Психо-Стая - Ленор Роузвуд

— Пока что, — многозначительно вставляет Виски. — Какой-то ямы было бы недостаточно, чтобы удержать меня вдали от Айви, а я даже не долбаный мутант.

Я вздыхаю.

— Мы на месте.

Наконец-то. Заброшенная церковь, где должна состояться судьбоносная встреча, выплывает перед нами из предрассветного тумана. Её сломанные шпили торчат из рассыпающегося камня, как скрюченные пальцы мертвеца, пытающегося выбраться из земли. Готические арки, края которых сглажены десятилетиями запустения, обрамляют разбитые витражи — те смотрят на нас, словно пустые глазницы. Осколки стекла ловят первые слабые лучи солнца, отбрасывая болезненные пурпурные и красные тени на выветренный камень. Природа начала забирать здание обратно: густые лозы ползут по стенам, как вены на умирающем теле.

Я плавно останавливаю машину у подножия полуразрушенных ступеней. Колеса хрустят по битому стеклу и мусору — звук кажется неестественно громким в тишине. Ржавые железные ворота криво висят на петлях, тихо поскрипывая на холодном утреннем ветру.

— Ну, совсем не жутко, ни капли, — бормочет Виски за моей спиной.

Мне приходится согласиться, хотя я оставляю мысли при себе. Здание буквально излучает ауру распада и забвения, от которой по коже ползут мурашки. Даже воздух кажется тяжелым от груза забытых молитв и утраченной веры.

Айви подается вперед, с глубоким интересом изучая церковь. Её глаза ловят те крохи света, что здесь есть.

— Эти узоры вокруг двери, — тихо говорит она. — Они вриссийские, верно?

Я киваю, впечатленный её наблюдательностью.

— Церковь построили во время оккупации, еще до войны. Когда влияние Вриссии распространялось так далеко на юг. — Я указываю на выветрившиеся надписи над массивными дубовыми дверями. — Видишь, как буквы вырезаны под углом? Это традиционная резьба по камню.

— Потрясающе, — тянет Виски. — Может, устроим урок истории после того, как убедимся, что это не ловушка, в которой нас всех порешат?

Он прав, конечно, но я не могу не изучать этот шедевр архитектуры внимательнее, раз уж мы здесь. Стая ворон срывается с одного из сломанных шпилей, когда мы выходим из машины; их резкие крики эхом отдаются от каменных стен. Именно такого драматичного дерьма я и ожидал от переговорщика из Райнмиха. У них всегда была тяга к театральности.

Скоро мы узнаем, настоящий ли это обмен или изощренная западня. Зная наше везение, скорее всего — и то, и другое. Но с тихой силой Айви рядом со мной, с дерзким юмором Виски, не дающим нам сойти с ума, и с моей уверенностью, что Валек прикрывает нас, где бы он ни затаился…

Возможно, у нас есть шанс. И, возможно, я верну брата. Даже если он попытается меня убить.

— Оставайся в машине, — шепчу я Айви, выскальзывая наружу прежде, чем она успеет возразить. Я прямо затылком чувствую, как она недовольно хмурится.

Виски выпрыгивает следом, и он непривычно молчалив, пока мы прочесываем территорию в поисках признаков засады.

Или врага, затаившегося в ожидании.

Я в последний раз сканирую развалины церковного двора, подмечая каждую тень и потенциальное укрытие. Движение цепляет взгляд — вспышка белого на далеких скалах, которая исчезает так же быстро, как и появилась. Валек. По крайней мере, он выбрал хорошую точку обзора.

— Заметил что-нибудь странное? — тихо спрашиваю я Виски. Тот медлит, озираясь с преувеличенной осторожностью.

— Что, типа привидение?

— Нет, идиот, — огрызаюсь я. — Не привидение. — Хотя технически это «Призрак», иронично думаю я. Если Виски не заметил позицию Валека, это добрый знак. Значит, враги тоже не заметят.

— Змея здесь, да? — бормочет Виски; напряжение отчетливо видно в его широких плечах.

— Не привлекай к нему внимания, — предупреждаю я. — Нам может понадобиться прикрытие. — Я хватаю его за руку прежде, чем он успеет возразить. — Если что-то пойдет не так, хватай Айви и дуй прямо на северо-запад. Валек вас прикроет.

Виски начинает спорить, но я уже иду обратно к машине.

— Можешь выходить, — зову я Айви.

Она грациозно появляется, её белый плащ ловит слабый свет. Она широко раскрытыми глазами осматривает заброшенную церковь и заросший двор.

— Здесь кажется… мирно, — шепчет она.

— Ну да, ты же любишь всякое жуткое готическое дерьмо. Прямо как Призрак, — подкалывает Виски, но его рука не отходит от оружия.

— Как и ты, — подмечаю я. Он замирает, с любопытством оглядывая меня.

— Никогда об этом не думал. От тебя и правда веет чем-то вампирским.

Я закатываю глаза.

— Просто заткнись и следи за дорогой.

Мы ждем в напряженном молчании, пока солнце поднимается над горизонтом, окрашивая небо в золотистые и розовые тона. Блеск металла вдалеке заставляет нас всех подобраться.

Бронированный черный автомобиль приближается сквозь утренний туман.

Я инстинктивно становлюсь перед Айви, Виски заходит с другого бока. Мои глаза напряжены, пытаясь рассмотреть что-то за тонированными стеклами — я ищу хоть какой-то знак присутствия брата, хотя знаю, что это всего лишь переговоры. Его здесь еще не будет.

Машина останавливается, и выходит фигура, от которой у меня дыбом встает шерсть на загривке. Он огромен под черным плащом, касающимся краев его кожаных сапог — выше и шире каждого из нас, кроме Призрака. Длинные черные волосы бешено вьются на ветру. Черная бандана закрывает большую часть лица, оставляя видимыми только глаза. В Пределах это обычное дело, но я уверен, что здесь дело не только в ветре, но и в желании скрыть личность. Восходящее солнце превращает его в силуэт, не давая разглядеть черты лица.

Моя рука скользит к оружию. Я скорее чувствую, чем вижу, как Айви и Виски напрягаются за моей спиной. Размеренная, целенаправленная походка незнакомца — не что иное, как походка хищника.

Что-то в его движениях кажется знакомым, но я не могу понять что. Мысли лихорадочно сменяют одна другую, и когда он подходит ближе, замешательство рикошетит во мне, как пуля. Он пришел один? Это всё еще может быть ловушкой.

Мы молча наблюдаем, как массивная фигура останавливается перед нами.

— Кажется, я уточнял: один охранник, — выкрикивает он, и у меня кровь стынет в жилах.

Этот голос. Я не могу разобрать едва уловимый акцент, но… Я знаю этот голос.

Прежде чем я успеваю сообразить, что происходит, Виски фыркает:

— Ты что, цыпочки испугался, бро?

Фигура замирает как вкопанная. Я ловлю вспышку голубых глаз над банданой, когда он уставляется на Айви за нашими спинами. Виски усмехается, добавляя вполголоса:

— И правильно.

Я мельком смотрю на Айви: её рука спрятана под плащом. Без сомнения, сжимает тот самый стеклянный кинжал. На её губах играет опасная улыбка, под стать усмешке Виски.

Мужчина делает еще шаг вперед. Мы напрягаемся. Сердце колотится о ребра, когда он поднимает руку и цепляет