Воронья стая (ЛП) - Бишоп Энн

— Многие терра индигене пробовали секс с людьми, — настаивала Хизер. — Или хотя бы нежности. Если бы они не были заинтересованы в физических отношениях с нами, почему в колонке мисс Всезнайки в Вестнике Двора всегда были советы о свиданиях и личном взаимодействии между Иными и людьми?

— То, что человеческий парень хочет секса, не означает, что он хочет полных, преданных отношений с каждой девушкой, которая говорит «да», — возразила Мэри Ли. — И кто знает, что на самом деле думают об этом Иные? Хорошо ли им, когда они находятся в человеческом облике, соизмеримом с нашим опытом, или они рассматривают это как эксперимент — эквивалент того, как один из нас ласкает языком домашнее животное, чтобы понять, каково это?

— Какая гадость! — сказала Хизер.

— И, возможно, это далеко не так, — сказала Мэри Ли, бросив на Мег ещё один оценивающий взгляд. — Думаю, наше вмешательство с девичьими разговорами не слишком помогло.

— Не очень, — призналась Мег. — Но то, что Саймон лёг в постель человеком, всё изменило. Я не знаю, почему, но так случилось. Я просто не понимаю, что с этим делать.

* * *

Саймон сидел на скамейке в мастерской Генри, наблюдая, как Гризли трогает тотемы и другие скульптуры, находившиеся на разных стадиях завершения. Да, Бэагард коснулся дерева, но не взял никаких инструментов — признак того, что Генри был слишком обеспокоен, чтобы работать.

— Лучшее, что Никс смогла понять из того, что услышала, это то, что Мег беспокоится, что я хочу секса, потому что человеческий мужчина ожидал бы этого, — сказал Саймон.

— А ты хочешь? — спросил Генри. Он выключил электрический чайник и, бросив чайные пакетики в две кружки, залил их кипятком. — Ты хотел секса в то утро?

— Нет! В комнате было прохладно. Я просто хотел забраться под одеяло. Я думал, что, будучи в человеческом обличье, но всё ещё имея мех, буду расстраивать Мег. Я старался быть внимательным, несмотря на то, что меня вышвырнули из кровати, в чём не было моей вины!

Технически, он упал с кровати, уклоняясь от второго удара, но никто больше не должен был об этом знать.

— А с чего Мег решила, что я ожидаю секс? От неё не пахло вожделением, как от человеческих женщин, когда они хотят секса.

И если уж на то пошло, от неё пахло нервозностью, даже испугом. Но он думал, что это из-за сна. Ему и в голову не приходило, что это может быть реакцией на него. Он вздохнул.

— Я в замешательстве.

— Что касается Мег, ты сбит с толку с той самой поры, как познакомился с ней, — Генри передал одну кружку Саймону и сел рядом с ним. — И сейчас, мой друг, ты Волк, который вошёл в прекрасный луг и обнаружил, что там полно змей и стальных ловушек.

Он не думал, что это лестное описание Мег, но подавил желание защитить её.

— Она не терра индигене, Саймон, — мягко сказал Генри. — Она не одна из нас. Она человек.

— Она не одна из нас, но и не одна из них, — отрезал он. — Она Мег.

Генри кивнул.

— Что-то новое для нас и непонятное. Она пришла сюда одна и напуганная, с крошечным жизненным опытом. Ты дал ей работу, дал ей жильё. Стал её другом.

— Нет ничего плохого в том, чтобы быть другом.

— Нет ничего плохого в том, чтобы иметь друга. Ты просто забыл, что она не Волк.

Саймон отхлебнул чаю и промолчал. Он не забыл, совсем, но с каждым днём это казалось всё менее и менее важным. До тех пор, пока для Мег не стало странно, что он был в постели с ней, когда он был облачён в свою человеческую кожу.

— Ты изолирован от себе подобных, — сказал Генри.

— Не жить в Комплексе Вулфгард это мой выбор.

— Это хороший выбор для Двора, чтобы лидер жил в многовидовом комплексе, но это не значит, что это хороший выбор для тебя. Волки не любят слишком долго оставаться в одиночестве.

— Я бегаю с кем-то из стаи несколько раз в неделю, и Сэм живёт со мной.

