Оставь мне музыку! - Мира Ризман

занимаюсь флейтой со средней школы, и хотя сейчас у меня нет учителя, я умею легко находить нужную мне информацию в Сети.

— Это очень хорошее умение, как и то, что вы способны совершенствоваться самостоятельно, — признал Ву, потягивая вино и поглядывая на свою собеседницу с явным интересом.

От его взгляда, чуть прищуренного, но настойчивого, по телу Вирджин то и дело пробегали электрические разряды. Ещё никогда прежде мужчина в её глазах не был настолько привлекателен и восхитителен. Это было совершенно ошеломляющее чувство, заставляющее прямо-таки терять рассудок. И только лишь их разговор, продолжающийся томно и неспешно, позволял Вирджин хоть немного выплывать из того розово-мечтательного моря эйфории. Они продолжали говорить о музыке, о его песнях, о том, как здорово, что она подобрала их все и умеет прекрасно исполнять их на флейте. Потом принесли заказ и не только. Помимо двух тарелок на подносе официанта оказалась коробка, перевязанная фиолетовой лентой.

— Платье, — с улыбкой пояснил Ву. — Вы уж простите мне мою поспешность, я вовсе не хотел бы вас обязывать этим подарком, но… я просто не могу позволить вам пойти на концерт моего лучшего друга в школьной форме!

— О… Клоэ ваш друг? — ещё больше краснея, прошептала Вирджин.

— Ну конечно! И я хотел бы после концерта зайти в гримёрку и поприветствовать его. Вы же составите мне компанию?

Пол просто уплывал у Вирджин из-под ног. Она немного приоткрыла коробку, чтобы хоть краем глаза взглянуть на наряд. Её встретило шелковое лиловое великолепие. Даже короткого взгляда хватало для того, чтобы понять, насколько дорогое и откровенное платье ей преподнёс Ву. Огромный вырез, бесчисленные кружева… разве они будут сочетаться с её простеньким бельём? Но говорить ему о таком… Вирджин стала почти пунцовой от возникшей догадки. Вероятно, предполагалось, что под это платье белье и не нужно вовсе.

— Думаю, вам очень пойдёт, особенно если зачесать волосы, — Ву задумчиво наклонился к ней и отодвинул часть кудряшек с её лица. — Пожалуй, парикмахера тоже стоит пригласить в номер.

— В номер? — удивилась Вирджин, и тревожное чувство впервые кольнуло её, чуть разметав розовое марево экзальтации. Она заметно напряглась, так что это не утаилось от взора омэйю.

— Ну вы же где-то должны переодеться, — он снисходительно улыбнулся, и Вирджин чуть слышно выдохнула. — Не забивайте вашу прекрасную головку всякой ерундой, — посоветовал Ву. — Лучше ешьте, ну и пока мы продолжаем наш чудесный ужин, расскажите о ваших планах. Будем считать, что флейта достаточно интересна и самобытна для фестиваля, чтобы вас оценили и заметили. Что вы будете делать дальше? Это же не тот талант, в который нужно вкладываться!

— Почему? — Вирджин так и замерла не донеся ложку до рта. Признаться, блюдо было просто восхитительным и буквально таяло во рту, но она заставляла себя сдерживаться и накладывала себе по четверть ложки, тем самым растягивая удовольствие.

— Ну что вы, Вирджин! — Тон Ву сменился, став более деловым. — Давайте уже начистоту. Вы стремитесь ко мне, и, пожалуй, сразу отбросим романтическую шелуху, я вам нужен для того, чтобы покорить шоу-бизнес. Однако вы показываете не пение или танцы, чтобы я мог оценить ваши возможности, а игру на флейте, что довольно эксцентрично и несколько чудаковато. Но, в конечно счёте, вы же планируете стать певицей?

— Нет! — возмутилась Вирджин. — Совсем нет! Я хочу продолжать играть и совершенствоваться именно в игре на флейте!

— Вы серьёзно? — Ву выглядел обескураженным.

— Конечно, серьёзно! Я уже вам говорила, что подобрала все ваши песни, и они прекрасно звучат в инструментальной версии! Ваша музыка прекрасна сама по себе, и ей не обязательно нужны слова!

— Да кто такое будет слушать?! — фыркнул Ву. — Вирджин, это звучит смешно!

— И что же в этом смешного? — Вирджин была крайне озадачена. Весь розовый флёр стремительно рассеивался, обнажая неприглядную реальность. — Вы считаете, что люди не способны сопереживать музыке и понимать её без однообразных, привязчивых фразочек? Но разве слова, а не музыка создают нужное настроение? Вам ли не знать, что прекрасная мелодия способна «вытянуть» даже самый слабый текст?! Так, может, для разнообразия стоит и вовсе отказаться от него, чтобы получился настоящий шедевр?! Тогда, несмотря на то, что это всего лишь эстрадный жанр, ваша композиция будет звучать веками, а не приестся за пару недель, ну в лучшем случае месяцев!

— Какая высокопарная чушь! — бросил Ву. — Шедевры в эстраде? Как ты собираешься на них зарабатывать? Шоу-бизнес — конвейер, а не храм искусства! Ты должна написать сотню песен в год, неважно какого качества, иначе тебя выкинут на помойку быстрее, чем хоть одна твоя композиция попадёт в ротацию!

— Но ваше имя? Ваши возможности?! Неужели ничего нельзя изменить? — Вирджин была потрясена тем цинизмом, с каким Ву возвращал её с небес на землю!

— Изменить? Зачем? В угоду одной маленькой девчонке? — Он уже не скрывал явного пренебрежения. — Не слишком ли ты высокого о себе мнения?

— Моё мнение здесь не причем, омэйю Ву! — Вирджин резко встала и отошла от стола. — Прошу меня простить за такую дерзость, но я вынуждена закончить наше с вами свидание!

— Что??? — Взгляд Ву был красноречивей любых слов, а ещё он внушал даже не страх — ужас!

— Мне очень жаль, — твёрдо повторила Вирджин, хотя её уже всю трясло, а в глазах блестели слёзы. — Но я не смею более пользоваться вашей щедростью и отнимать ваше драгоценное время, понимая, что наши устремления слишком различны! Ещё раз простите и проща… — Однако договорить ей не дали:

— Куда это ты собралась?! — Ву вскочил с места. — Кто ты такая, чтобы вот так уходить?! Билеты, платье, ужин — это что, по-твоему, благотворительность?

Вирджин побледнела.

— А, по-вашему, я должна расплатиться? Боюсь спросить, чем именно!

* * *

Глаза Ву метали молнии. Только сейчас Вирджин заметила, что уже все посетители ресторана взирают на них с неподдельным интересом, а вокруг вьются их дорогущие дроны. И именно такое внимание стало для неё спасением. Она спешно поклонилась, как требовал того этикет общения с омэйю, на этом хорошие манеры у неё закончились, и она опрометью, под жужжание дронов, понеслась из зала. К её явному облегчению, Ву не побежал следом и не выслал охрану. Во всяком случае, Вирджин