Юлия Авдеева - Реквием по мечте

— Ну, рассказывай, как ты съездил в Аттарин, — Милада утолила голод и теперь расспрашивала Атана с рвением похвальным разве что в пыточных.

— Хотелось бы лучше, — уклонился он от прямого ответа, уплетая содержимое своей тарелки.

— У меня к вам обеим будет дело, особой важности, — Атан протянул Миладе с Лесей по небольшому куску пергамента сложенного в несколько раз, — в Империи творится что-то неладное. Всю информацию я изложил вам в бумагах. А вы должны помочь мне с этим разобраться. Для того, чтоб увидеть написанное бумагу нужно прогреть. Остальное прочтете. Встретимся через пару дней в это же время и обсудим ситуацию, может. Хоть у вас какие-то идеи появятся.

Девушки слаженно кивнули и спрятали бумаги подальше от чужих глаз.

— Ну, что, а теперь можем расслабиться, — Атан улыбнулся и поднял бокал с пивом, — за встречу.

Ребята выпили за встречу, потом за успех важного Атанового дела, потом еще за что… Всем было весело. Появились музыканты. Они стали наигрывать залихватскую мелодию на китарах — инструментах, очень похожих на мандолину, имеющих каплеподобный корпус, средней длины гриф и шесть струн — и отстукивали бубном ритм. Музыка была настолько заразительна, что ноги сами собой притопывали в такт ей под столом. Милада не удержалась первой, вскочив из-за стола, она схватила Лесандрин за руку и потянула в толпу танцующих людей. Атан наблюдал за происходящим из-под полуприкрытых век, слегка улыбаясь. Он уже достаточно принял на грудь, для того чтоб маска самодовольства слетела с его лица, теперь он был самим собой, в кругу друзей. Таким, каким его редко кому удавалось видеть.

Девушки отдавались музыке, словно любимому человеку, безотчетно и самозабвенно. Тела двигались в такт музыке, руки вскидывались вверх, а ножки послушно отстукивали ритм. Через несколько минут на площадке для танцев не осталось ни кого, кроме двух прекрасных сирен. Они пленили. Сводили с ума и никому ничего не обещали. И редкий мужчина не обратил бы на них внимание, редкая женщина не кинула бы взгляд с легкой завистью.

Музыка смолкла, и так же резко оборвался танец. Щеки Лесандрин раскраснелись, а счастливая улыбка расцвела на лице. Дверь в таверну распахнулась и на пороге появился Самойлов. Он вперил недовольный взгляд в свою подчиненную, словно она не работала под его начальством, а была его собственностью. Под руку его держала Габриэль. Она — довольная до крайности — висела на его локте и что-то весело щебетала. Лесандрин отметила его появление кивком и села за стол. Милада же, вспомнив, что когда-то они вместе добирались в столицу по зову надежды, плюс, видимо, спиртное в голову ударило, и в ней проснулась давно почившая любовь ко всему человечеству, подлетела к Владимиру и звонко чмокнула его в щеку. Габриэль состроила такую морду лица, что все демоны ада обзавидовались бы. Черноволосая бестия посмотрела на нее, как на древесного клеща, невесть как оказавшегося на ее любимом платьице, и обратилась к Самойлову:

— Решил отдохнуть, капитан?

— Не совсем, у меня здесь встреча. Не знал, что вы здесь «отдыхаете», — Владимир осмотрелся вокруг.

«Ну да, он в подобных местах сидеть не любит. Чистенькая, но не дорогая таверна — место не для него» хмыкнула про себя Милада, а вслух ответила

— Да встретились случайно. Атан вернулся, вот и решили отметить.

— Хоть бы предупредили, что решили старой гоп-компанией встретиться. Или меня уже не ждут?

— Ой, хорош тебе из себя обиженного строить, Самойлов! Говорю же, встретились случайно. Леська с твоими тренировками отдохнуть даже не успевает! Решили ловить момент, пока есть время. Тем более, я смотрю ты с компанией.

— Габриэль хотела выбраться в город. Она — не вы. Одна по подобным заведениям не шляется.

— Ну, конечно, — протянула Милада, решив спустить Владимиру шпильку в свой адрес. Пока. Потом она найдет способ отыграться.

Владимир поздоровался с Атаном. Мужчины перекинулись парой фраз. Габриэль все время дергала Владимира за локоть и тянула в сторону, окидывая Лесандрин полным торжества взглядом. «Посмотрим, как ты будешь радоваться, когда он тебя кинет» — подумала Лесандрин и лучезарно улыбнулась рыжеволосой. Владимир состроил гримасу и сел со своей спутницей за столик напротив. Он сидел лицом к Лесе, не сводя с нее глаз, наблюдая за реакцией, разговором, улыбкой. Девушка физически чувствовала его взгляд на себе. он жег кожу пламенем. Браслет тоже разогрелся, захваченная танцем, девушка не заметила этого, а сейчас жар под рукавом рубахи не давал ей сидеть спокойно на месте.

— Узнаю Самойлова, — Атан смотрел в свою кружку, пытаясь гадать по пенным пузырям (возможно странник просто пытался сосредоточиться подобным образом, но Милада выдвинула именно эту версию), — Он никогда не гнушался легких побед.

— Ты по-моему тоже, — кинула шпильку Милада.

— Признаю свою ошибку. Но легкая победа не дает нужного послевкусия счастья обладания. И так же легко, как и досталась забывается.

— Ой, да ты, брат, перепил, — рассмеялась Лесандрин.

— Ага, — поддакнула Милада — на философию его потянуло.

Милада подняла взгляд, чтоб осмотреть зал. Щеки ее порозовели, и девушка смущенно опустила глазки. Лесандрин, отметив не естественную реакцию подруги, обернулась и увидела, что в заведение зашел Михаил Закран. Он поздоровался с Атаном и девушками. Щеки Милады алели, как маков цвет.

— Слышал, ты только что вернулся из Аттарина? Как там живется народу? — Михаил внимательно изучал разделившуюся компанию.

— Не все так радужно, как хотелось бы, но терпимо, — ответил странник.

Михзаил подсел к Самойлову, с которым у него был разговор насчет новых выпускников Охранной Академии.

— Если эта рыжая макитра будет строить ему глазки, я ей богу не удержусь и вырву ей все патлы на фиг, — прошипела звезда алхимии, Будет у меня лысая ходить.

— Что это с тобой? — Леся попивала вино из кружки и довольно улыбалась.

— А ты мне разве не поможешь?

— Зачем? Я не хочу повышать и так непомерно высокую самооценку человеку, сидящему рядом с ней.

— Что-то слишком складно у тебя получается, подруга. — Милада наклонилась ближе к Лесе.

— Не поверишь, с момента, как они вошли, убеждаю себя в том, что не стоит трогать девочку. Руки ой как чешутся, но здравый смысл пока одерживает победу. Мне как то и не за что ее трогать.

Атан задумчиво изучал содержимое глиняной кружки. «Стеночки тонкие», — думал он «не долго и раздавить». Девочки, после недолгого совещания приняли единогласное решение, что лучшая тактика — морда кирпичом. На все по барабану. А тан встал и подошел к музыкантам.