Ведьзмарский лес - Иванна Осипова

Стражи у моста уже приветствовали их. Миновав первый дозор, Фин с сомнением и подозрением посмотрел на леди Скоггард.

— Тебе же лучше, если не окажешься беременной. Поверь, тебе же лучше.

Ула смолчала, только положила ладонь на живот, вспомнив прощание в спальне и руку Дагдара на её руке. В его жесте, таком простом, было столько любви и надежды. Он был бы счастлив. Теперь же — никогда. Волна боли скрутила Урсулу. Чтобы отвлечься, она задала вопрос, который давно занимал её:

— Зачем ты убил Резло и того крестьянина из леса?

— Я⁈ — Кажется, Фин не ожидал, что она знает. — Видела, что ли? И никак не выдала себя? В тебе полно тайн, Урсула Бидгар.

— Так зачем? — Всем видом она показала, что не собирается пояснять.

— Резло всегда дурной был. Не понимал, с кем имеет дело. Решил, что ему можно участвовать в моей игре. Я готов был делиться Аластой, но не тобой. Цени это, Урсула.

— Ценю, — сквозь зубы бросила Ула. — А бедняга? Его так порвали звери. Зачем добивать?

— Звери, — фыркнул Фин. — Парни хохотали бы до слёз, услышь тебя. Думаешь, как удержать деревенщин от походов через лес? Помогают байки о ведьмаках и страшной смерти каждого, кто осмелится на это. Крестьянин выжил на свою беду.

— Ты не человек, Финиам.

— И меня это устраивает. Приехали.

Во дворе Улу не оставили одну. Фин и несколько помощников из леса доставили её напрямую в комнату. Дверь висела на одной петле, светлая щепа выпирала из коричневой поверхности.

— Дана! — Ула в ужасе смотрела на раскуроченную дверь.

— Жива твоя прислуга, — поморщился Фин. — Эй, девка, ты где? Хозяйка ждёт.

Дверь в купальню осторожно приоткрылась, и горничная скользнула в спальню, опустив голову.

— Милая! — Ула кинулась, обняла её, радуясь родному человеку. — Что они с тобой сделали?

— Успокойся. Никому она не нужна. Будешь себя хорошо вести — будет жить. Поучили немного.

Заставив Дану посмотреть на себя, Ула в ярости скрипнула зубами: ценой молчания и преданности стали синяки и разбитая губа.

Фин скинул камзол, огляделся, расправляя плечи.

— Выглядишь не очень, дорогая. Бледненькая, тени под глазами. Так не годится. — Он по-хозяйски завалился на постель, раскинул руки, с усмешкой оценивая Урсулу. — Иди мойся. Я буду позже. Ты должна быть свежей и готовой исполнять мои желания. Не хочу больше ждать. В прошлый раз пройдоха Эилис, похоже, отравил меня. Этот лис способен на многое. — Оскалившись, Личвард неохотно поднялся. — Я не прощаюсь, леди Скоггард.

И, рассмеявшись, он покинул комнату.

80

Закрыв лицо ладонями, Ула стояла так довольно долго, ни на что не откликаясь, полностью погрузившись в тот мрак, что разрастался в сердце. Тяжесть давила на хрупкие плечи. Холодно и пусто в жарко натопленной спальне. Вместе с мужем умерло всё вокруг.

— Госпожа Ула, что с вами? — повторяла Дана осторожным шёпотом. — Они навредили вам?

Ула не отвечала. Ей нужно было время, чтобы собраться с мыслями и накрепко запереть чувства в самой дальней части души. Не время рыдать о своих потерях. Она простилась с Дагдаром в ритуальном круге. Пролила вдовьи слёзы.

Образ мужа продолжал терзать её. Он так изменился перед смертью, став больше похожим на вторую ипостась — древнего эрргла. Заострённые скулы, выступившие надбровные дуги, древесное переплетение вместо жил на шее. Смерть высветила всю суть двух душ, заключённых в одном теле. И всё равно — любимый и желанный. Как ей жить без него? Урсула не знала.

После вернулась память о последних словах Фина. Вскоре он появится в комнате, требуя подчинения. Ула осталась без своих кинжалов, потерянных в лесу. Оглядев спальню, она так и не нашла ничего, чем смогла бы защититься. Если только подсвечник или кочерга, приставленная к стене возле камина. Урсула горько усмехнулась. Почему бы не воспользоваться кочергой против мерзкого слизняка.

— Я согрела воды, хозяйка. — Дана заглядывала в бледное, но решительное лицо Улы. — Будете мыться?

— Да. — Она кивнула и стала раздеваться.

Горячая вода размягчила не только тело, но и лёд, в который Ула себя заковала. Сами собой потекли слёзы по щекам. Горничная отводила взгляд, боясь спросить, лишь один раз всплеснула руками:

— Где же ваша подвеска⁈

— Она у того, кому всегда принадлежала, — машинально, глядя в пространство, ответила Урсула. — Приготовь старый камзол для тренировок, милая.

— Вы не ляжете? Такая уставшая, разбитая.

— Не время спать, Дана.

А про себя Ула подумала, что ни за что не встретит Фина в постели. Ему придётся постараться, чтобы добиться своего. Мыслями она вернулась к Эилису и друзьям. Почему они не успели? Живы ли? Личвард грозился заняться лекарем позже, значит, он не знает, где Кодвиг. Отчего копатели настолько неудачно оказались рядом с поляной? Про добычу самородков Ула знала мало. Карвелл писал о реке. Они перекопали её и исследовали шахты рядом, но именно в эту ночь зашли в самую гущу леса, чтобы помешать лорду Скоггарду. Случайность ли или кто-то предал?

Ула размышляла, отщипывая ягодки винограда. Голода она не ощущала, но понимала, что подкрепиться необходимо. Сейчас ей понадобится много сил. Несмотря на долгий и тяжёлый поход, на переживания, который разбили сердце на множество осколков, тело Улы оставалось выносливым, точно неожиданно появился новый источник для его поддержки. С удивлением она обнаружила в себе этот чистый родник, возрождающий к жизни. Душа корчилась от боли, а тело никак не желало сдаваться, будто в его существовании был какой-то смысл.

Горько улыбнувшись самой себе, Ула прислушалась. Издали донёсся яростный лай. Затем — топот ног, царапанье острым по дереву. Лай стал ближе, и в комнату влетел Фолганд. Пёс удовлетворённо умолк, подставив голову под руку леди Скоггард.

— Фолги, хороший мальчик. — Она обнимала песочного пса, прижималась щекой к бархатистой шкуре, принимая дружеское участие бессловесного товарища. — Скучаешь по Дару? И я… Навсегда. — Ула подавила всхлип.

Слишком многое напоминало о муже, тревожа свежую рану. Она не выпускала собаку из рук, продолжая гладить и делиться горем, освобождая сердце от тьмы. Такой её и застал Фин.

— Я говорил о занятиях любовью, а не о кинжальном бое. — С насмешливым удивлением он скользнул взглядом по аппетитной фигуре Улы в кожаной курточке и брючках.

Фолганд оскалил зубы