Поцелуй для проклятого принца - Анастасия Пырченкова

— Что? — отозвался брюнет, не открывая глаз.

— А драконы существуют?

— Существуют.

Сердце пропустило удар и забилось с новой силой, стоило только представить себе столь величественное существо наяву.

— Ты их видел? — сунула в рот ещё кусочек сыра.

— Видел.

— А я увижу?

— Увидишь.

— Правда?

— Правда.

— А когда?

— Если не замолчишь, то никогда.

А я только собралась попросить рассказать мне о драконах побольше. Но пришлось закрывать рот обратно. Правда от недовольных взглядом не удержалась.

Со стороны Сеттариаса послышался обречённый вздох.

— Один вопрос! — произнёс строгим тоном. — После чего ты ляжешь спать.

— Драконы! Какие они? — тут же выпалила я, пока он не передумал.

— Обыкновенные? — отозвался тот с вопросительными интонациями, явно издеваясь надо мной.

— Сеттариас! Я серьёзно! Мне, правда, очень интересно.

Удивительно, но он мне неожиданно тепло улыбнулся.

— Ты сейчас похожа на ребёнка, у которого исполнилась мечта всей его недолгой жизни.

— Так и есть, — не стала отрицать, кивнув. — Рассказывай!

— Ну, ладно, слушай.

И я, усевшись удобнее, со всем энтузиазмом приготовилась внимать его словам.

— Давным-давно, в далёком-предалёком прошлом, когда людей ещё и в помине не существовало, миром правили могучие существа — Драконы, — начал он на пониженных тонах. — Правили они мудро и долго — веками. Но потом боги решили, что миру не хватает кого-то более приземлённого. Так появился человек. Драконы относились к ним со снисхождением. Маленькие существа, жившие не больше ста лет — для них они были детьми. Неразумными, капризными, которым нужно помогать и наставлять…

Он говорил, а у меня перед глазами вставали картины прошлого, как если бы я не легенду слушала, а сама её проживала. Представляла, как могущественные ящеры помогают развиваться людям, пробуждать в них искру дара. Как магия и величие порабощают человеческие сердца, как они уничтожают драконов в стремлении заполучить власть над этим миром, порождая новых чудовищ. Видела, как драконы, сдаваясь, исчезали с их пути. И лишь единицы среди людей оставались верны тем, кто вложил в них свою душу. Именно её драконы и отдали им в попытке сохранить последние крохи своей магии в этом мире. Я видела, как злобные люди разозлились, когда поняли, что так и не достигли желаемого, и как из зависти прокляли тех, кто слился с душами драконов.

— Так по легенде появилось проклятие Кровавой Луны, — продолжал вещать Сеттариас. — Дети, рождённые в эту ночь обречены на гибель. Вот только, как и всегда, где-то что-то пошло не так, и проклятье зацепило не только драконьи души, но и всех появившихся на свет в эту ночь.

— Это ужасно, — выдохнула я.

Просто как представила маленьких ни в чём неповинных детей, умирающих в муках впоследствии, так и плакать аж захотелось.

— Есть такое, — согласился брюнет. — Вот и боги, узнав о сотворённом беспределе, тоже ужаснулись, но было слишком поздно что-то менять. Но они всё равно не оставили своих детей. Пусть проклятие и оказалось нерушимым, но они смогли на него повлиять, сделав его снимаемым. С тех пор рождённые в Кровавую Луну маги вынуждены ежегодно идти в Тёмный лес и искать себе ту, кто помогла бы избавить их от проклятья. Ту, кто не относится к этому миру и способна очистить их тело от проклятия. Для этого она должна всего лишь подарить им свой поцелуй, — усмехнулся, ставя таким образом негласную точку в своём рассказе и возвращая нас обоих в реальность.

— Так вот почему ты его у меня просил, — осенило меня.

— Ну-у… Ночь Кровавой Луны, Тёмный лес и дева из другого мира. Грех было не разыграть сценку. Ну и ты забавно реагировала на эту мою просьбу, — хмыкнул парень, подмигнув мне.

— Дурак, — улыбнулась. — Мне, между прочим, в тот момент совсем не смешно было.

— Не я придумал такую идиотскую легенду, — возмутился он.

— Ну да, в твоём исполнении проклятие снять вообще нельзя было бы, — фыркнула весело.

— Эй, я не настолько жесток!

— Ты хуже, я помню, — покивала с умным видом.

Теперь уже Сеттариас весело фыркал.

— Ладно, всё, я тебе сказку рассказал? Рассказал. Теперь спи!

— Сейчас. Только уберу ед...

Мои слова сопроводил щелчок пальцев, после которого наш нехитрый перекус поднялся в воздух и в считанные секунды оказался сложен в сумки. Оставшиеся на пледе крошки слевитировали на выход из пещеры.

— …у, — закончила я, продолжая с открытым ртом пялиться туда, где скрылись остатки нашего завтрака.

— Ложись, — приказал брюнет. — Нам предстоит сложный перелёт ночью. Нужно хорошенько отдохнуть.

И, видимо, чтобы наверняка послушалась, ухватил меня за руку и дёрнул на себя, отчего я завалилась прямо на мужскую грудь. Хотела отстраниться, но ничего не вышло. Потому что, пока я пыталась выпрямиться и обратно сесть, на плечи и талию легли его руки, удерживая на месте.

— Спать, — велел негромко Сеттариас.

— Я…

— Спи!

— Но…

— Магию применю! — пригрозил он.

И я не стала больше спорить. А в скором времени, пригревшись, и впрямь заснула. И снился мне снова знакомый по видению сапфировый дракон, которого я до самого пробуждения пыталась избавить от неприятных щупалец. Пальцы в них вязли, не позволяя ухватиться хотя бы одну. И вот что странно, вроде сон, но до того реалистичный, что уже вскоре я устала, будто наяву всё происходило. И когда драконья лапа сцапала меня, прижав к себе, я не сопротивлялась. Наоборот, устроилась удобнее, прижавшись к горячей туше и прикрыла глаза.

— Жаль, что ты ненастоящий.

Вздохнула, но только чтобы в следующее мгновение распахнуть веки наяву.

— Уверяю тебя, цветная, я очень даже настоящий, — ухмыльнулся нависший надо мной Сеттариас.

Эх, не сон. Я по-прежнему в другом мире, пребываю в обществе этого наглого хама.

— Жаль, — призналась честно. — Очень жаль.

Ответом мне стала уже привычная ухмылка. И неожиданно подхваченная мужскими пальцами цветная прядь моих волос. И я почему-то только сейчас осознала, насколько близко он находился от меня. Буквально в считанных десяти сантиметрах. Снаружи уже давно свечерело, и темноту пещеры разбавляли небольшие светящиеся камешки, придавая происходящему излишнюю интимность.

— Интересный цвет, — протянул Сеттариас, задумчиво разглядывая мятного оттенка локон.

На самом деле основа окрашивания — жемчужный блонд, но с добавлением