, что самый слабый член встаёт ровно через двадцать пять секунд. Засекай время.

"Мой член не встанет и через двадцать пять часов!" — мысленно провопил Микки.

Он огляделся. Похоже, на него никто не смотрел. Все уже вышли на середину, где началась настоящая куча мала.

— Зачем же за двадцать пять секунд, — пробормотал он. — Ты не торопись… Я люблю, когда мне делают минет подольше…

И он быстро, чтоб никто не успел увидеть, стянул с себя плавки и сунул свой вялый отросток красотке в рот.

"А что, пожалуй, это выход, — подумал он. — Пусть она всё время держит его во рту. Держит как можно дольше… Желательно — до конца групповухи… Авось пронесёт…"

— Милашка, я никуда не тороплюсь, — говорил он. — И ты не торопись. Не утруждай себя… Я буду просто держать пенис у тебя во рту, а ты делай вид, что сосёшь. Так и тебе легче… Я, понимаешь, испытываю кайф не оттого, что его сосут, а оттого, что его просто держат во рту…

Красотка усердно трудилась, но член и не думал подниматься. Микки мучительно прислушивался к себе: ну, хоть сейчас "Бешеный жеребец" подействует? Неужели всё настолько безнадёжно?

Красотка, наконец, высвободила рот.

— Тебе надо было принять "Жеребца", — пропыхтела она, недовольно морщась. — Совсем не встаёт!

— Это потому, что ты сосёшь, — ответил Микки. — Я тебе сказал: просто держи во рту, тогда он встанет.

— Ну уж нет, — она поднялась с колен. — Ищи себе другую дуру, чтоб во рту три часа держала!

К ним подошёл голый волосатый мужчина, в котором Микки узнал одного из здешних охранников, и грубым тоном потребовал заниматься сексом не здесь, а в середине зала вместе со всеми.

Прикрывая руками пах, Микки подбежал к человеческой груде и нырнул в самую её гущу, рассчитывая увильнуть от секса за чужими спинами. Он полз на четвереньках между распалёнными извивающимися телами, шарахаясь от тянувшихся к нему рук, норовивших схватить его за ляжку или за плечо. Вокруг лежали или стояли на карачках мужчины и женщины; какая-то красотка проскребла пятернёй по его боку, оставив на нём кровоточащие царапины; уворачиваясь от неё, Микки ткнулся лицом в чей-то вздыбленный пенис, который как раз в этот миг брызгал спермой; утирая щёки, кибернетик прополз между группами дёргающихся тел и остановился, когда другая красотка ткнула ногой прямо ему в рот, вонзив свой большой палец ему между губ.

— Пососи, красавчик, тебе понравится! — крикнула она.

Микки мотнул головой, избавляясь от пальца, прополз ещё немного, его толкнули, он не удержал равновесия, завалился на бок, задев рукой чьи-то бёдра и вымазав пальцы в сперме, и тут на его лицо уселась задом толстуха, пригвоздив к полу. Микки затрепыхался, но кто-то уже овладел его гениталиями, полностью вобрав их в рот вместе с мошонкой и сжав зубами. Микки завопил от боли, дёрнулся, двинул кого-то ногой, погрузил кому-то в живот локоть, но на него навалились сразу двое. В его ляжки впились чьи-то пальцы.

— А ну, стоп, лошадка, не дёргайся!

Микки рванулся, пытаясь увернуться от нацеленного в его зад багрового пениса, и в ту же минуту утонул лицом в необъятной женской груди, пахнущей потом и духами.

— Давай, малыш, — толстуха заёрзала, её лобок начал тереться об его пах, но Микки вместо эрекции испытывал только боль в мошонке. — А ну тебя, — толстуха выругалась и столкнула его с себя.

— Вот он, наш половой гигант! — услышал он над ухом рявкающий торжествующий голос и покрылся ледяным потом. — Вот где он спрятался!

Над ним стоял голый, весь красный от пота, с волосатой грудью и топорщившимся членом Дик и показывал на него пальцем.

— Ну-ка, Билли, притащи сюда Джен! Пусть полюбуется на него!

Подручный Дика протолкался сквозь трахающихся и подтащил к Микки голую Джен. Её чёрные коротко стриженые волосы были взъерошены, маленькие соски торчали в разные стороны, а на хорошеньком личике с подведенными глазами читалось недовольство.

— Ну что, любовничек, ты готов? — Дик приподнял Микки за шею и толкнул на Джен так, что они оба упали. — Давай, трахай её по-быстрому, а мы посмотрим!

Вокруг заржали. Участники групповухи, что находились поблизости, прервали свои игры и тоже уставились на них с Джен.

— У тебя же все нормально, — веселился сутенёр. — Ну так давай!

Джен с кислым видом взяла пальцами гениталии Микки и помяла их.

— Всё по-прежнему, — сказала она. — Импотент. И зачем только он припёрся сюда?

Дик захохотал.

— Ну-ка, Том! — крикнул он. — Покажи дохляку, как надо засаживать!

Мускулистый верзила Том схватил Джен в охапку и налёг на неё. Сразу было видно, что он принял изрядную дозу "Бешеного жеребца": его лицо было красным, руки дрожали, увесистый член торчал как дубина. Том ввёл его в Джен и задёргался, застонал. С его губ потекла пена. Тем временем ещё один подручный Дика — Хью, по знаку босса принялся запихивать член Джен в рот.