Молли Харпер - Правила побега с обнаженным оборотнем (ЛП)

Я еще покрутила ручку, через несколько поворотов, окно открылось достаточно для того, чтобы я смогла просунуть голову. Повернув на удачу еще разок, я застегнула и выбросила на улицу сумку. Осторожно наступила на сливной бачок и, молясь, чтобы он выдержал мой вес, сунулась в отверстие.

Я твердила себе, что это такая игра – типа пространственной версии лимбо. Как далеко я протиснусь? Стараясь придать своему телу наиболее обтекаемую форму, я высунула руки на утренний мороз. Голова и плечи прошли легко, а вот живот и бедра застряли, стиснутые фрамугой, которая мешала продохнуть.

– Проклятый французский тост, – пробормотала я, пытаясь освободиться.

Посмотрев вниз, поняла, что еще полтора метра, и я благополучно втемяшусь головой в грязь под окном.

– Дурацкий план, – обругала я себя, стиснув зубы от давления на диафрагму, которое перекрывало дыхание. Что предпочтительней: попытать шансы с Калебом или заработать сотрясение мозга под окнами общественного туалета?

И вдруг мои бедра проскользнули, и я полетела вниз. Обхватила голову руками и засучила ногами. В последний момент, зацепившись стопами за подоконник, повисла, прикидывая, как бы приземлиться тыльной стороной, а не лицом в грязь.

– Глупый, глупый план, – злилась я, проклиная притяжение и мой жалкий хлипкий торс. – Дурацкая гравитация.

– Можешь объяснить, почему ты тут болтаешься вверх тормашками, свесившись из окна туалета? – произнес Калеб, издевательски ухмыльнувшись.

– Мать твою! – заорала я, и мои ноги выскользнули из-под подоконника.

Свалившись, я с визгом саданулась плечом об асфальт. Калеб тут же поднял меня, подхватив под мышки, так, что мои ноги едва достигали земли.

– Не стоило, – пробормотала я, выворачиваясь из его рук.

Он неохотно опустил меня на тротуар, и я одернула помятую одежду.

– Что ты делаешь?

– Хороший же ты охотник за головами, если задаешь подобные вопросы, – ответствовала я с достоинством, которое, учитывая мои акробатические кульбиты, было совсем не к месту.

– Какого черта ты решила сбежать? – Его вид и тон говорили об искренней обиде и недоумении. – Кажется, я вполне доходчиво объяснил, что не промышляю серийными убийствами.

– Я довольно ясно дала понять, что не доверяю тебе.

– Почему?

– Я тебя не знаю! – отбивалась я.

– Так ты и вчера не знала, когда вытащила меня из заварухи и оказала медицинскую помощь. Что с тех пор изменилось? Я просто хочу помочь тебе в благодарность.

– Почему тебе это так важно, ты же меня даже не знаешь?

– Но ты же мне помогла, – возразил он. – В смысле, меня ранили, мне было плохо, ну не так плохо, как ты думала, но без твоего лечения мне было бы куда как хуже… так ведь?

Он говорил с нажимом, словно ему очень хотелось меня убедить.

Калеб откашлялся, прерывая мои размышления:

– Послушай, тебе нужно на юг, я еду туда же. По пути мне придется сделать несколько остановок. Я просто хочу знать, что с тобой все в порядке. За последние сутки ты попала под случайную перестрелку и вылетела из окна туалета без всякой причины. За тобой должен кто-то присмотреть. – Я изогнула бровь, и он тут же добавил: – Ну, может, и ты за мной присмотришь?

Я поджала губы, прикидывая, чем для меня может обернуться присмотр за Калебом. Наверняка это что-то большее, чем просто таращиться на его обтянутую джинсами задницу, какой бы заманчивой такая перспектива ни казалась. Его предложение решало проблему «отдам орган для пересадки, если подвезете». Я любила свои органы, особенно, когда они все вместе, едины и неделимы, так что его предложение казалось более приемлемым вариантом.

– А каковы условия? – поинтересовалась я.

Калеб пожал плечами:

– Заедем кое-куда.

Я задумчиво отряхнула грязь с джинсов. Причины, по которым я сбежала от него из кафетерия, никуда не делись. И Калеб явно знал, что я не доверяла ему, просто делая хорошую мину при плохой игре. Но он был из стаи Мэгги. И каждая история, в которой он фигурировал, преподносила кузена Калеба как лучшего из лучших, честнейшего из честнейших. С другой стороны, он может оказаться таким же безжалостным и жадным до денег, как сам описывал.

Все, хватит метаться, как будто у меня есть выбор. Я оказалась черт знает где, без машины, денег и средств к существованию. Я оказалась посреди реки в лодке без весел, и теперь как хочешь, так и греби к чертовому берегу. Да что уж там, у меня даже каноэ нет. Только не дождется Калеб, что я в этом признаюсь.

– Ладно, – выдохнула я, направляясь к стоянке.

– Ты ко всему собираешься относиться с таким же рвением? – спросил он, подбирая мою сумку и закидывая ее на плечо.

– Я могу вести машину. Конечно, не тогда, когда меня колотит в истерике, но я могу подменять тебя за рулем, чтобы облегчить тебе жизнь.

Он сел на водительское место, перегнулся через пассажирское кресло, чтобы открыть мне дверь, и торжественно сообщил:

– Никто, кроме меня, не управляет этим грузовиком.

– Ага, я заметила это вчера, когда увозила твою бездыханную задницу подальше от стрельбы и взрыва.

– Вчера были особые обстоятельства.

Я глянула на него мельком, запихивая ногой под сиденье мешок с наручниками и прочими игрушками.

– А с этими твоими прибамбасами поиграть можно?

– Нельзя. – Когда я скрестила руки на груди и нахмурилась, добавил: – Но в качестве жеста доброй воли я оставлю тебе дубинку.

– Ты заметил, что я ее взяла?

Он послал мне взгляд из-под солнечных очков, который я бы охарактеризовала как «Я тебя умоляю!», но до сих пор Калеб производил впечатление парня, который не употребляет подобных выражений ни вербально, ни визуально, поэтому… Я быстренько напустила на себя раскаивающийся вид – как же ловко он меня поймал.

Видимо, стоит вновь поработать над ловкостью рук.

– Тебя кто-то разыскивает?

– Не твое дело.

Он закатил глаза и продолжил, будто я ничего не сказала:

– А ты хочешь, чтобы тебя нашли? – Я посмотрела на него без всякого выражения, оборотень опять закатил глаза. – Ладно. До того, как вчера вечером заскочить во «Флэпджекс», я ехал за неким Джерри Степанеком из Флинт Крик. Это примерно в двух часах пути отсюда, поэтому ты не особо меня задержала и разорила, – сообщил он, не обращая внимания на то, как я в свою очередь тоже закатила глаза. – Джерри умом не блещет, а цену за него дают хорошую.