Пропала принцесса! Нашедшего ждут неприятности (без иллюстраций) - Ульяна Муратова

делал вид, что очень одарён физически, не очень одарён интеллектуально и совсем не одарён финансово, что сводило к нулю любую женскую заинтересованность в нём как потенциальном брачном материале. Как правило, смотрели на него как «взять с тебя нечего, так давай хоть потрахаемся». Принцесса же смотрела скорее как «возьми меня, я вся горю и уже придумала имена нашим будущим детям», а это заранее тяготило и, к счастью, немного сбивало настрой.

Именно на этом сбитом настрое Мелен и сфокусировался — представил, как она начнёт за ним бегать, заманивать к алтарю, ревновать и устраивать сцены… И прям отпустило немного. Ну, подумаешь, коса? Если выживет, найдёт себе бабу с косой. А если не выживет, то и беспокоиться не о чем.

Мысленно придя хоть к какому-то равновесию, Мелен домыл посуду, аккуратно вытер её полотенцем и почти равнодушно кивнул спустившейся по лестнице принцессе. Эта шикарнокосая засранка просьбу его выполнила — кливидж спрятала, только каким-то образом выглядеть при этом стала ещё аппетитнее, чем основательно поколебала с таким трудом обретённое равновесие.

Вот ведь!

— Ну что, товарищ, ты готов к экскурсии по маяку? — с лёгкой ехидцей спросила она, и Мелен почувствовал себя медведем, планомерно загоняемым в ловушку.

Огляделся, но бежать-то некуда! Взгляд наткнулся на портрет лысеющего мужика с бородкой клинышком, и в его полном мужской солидарности мудром взоре читалось сочувствие.

— Нет — мой лапидарный ответ, — неожиданно сам для себя возразил Мелен, чувствуя необходимость взять ситуацию в свои руки. — Для начала мне бы хорошо помыться. От соли вся кожа чешется. Заодно одежду постираю и зашью, не дело ходить в грязной и дырявой.

— Может, лучше я зашью? — предложила принцесса.

— Спасибо, обойдусь своими силами, — отрезал Мелен.

— Тебе дать нитки? — нарочито участливо предложила принцесса, а в зелёных глазах плясали смешинки. — Или ты надёргаешь волос с груди и сплетёшь нитки из них, зато обойдёшься своими силами?

— Нет, у меня есть небольшой швейный набор, — сохраняя невозмутимость, ответил он, хотя так и подмывало подколоть её в ответ.

В массивном ремне, который он носил, действительно было несколько кармашков с самыми необходимыми мелочами — как раз на случай, если жизнь закинет в какую-то дыру.

— Ну… ладно, — слегка растерялась принцесса. — Пойдём, я покажу тебе ванную комнату. Но искупаться сразу не получится: я не включала водонагреватель, и вода есть только холодная.

— Ничего страшного, — продолжал настаивать на своём Мелен. — Мне не привыкать.

— Как пожелаешь, товарищ. Давай я тебе хотя бы запасную одежду выдам, чтобы ты не ходил в мокром? Или тоже справишься самостоятельно?

Желание сохранить хотя бы крупицы независимости нашёптывало отказаться и высушить вещи самому, но тратить магию на такую ерунду было неразумно и нелогично, так что пришлось соглашаться. Принцесса принесла вполне удобные на вид штаны с начёсом, а также большую несуразную хламиду с капюшоном, которую назвала смешным словом толстовка. Видимо, это одежда для толстых — и, надо сказать, они знали толк в комфорте.

Забавно порозовев, Валюха выдала ему ещё и трусы, которые на вид казались слишком маленькими и неудобными, но растягивались, поэтому он решил дать им шанс.

Поблагодарив, попросил проводить в ванную комнату.

Подаренная одежда понравилась хотя бы тем, что была необычной и сделанной совершенно иначе, чем та, к которой он привык в своём мире, а Мелен всегда с удовольствием изучал новое. Однако носить её он не особо хотел — получалось, будто он поддавался принцессе и начинал играть по её правилам, а он подобного не любил и с женщинами не допускал, потому что опомниться не успеешь, как увязнешь в каких-нибудь отношениях. Сегодня ты принимаешь от неё трусы, завтра вы вместе покупаете какую-нибудь приблуду для дома, а послезавтра ты уже обязан жениться. Ну уж нет! Именно поэтому подарки он обычно принимал только от семьи и напарников.

Ванная комната располагалась на уровень ниже и соседствовала с просторной кладовой, забитой под завязку. Мелену, конечно, было интересно, как устроен быт на удалённом маяке, но он с независимым видом прошествовал в ванную, намереваясь остаться в одиночестве ещё хотя бы ненадолго.

Принцесса показала, как пользоваться благами местной цивилизации, несколько раз сверкнула зелёными глазищами, и он без особых церемоний выставил её за дверь, запершись изнутри.

Сначала разделся, сел на крышку унитаза и принялся зашивать прорехи. Получалось не сказать, что шедеврально, но приемлемо: не в дырах — и на том спасибо.

Закончив, он искупался, намочив местные самоклеющиеся бинты, но принцесса заранее оставила ему несколько запасных. Выстирал одежду и развесил так, как она показала, прямо в душе на натянутые над головой верёвочки. По наклонному полу вся вода уходила в слив в углу, так что рано или поздно всё высохнет, хотя учитывая влажность — скорее поздно.

Новые трусы ему не понравились — обтягивали, норовили складкой залезть в сердцевину шерстяного храма неприкосновенности и не давали привычной свободы, зато остальные вещи приятно удивили, оказались тёплыми и какими-то уютными, что ли.

Выйдя из ванной, он завернул в кладовую, внимательно изучив картинки и этикетки, а также заглянув во все мешки — любопытно же на местные крупы посмотреть!

Мелен напряг железу оптимизма и попытался выдавить из неё немного секрета радости — зато он попробует необычную еду, прикоснётся к чужой культуре и откроет для себя нечто новое. Один только планшет с картинками чего стоил!

Затея не удалась, а организм такому насилию воспротивился категорически — всё же железа оптимизма у него практически атрофировалась ещё в первый год работы в СИБе, зато воспалились и увеличились миндалины цинизма и скептицима.

Принцесса ждала его на кухне, и когда он зашёл, улыбнулась и сделала непрошенный комплимент:

— А тебе очень идёт этот образ. И даже штаны почти в пору.

С этим категорически не соглашались торчащие из штанин голые щиколотки, но спорить Мелен счёл невежливым и неблагодарным.

— Ещё раз спасибо за всё. Теперь, если ты не занята, давай свою экскурсию.

— Знаешь, а вообще-то я уже занята. Вот, книжку села читать, — чуть ехидно ответила она, закинув ногу на ногу и поигрывая ярко-лиловым домашним сапожком.

Мелен сощурился:

— Как скажешь, Валюха.

— Ва́лери, — поправила она, насмешливо глядя на него.

— Это для всяких ноблардов ты Валери, а для простого козопаса — Валюха, — оскалился он в ответ.

— Как скажешь, товарищ Мелен, — не стала спорить она и опустила