Простой несчастный случай мог причинить так много вреда и женщине, и волчонку, но это было не то, что он мог объяснить им или кому-либо ещё. Пока не мог.

— Теперь у тебя есть Сэм, — сказал Генри, кивая. — Ты использовал его любопытство к Мег, чтобы растопить страх, который держал его замороженным в Волчьем обличье и неспособным общаться ни с кем из нас. Ты использовал Мег.

Саймон отшатнулся от этой конкретной истины. Мег всю жизнь использовали в чужих интересах. Он никогда не хотел быть таким, как эти люди, и иногда боялся, что ему это понадобится.

— Ей это тоже помогло.

— Да, так оно и было. Но если бы ты проделал с Волчицей всё то же, что и с Мег, это можно было бы считать ухаживанием. Ты представляешь себя как потенциальную пару.

— Я не… Она не…

Он не думал о ней так. Но думала ли она о нём именно так?

— Она не одна из нас, поэтому ты не учёл, что игра, уход и сон вместе будут восприниматься таким образом, особенно потому, что она играет с другими Волками. Но теперь, когда Сэм живёт с остальными в Вулфгарде, она спит только с тобой, а ты старался оставаться в Волчьей форме. До вчерашнего дня.

— Я просто хотел поговорить с ней, узнать о сне, — запротестовал Саймон. — Она не может общаться так, как мы. Как ещё я мог с ней поговорить? — когда Генри просто посмотрел на него, он зарычал. — Это вина тех историй, которые люди пишут о спаривании Волков и людей.

— У нас тоже есть такие истории, — возразил Генри. — Но это предостерегающие истории, потому что они редко заканчиваются хорошо для влюблённых. А как насчёт потомства?

— Я не планировал спариваться и заводить щенков, пока был лидером Двора.

Он был молод, когда задумал управлять Двором, но даже в молодости не был глуп. Лидер должен быть настороже и знать о враге, который живёт вокруг его народа, должен соблюдать правила и соглашения. Нужно было решить, нужно ли истреблять людей. А лидер рисковал поглотить слишком много человеческого, стать слишком похожим на врага.

По праву он должен был провести это лето в поселении коренных жителей в другой части Таисии, где он мог бы бегать, бродить и быть Волком целыми днями без всякой ответственности. Но этого не случится. Не тогда, когда болезнь, которая коснулась людей и Иных, появилась в городе слишком близко к Лейксайду.

— Что мне делать? — спросил он.

Генри пил чай и с минуту молчал.

— Ты не можешь забрать дружбу, которую уже подарил, не ранив сердце Мег. Но ты можешь принять решение не выходить за рамки дружбы, как это происходит сейчас. И ты должен выбрать не выходить за рамки того, что уже сделано. Мег была свободна от своих похитителей всего два месяца. Она только учится тому, кто она есть. В этом смысле она такой же ребёнок, как и Сэм, несмотря на то, что у неё тело взрослой женщины, — он вздохнул. — Будь осторожен, Саймон. Мы контактируем с людьми так, как не контактирует ни один другой Двор, поэтому то, что вы делаете с Мег, отразится на жизни людей и Иных.

— Может ли дружба иметь такой большой вес и выжить?

— Не знаю, — Генри вырвал кружку из рук Саймона. — Но тебе пора это выяснить.

* * *

Ровно в четыре часа Натан бросил на Мег обвиняющий взгляд и выскользнул из офиса, оставив свои обязанности сторожевого Волка. Во время полуденного перерыва Генри подошёл и вытащил его за шкирку, чтобы заставить Волка уйти. Сейчас… Ну, у него не было хвоста между ног, но он был близок к этому.

«А это», — подумала Мег, — «означает, что Саймон уже в пути». Пока она ждала, она прибралась в уже прибранной сортировочной и заточила пару карандашей, готовясь к завтрашней работе.

Разговор с Мэри Ли и Хизер был приятным, но не давал ответов. Человек, у которого были ответы, был Волк, который вошёл и теперь стоял по другую сторону сортировочного стола. Но после того как она провела день, размышляя о мужчинах, сексе и жизни в Дворе — и вспоминая некоторые плохие вещи, которые произошли в резервации, — у неё был ответ. Она просто не знала, как он на это отреагирует.