Vrednost - Дети ночи

Я вздохнула, и спорить не стала. Надо так надо, к тому же мне не терпелось наконец-то официально познакомиться с этим старейшиной.

Когда мы вернулись в избушку, уже смеркалось. Маиса, взяв с собой мать, отправилась на охоту. Жак тоже ушел, плотоядно улыбаясь. Я пригрозила ему, что если он хоть слюну пустит на моего Дьявола, я превращу его в котлету. В убежище остались только я, Энжел и Венди. Дампир увлеченно рассказывал мне о своих злоключениях, уплетая второй йогурт подряд. На этот раз я ужинала человеческой пищей. На кровь больше не тянуло и это радовало. Мракборн весь ужин бросал на меня красноречивые взгляды, но я тщательно их игнорировала. Он хотел поговорить, но у меня не было настроения. Мучило одно: неужели нам так легко будет захватить Чекстель? А что дальше? Артура Кристол непременно надо уничтожить, но как с остальными? Марс представляет опасность, но без силы станет обычным человеком и вероятно вернется к Кэти….Черт, Кэти он уже давно не нужен. А что делать с Юрием, мамой и …Я поняла, что не хочу причинять боль Христиану. Мои чувства к нему были очень странными, эдакая ненависть, смешанная со страстью и обожанием. Венди зевнул, и я отправила его спать. Мальчик попросил меня рассказать ему что-нибудь на ночь.

— Неужели ты не уснешь без сказки? — прошептала я.

— Неааааааа, — дампир зевнул еще раз и закрыл глаза.

Теперь мы с Энжелом можно сказать остались наедине. Мракборн встал и начал наступать на меня. Он практически прижал мое тело к стене и начал осыпать поцелуями мою шею. Я пыталась не поддаваться, но его губы, порхающие по мне словно бабочки, заводили все тонкие пружины страсти. Вот в таком виде нас и застал Оттом. В балахоне, горящие красные глаза, высокий лоб, светлые жидкие волосы и неестественно длинный подбородок. Рядом с ним через секунду возник Скай. Призрак имел потрепанный вид, однако при виде меня обрадовался, но заметив Энжела, тут же резко остановился.

— Ты?! — злобно проговорил рыженький и со всего маху ударил Мракборна по лицу.

Энжел стерпел и улыбнулся. Он понимал, что виноват.

— Скай, хватит! — остановила призрака я, — Выясните отношения в другой раз. У нас большие проблемы, между прочим.

— Я уже умер, что может быть хуже? — зло процедил Гамильтон.

— Хочешь узнать? — проговорила я и сверкнула глазами.

Скай тут же обмяк и больше не пытался корчить из себя злобную фурию. Энжел кивнул в сторону старейшины, привлекая мое внимание. Я улыбнулась Гамильтону и повернулась к вампиру. Оттом вежливо поклонился, на что я очень растерялась.

— Рад видеть Вас в добром здравии, — произнес он своим голосом, похожим на бурлящий водопад. Только сейчас я заметила, что у вампиров притягательные голоса.

— Спасибо…спасибо за все, что сделали для меня.

— Пустяки, — усмехнулся старейшина. — Я не сделал и частицы того, чего можете совершить Вы! Мы все нуждаемся в Вашей помощи и защите.

— Надеюсь оправдать Ваши надежды, — с достоинством ответила я. — Но, насколько Вам известно, положение у нас незавидное, мы объявлены вне закона.

— Это не страшно, нужно лишь поменять укрытие.

— Это может оказаться большой проблемой, — задумчиво проговорила я. Пожалуй, на территории города оставаться нельзя.

— Может в Чекстель? — предложил Скай, оторвавшись от созерцания живого Энжела.

— Ну да, мне Артур красную дорожку расстелет, — я скорчила гримасу, — тут нужно такое место, которое…Кажется, я знаю, но нужно время.

— Сколько? — спросил Энжел.

— Сутки, а может и больше. Я не знаю, прежде с таким не работала и мне понадобится помощь, — я выразительно посмотрела на Гамильтона.

— Всегда к твоим услугам дорогая, — промурлыкал он, довольный, что Энжел начал заводиться и ревновать. Похоже, мой возлюбленный не мог понять, к кому же я более благосклонна.

— Отлично, я также хотела просить Вас Оттом посодействовать мне и…

— Не нужно слов, — мягко проговорил старейшина, — я теперь сам вне закона так сказать и навсегда в Вашем лагере, если конечно Вы не против.

— Конечно же оставайтесь.

Тут далеко в лесу раздалось ржание. Я прервала разговор и выбежала из избушки.

— Останься здесь, — Энжел схватил меня за руку, — это может быть опасно!

— Там Дьявол, пусти!

— Лекс, мы сами разберемся, — твердо произнес появившийся рядом Скай.

— Ладно, — ответила я и вернулась в избушку.

Ох, как бы они там друг друга не поубивали. Похоже, Мракборн решил разобраться с каждым моим знакомым мужского пола, хорошо, что хоть к Дьяволу не ревнует, хотя за питомца я не ручаюсь.

— Лекс, я вижу, что Вас ждет великое будущее, но нужно научиться переступать через себя, пока не поздно иначе цена окажется слишком высокой.

— Вы говорите загадками.

— Мне не положено открывать будущее, чтобы человек не менял предначертанный ему курс.

— Иногда это не правильно.

— Возможно, а теперь давайте обсудим план, пока нам никто не мешает.

Я улыбнулась вампиру и присела на лавку. Наконец-то передо мной сидит тот, кто мыслит твердо, трезво и без эмоций.

Глава 8. По ту сторону баррикады

Старейшина Лагранж с удивлением наблюдал действие на площади. Минуту назад он помог Владу Метьюсу преодолеть силовую удавку. Теперь же Винсент следил за сценой, которая разыгралась между охотником, парнем из толпы и фигурой в капюшоне. Старейшина закрыл глаза и пытался уловить, откуда идет источник такой мощной силы. Через пять минут розыска, он вынужден был прервать свои поиски, так как Влад отпихнул светло-русого парня и переместился вместе с фигурой в плаще. Лагранж подумал и трансгрессировал со сцены на площадь. Он медленно подошел к лежащему на земле юноше. Ганс Бокс как раз начал медленно приходить в себя после удара Влада. Парень открыл глаза и недоуменно уставился на склонившегося над ним человека.

— Кто это был с тобой? — голос брюнета с крючковатым носом выдавал крайнее волнение. Он почему-то не понравился Гансу. Подумаешь не очень симпатичный субъект, но от него волнами исходила опасность. — Ты ответишь на мой вопрос?

— Нет, — выдавил Ганс и его серые глаза засверкали гневом.

— Как хочешь, — человек положил правую руку на лоб Бокса и через минуту Ганс умер.

Лагранж улыбнулся, и хотел было переместиться, как вдруг почувствовал на себе взгляд. Он повернулся и увидел дочь Метьюсов. Девушка с ненавистью и ужасом смотрела на тело Ганса.

— Я советую забыть эту картину как можно раньше, — учтиво проговорил старейшина и исчез.

Через секунду он стоял в кабинете Юрия Моссада. Один из правителей Чекстеля сидел за бумагами. На красивом лбу образовалась морщина, видимо он решал какой-то сложный вопрос.