Нэй: мой любимый Прародитель (СИ) - Анна Кривенко

здоровье до всех мыслимых пределов буквально за несколько недель.

Я скривился и принялся за еду.

Какая гадость!

Субстанция активно попросилась обратно, но нахмуренное лицо Ангелики обещало мне серьезную взбучку за любое отклонение от ее требований.

Всю мощь ее характера я познал за последние три недели на своей шкуре.

Меня пичкали витаминами, отвратной едой, лекарствами…

За непослушание лишали доступа к Сети и заставляли собственноручно драить дом от пола до потолка…

Потом она потащила меня в спортивный зал на первом этаже ее многоуровнего дома.

Когда я вошел, то увидел десятки мускулистых мужчин и женщин, которые взирали на меня, как на хилое недоразумение, и посмеивались.

Во мне поднялась злость. Она полыхнула огнем в груди и тут же разлилась по телу колючими волнами.

Из-за этого, когда я стал на беговую дорожку, та мгновенно заискрилась, задымилась и окончательно потухла.

Я сразу понял, что причина поломки — я, но люди вокруг ничего не заметили.

Прибежавший администратор извинился за неудобства и вежливо попросил меня перейти на другой тренажер, и я не стал упрямиться. Злость на окружающих у меня пропала, вытесненная любопытством. Когда я стал на другую беговую дорожку, то быстро огляделся по сторонам.

Один огромный мужчина, который больше всех полыхал презрением ко мне, как раз собирался поднять штангу, подключенную к электронному табло. На этом табло отмечался исходный вес штанги, все параметры подъёма, предыдущие рекорды и прочее.

Я сфокусировался на электронике и мысленно приказал ей… заклинить! Цифры вдруг пошли рябью, начали стремительно перескакивать с одной на другую. Табло заискрило, а качок от неожиданности упустил свою штангу на пол, едва не обрушив ее себе на ногу.

Посыпались витиеватые ругательства, которых я еще не слышал на Ишире, а ошалевший администратор — бледный, как полотно — рванул в сторону очередного происшествия и затараторил заученные извинения.

Я не удержался от ухмылки. Мои открывшееся возможности мне определенно нравились.

Но улыбался я недолго.

Прямо передо мною возникла Ангелика, с немым вопросом смотревшая в мое лицо. Руки ее были переплетены на груди, одна бровь неодобрительно приподнята.

— Пойдем, братишка, — она называла меня так всякий раз, когда была жгуче недовольна. — У меня к тебе разговор…

И я понял, что попался.

Побледнел.

Вдруг почувствовал себя в ловушке.

Тон Ангелики не сулил мне ничего хорошего…

Глава 10. Полковник…

Ангелика Мирт

Это Нэй одним взглядом испортил аппараты в тренажерке!

Сколько же в нем силы??? Аж дрожь берет!

А если приплюсовать сюда подростковую шкодливость и несдержанность, то мы имеем бомбу с замедленным действием!!!

В какой-то момент я почувствовала, что растеряна. А справлюсь ли я с ним? Смогу ли помочь ассимилироваться в обществе? Ведь у него сумасшедшие психологические проблемы!!!

Я напустила на себя суровый вид и увела домой для серьезного разговора.

Хотя… что мне ему говорить? Пенять на несдержанность?

В итоге я усадила его на диван в квартире, посмотрела в бирюзовые глаза так серьезненько и произнесла:

— Ну и для чего это было нужно делать?

Мальчишка опустил глаза.

— Сперва вышло случайно, а потом… стало интересно проверить… — пробормотал он искренне, а я вдруг устыдилась. Загоняла ребенка по самое не хочу, тренировала, нет третировала его несколько недель, а ведь у него могут быть свои собственные интересы!

В этот момент весь мой воспитательный запал благополучно сдулся. Нэй же не в моем отряде, чтобы я его дисциплиной зажимала!

Я расстроилась.

Оказывается, быть старшей сестрой гораздо сложнее, чем командиром отряда!

Вот это открытие!

Что же тогда делать???

— Пойдем, что ли, погуляем? — предложила я, а лицо Нэя вытянулось от удивления. Наверное, он ожидал наказания…

Переодевшись в штаны, футболки и накинув легкие куртки, мы с мальчишкой покинули высотку и пешком отправились в торговый квартал.

Нэй некоторое время поглядывал на меня исподтишка, а потом все-таки спросил:

— Почему ты не рассердилась?

Я повернула к нему голову и улыбнулась.

— Сегодня я добренькая! — пошутила я, мягко уходя от прямого ответа.

— Значит, мне просто повезло? — он подхватил мою шутку и понятливо улыбнулся в ответ. При этом его лицо буквально засияло, и что-то внутри меня ёкнуло: он был прекрасен! Как юный Ангел с этими своими нечеловеческими глазищами и ореолом густых волос вокруг лица. И хотя он уложил волосы в косу, более короткие пряди слегка вились, обрамляя скулы и придавая ему сходство с совершенной древней статуей.

Я поспешно отвела глаза, чтобы он не заметил моего неожиданного эмоционального всплеска. Тряхнула головой: это не более, чем эстетическое восхищение, ведь Нэй действительно поразительно красив…

Но мне кажется, что он что-то заметил, потому что мальчишка повеселел, и улыбка не сходила с его лица всю дорогу, так что многие юные особы, встречающиеся нам на пути, округляли глаза и восхищенно замирали, оглядывая его с ног до головы.

Мы вышли на набережную, которая была усеяна всевозможными кафешками и мелкими магазинчиками.

— Пойдем перекусим, — предложила я, и Нэй охотно вошел со мной под крышу заведения под странным названием «Романтическая Шляпка».

В кафе нашелся всего один пустующий столик, так что нам повезло: видимо, это кафе пользовалось популярностью. Мы присели, заказали напитки (причем Нэй, как обычно, захотел сок: у него прослеживалась большая тяга к свежим фруктам и ягодам). Пока дожидались приготовления десерта, я посмотрела на мальчика, пытаясь завязать разговор.

За эти недели мы почти не разговаривали, потому что я первое время стойко игнорировала его обиды, а в остальные дни гоняла его по дому, пытаясь научить дисциплине.

Наверное, пришло время немного поговорить…

И начать нужно, пожалуй, с извинений.

— Нэй, — в моем голосе промелькнули виноватые нотки, — надеюсь, ты больше не сердишься на меня за то, что я оформила тебя, как своего брата…

Лицо мальчишки мгновенно посерьезнело. Он отвел глаза, но потом снова посмотрел на меня, и во взгляде его сияла решимость.

— Нет, не сержусь, потому что… понимаю, что ты хотела обезопасить мою жизнь на твоей планете… — он выпалили это спокойно, но с некоторым блеском в глазах. — Однако, я хотел бы, чтобы ты знала… — Нэй сделал паузу, словно решаясь, а потом произнес: — Я никогда не смогу стать твоим братом по-настоящему!

Мне вдруг стало неприятно.

— Почему? — произнесла я, чувствуя, что захожу в тупик. Ну не думает же он всерьез, что между нами могут быть какие-то другие отношения???

Нэй тяжело вздохнул