Смотри не перепутай, дракон! - Надежда Николаевна Мамаева

Бывший свекромонстр утверждала, что я, даже похудев на двадцать килограмм, со своими шестьюдесятью пятью по-прежнему слишком полная. И мне следует похудеть еще на двадцать.

Если перевести это с языка матушки муженька на человеческий, то, по мнению Вениамины Станиславовны, мне следовало весить чуть более сорока. А что? С учетом моего роста – отличный вес для скелета! С таким очень удобно укладываться в гроб. И нести потом его не тяжело будет.

К тому же это была идеальная масса для эмиграции. С оной можно было бы легко пересечь границу соседнего государства: стоит только ветру чуть сильнее подуть – и я уже окажусь за рубежом, минуя все визовые центры и таможни.

А я, желая сохранить семью, понравиться, худела… Зря старалась!

Сейчас же с удовольствием возвращала себе утраченное в браке, а именно – любовь к себе! Я была довольна своими килограммами, своей фигурой и своей внешностью! И «здоровое питание» приносило мне огромное наслаждение!

Подкрепившись, я уточнила у Глафирии про лыжи и кьёрса:

– Про лыжи не знаю, а вот зимнеходы точно есть. Их к ногам привязываешь – и точно на подушках ступаешь по снегу, не проваливаясь. Если надо – могу найти.

– Надо-надо, – отозвалась я.

– Хорошо, тогда принесу вам. А что до этого бездельника хвостатого, наверняка в центральном зале у камина греется, – выдохнула словоохотливая Глафирия и подробно объяснила, как тот найти.

Служанка была права: кошак вольготно развалился перед полыхавшим камином, греясь и мурлыкая от удовольствия, будто котенок.

– Доброе утро, котик! Составишь мне компанию, как договаривались? – спросила я у барса, чувствуя себя немного странно, ведь говорила с животным.

Надеяться на его разумный ответ было не совсем нормально. Но если учесть, что я в мире, где обитают драконы, в небе парят барсы, а прислуживают за завтраком привидения – то возникает вопрос: а что вообще такое нормальность?

– Идем?

Барс, словно только и ждал этого приглашения, подскочил на лапы и, подойдя ко мне, ткнулся мордой в знак согласия.

Если бы это сделала маленькая домашняя кошечка, то было бы мило. Но когда пушистик выше тебя в холке, можно и не устоять на ногах от подобного счастья и внимания.

Я бы плюхнулась на пятую точку, если бы не успела в последний момент схватиться за густую, белую с черными пятнами шерсть. Римур фыркнул недовольно. Наверняка ему было больно. Но он даже не попытался ни цапнуть меня в ответ, ни оттолкнуть.

– Тогда жди меня внизу, у входа, я скоро спущусь, – произнесла я.

Кьёрс согласно замурлыкал.

На том и порешили.

Я же отправилась к себе, где меня уже ждали штаны, куртка, валенки, шапка и варежки – все то, в чем и прибыла в этот мир. Когда одевалась, что-то показалось странным. Принюхалась – вроде ничего, но какой-то навязчивый душок все же витал.

Сдается, моя одежда пропиталась здешней сыростью? Не во всех комнатах были камины, а если и имелись, то не всегда топились. Отсюда и влажность. Да и затхлость – тяги-то, которую дает живой огонь, нет!

Впрочем, не стала долго размышлять, махнув на странность рукой – в магическом мире еще и не такое бывает, и спустилась вниз.

Как только мы с кьёрсом оказались за дверями замка, я закрепила на валенках местные снегоступы и целеустремленно пошла к следам, которые видела из окна.

Барс скакал рядом. Сегодня у него было игривое настроение, и он не напоминал того солидного кошака, который принес меня сюда. Римур то и дело заваливался на снег, мурлыкал. А иногда и вовсе расправлял крылья и взлетал, но тут же садился.

Порой зверь с интересом смотрел на то, как я изучала следы. Многие из отпечатков оказались мне незнакомы. Вот тут был заяц. А это лиса, кажется, пробегала. Имелись и полузаметенные волчьи следы. А вот эти, вытянутые с широкими подушечками и острой пяткой, я не распознала. Один след оказался мне неведом.

Я запустила руку в карман, где всегда носила небольшой блокнот и карандаш. Тут-то и поняла, что за душок учуяла в комнате – запах прелого зерна!

Похоже, этой ночью кто-то мелкий и очень запасливый решил перепрятать свою провизию! И не нашел лучшего места, чем карманы случайной попаданки! Ну, хомяк, ну сапиенс-запасапиенс! Я тебе устрою!

Вот только вернусь с опушки – и сразу же выскажу все, что думаю о пушистых тырителях. Впрочем, мысли о мести быстро улетучились из моей головы, когда я заметила еще один примечательный след чуть дальше.

Снегоступы энергично скрипели, когда я подошла к ближайшему кусту.

Кажется, там была лежка, потому что пышный сугроб оказался примят, а углубление было старательно устлано веточками и хвоей. Я только примерилась взять оставленный клочок шерсти, как замерла, так и не донеся руки до находки.

А все потому, что рядом раздалось утробное и грозное рычание. Таким обычно предупреждают о крупных неприятностях.

Медленно подняв голову, я увидела стоявшую в двух десятках шагов от меня тварь. Я знала многих животных, но такого зверя видеть еще не доводилось. Даже в зоологических атласах.

Высокий, настолько тощий, что можно было пересчитать ребра, несмотря на шерсть, пестревшую залысинами. Этот монстр был живым воплощением самой опасности. Ноги длинные и голенастые. Морда узколобая, вытянутая. Казалось, что голова твари была почти лысой, а в черных впадинах глазниц горели алые угли. Из пасти капала пена, а желтые клыки были остры, как зубья капкана.

«Если они сомкнутся на моей руке, можно будет с ней попрощаться», – промелькнула мысль.

Тварь меж тем утробно зарычала, а я, не отрывая взгляда от нее, готовой кинуться на меня в любой момент, тихонько позвала:

– Римур! Римур!

Оглянуться или крикнуть громче я не решилась, чтобы не спровоцировать хищника.

Судя по тому, как плешивая тварь мотнула башкой в сторону, Кьёрс меня услышал. Но мало того, что мой защитник услышал, он еще и среагировал!

Сбоку раздался треск кустов и грозный рык. Тварь отвлеклась от меня.

Я же, не медля ни секунды, помчалась прочь. За спиной раздался визг, рев и звуки ломающихся веток и костей. Я не обернулась. Была немного занята – штурмовала извилистую, разлапистую сосну. За пару секунд оказалась на макушке дерева. Что ж, у меня не было разряда по скалолазанию, а уж по ствололазанию – тем более, но, кажется, сегодня я сдала без подготовки на мастера в этом виде спорта, столь популярного среди выживальщиков.

Как только я крепко ухватилась за одну из верхних веток,