Мария Захарова - Черта: прогулка по грани

— Почему, если не секрет? — поинтересовался Семеныч, также мгновенно перескочив на интересующую его тему.

— Не секрет.

Общение за столом как-то сразу лишилось статуса официальной встречи, а интонации приобрели доверительный характер. Тамара не понимала почему, но Березин с Корягиным вдруг стали общаться, как старые знакомые, провернувшие вместе не одно дело, хотя девушке было доподлинно известно, что эта встреча всего лишь вторая. Онлайн переписку она в расчет не принимала.

— Все просто. Один товарищ наглядно продемонстрировал мне ваши работы, вернее творения вашей мастерской, — Березин прервался, чтобы сделать глоток воды, — и я остался доволен увиденным. Ну и хвалебные речи…

— Товарищ?

Семеныч не мог не полюбопытствовать. Все что касалось его конторы, интересовало Корягина в первую очередь, и "товарищ", рекомендовавший "Пандеум" Игорю Константиновичу, как минимум заслуживал крепкого рукопожатия.

— Боюсь, что с ним вы незнакомы, а вот отца Михаила Симонова знаете наверняка.

Тамара наблюдала, как Корягин нахмурился на мгновенье, а затем сверкнул доброжелательной улыбкой.

— Отец Михаил — наместник Введенского монастыря. Определенно знакомы, и очень даже неплохо.

— Я так и думал, — с некоторой долей снисходительности проговорил Березин, и Тамара внутренне поежилась, зная, насколько Семеныч не любит подобный тон.

Корягин вообще не принимал покровительственно-высокомерной манеры поведения, для него существовал какой-то особый, только ему понятный, пунктик по этому поводу, хоть девушка и не знала о причинах его возникновения, зато не раз сталкивалась с реакцией руководителя на такое обращение.

— Неужели, — проскрежетал Виктор, любезно улыбаясь при этом, Тамара даже поразилась, как это он сдержался.

— Да, — Березин вроде бы не заметил тень неудовольствия в голосе собеседника и продолжил в том же духе: — сотрудничество "Пандеума" с монастырем довольно длительное, насколько я могу судить по количеству выполненных работ.

— Довольно, — вставил Корягин, притом, что вопроса как такового не прозвучало.

Игорь делился собственными наблюдениями, и они не требовали комментария со стороны. Тамаре же начинало казаться, что если разговор и дальше будет вестись подобным образом, то ни о какой совместной работе не может быть и речи. Она видела пренебрежительный блеск в глазах начальника и понимала, что Семеныч начинает раздумывать о целесообразности налаживания отношений с "Трейдом", коли его руководитель столь явно демонстрирует собственное превосходство.

— Игорь Константинович, — обратилась девушка к Березину, надеясь отвлечь мужчин друг от друга и тем самым немного разрядить атмосферу за столом. — По просьбе Виктора Семеновича я подготовила каталог с работами "Пандеума", не хотите взглянуть? — Тамара показала папку с фотографиями, которая до этого мгновенья мирно покоилась на соседнем стуле. — Здесь представлен практически весь спектр деятельности компании в вариантах до реставрации и после нее.

— С удовольствием Тамара Григорьевна.

Пытливые серые глаза говорящего остановились на ее лице, и девушке пришлось подавить желание передернуть плечами, настолько жалящим был этот взгляд. Какая-то особая пронзительность была в его взоре, и, отвечая на него, Мара ощутила, что этот взгляд выворачивает ее наизнанку.

— Сергей Владимирович, — обратился Березин к своему спутнику, не отрываясь при этом от созерцания девушки, — возьмите материалы.

Тамара вздрогнула, почувствовав, как каталог вытягивают из плена ее пальцев, и благодаря этому смогла оторваться от серых гипнотических глаз, заарканивших ее волю.

— Кхм… Надеюсь, вы останетесь довольны, — пробормотала она, не понимая что творится с телом и духом. Они как будто стремились удержать влияние, и даже углубить его.

Такая реакция на другого человека казалась ей противоестественной, во всяком случае, девушка еще ни разу в жизни не сталкивалась ни с чем подобным.

— Уверен в этом.

— А вас что привело во Введенский? — поинтересовался Корягин. — Отец Михаил ни разу не упоминал о деловых отношениях с "Трейд-лимитед".

Березин повернулся к Семенычу, и Тамара тихонько выдохнула от облегчения, наконец почувствовав себя свободной. Спрятав похолодевшие руки под скатерть, девушка сжала их в кулаки, чтобы вернуть себе самообладание. Во время обмена взглядами с Игорем, ее внутреннее равновесие пошатнулось, и Маре с трудом удалось сохранить на лице дружелюбную улыбку, а сейчас приходилось бороться с желанием покинуть столик и спрятаться где-нибудь подальше.

— На самом деле все вышло случайно, — ответил Березин. — Мой друг — поверенный, следя за исполнением воли покойного, передавал монастырю список Иверской иконы Божьей Матери и попросил меня присутствовать, а там разговорились, и отец Михаил, восхищаясь реставрационными работами, рассказал про "Пандеум".

— Вот как. — Губы Корягина тронула легкая улыбка.

— Монахи безмерно благодарны вам Виктор Семенович, — продолжил мужчина, а в его голосе появились нотки ошеломленного недоверия. — Насколько я разобрался большинство работ выполнено в рамках благотворительности?

— Разговоры, — ушел от ответа Семеныч, не желая вдаваться в подробности.

Практически совладавшая с собой Тамара посмотрела на директора. Вопрос Введенского волновал ее довольно долгое время. Корягин никогда и не с кем не обсуждал эту тему, но Мара, просматривающая отчеты, знала, сколько вложений было сделано "Пандеумом" в восстановление монастыря. Удовольствие не из дешевых надо сказать, и у девушки имелось несколько соображений на этот счет, но обсудить их с Семенычем она так и не решилась.

— Вы бывали там, Тамара Григорьевна? — вопрос Березина заставил девушку подпрыгнуть на стуле. Каждое его обращение вызывало в ней трепет, зарождающийся где-то в животе и разливающийся по телу.

— Нет, к сожалению, — выдавила она, пряча глаза.

Что-то подсказывало ей, что лучше с Игорем взглядом не встречаться, хотя маленький червячок любопытства уговаривал посмотреть и проверить, что из этого получится.

— Жаль, неописуемая атмосфера. Вам бы понравилось.

— Я на фотографиях видела.

— Это не одно и то же.

— Значит, вы обратились к нам благодаря протекции отца Михаила? — полюбопытствовал Корягин, возвращая разговор в прежнее русло.

— Не только, но его мнение сыграло определенную роль.

Гоняя по тарелке зеленый горошек, Тамара слушала разговор мужчин. В силу своей неадекватной реакции на Березина, девушка решила по мере возможности не встревать в обсуждение. Конечно, от прямых вопросов ей было не отвертеться, но Мара надеялась, что их количество сведется к минимуму. На данный момент разговор перешел непосредственно к заказу, а это уже не в ее компетенции. Единственное, к чему Тамара постоянно прислушивалась — это модуляция голоса Корягина, готовая в случае необходимости вмешаться, чтобы не дать Семенычу сорвать сделку. Ее заключение почему-то казалось Маре совершенно необходимым, даже не смотря на неоднозначное поведение директора "Трейд-лимитед".