Несокрушимый Друид Режущей Песни - Аннетт Мари

и запястье обломилось, оставив деревянный обрубок.

Из обрубка потянулись извивающиеся пальцы, и новая ладонь с длинными когтями сформировалась через миг. Он направил ее ко мне.

Деревянные шипы ударили по ледяному щиту, который я быстро призвала. Он разбился вспышкой, затупив опасные кончики, но они попали по мне, как копыта тягловой лошади, отбросив меня.

Я охнула, перекатилась и вскочила, готовая защищаться, но моя кровь похолодела.

Фейри бежал, ноги ловко двигались по земле. Он бежал к дому. Грета только добралась до задней двери, и он быстро сокращал расстояние.

«Рикр!» — завопила я мысленно, бросаясь за ним так быстро, как могли нести меня ноги. Паника шипела в уголках разума, но мысли были спокойными.

Фейри так хорошо прятался, что Рикр не заметил его. Мы с Гретой раскрыли его, и он хотел убить свидетелей его присутствия.

Грета пропала в доме, но фейри был за ней. Ему не нужна была дверь. Он прыгнул сквозь плотный барьер, мерцая.

Я перепрыгнула ограду пастбища.

Крик зазвенел в доме.

Я добралась до двери, вошла на кухню, и жуткий треск наполнил комнату. Фейри врезался в стол, сбил стул, шипя и рыча.

Грета сжалась у холодильника, держась за руку, кровь текла между ее пальцев. Доминика стояла перед ней, держа железную сковородку, на поверхности шипело горячее масло. Ее лицо побелело от ужаса, но сковорода не дрожала.

Я прыгнула между ними и фейри, ледяной меч появился в моей руке. Я нацелила клинок на фейри.

Его рычание утихло. Он перевел взгляд на стену, напрягся, словно хотел прыгнуть.

Большой белый волкодав прыгнул сквозь стену, золотые рога сияли, четыреста пудов врезались в фейри. Они рухнул на стол, лед взорвался шипами в фут длиной, разбившими столешницу и стулья. Фейри пропал во льду.

— Прочь отсюда! — закричала я поверх плеча Доминике и Грет.

Шатаясь, Грета ушла к двери. Сжимая железную сковороду, Доминика шла следом, шагала спиной вперед, чтобы следить за нами. Входная дверь закрылась.

Рикр стоял перед шипами. Голубая магия мерцала на них, вершины рассыпались, и стало видно голову и торс фейри, остальное тело было скованным.

Так это ты, — спокойно сказал Рикр. — Ты хорошо прятался.

Я взглянула на Рикра. Он проверял территорию, потому что искал нарушителя?

Фейри оскалил зубы в едкой усмешке.

— А ты не так хорошо скрыт, павший король.

Похоже на то. Что тебе приказала Рианнон?

— Тебе нужно было не высовываться, — насмехался фейри, но тень паники в глазах была заметна. — Убийство Лорда Леса было смелым приглашением для моей королевы, и она ответит на него.

Дрожу от страха.

— И должен. Думаешь, ты можешь победить ее своей маленькой территорией и крохотными схемами? Я все раскрыл, Зимний Король. Я знаю твой план. Но даже с…

Лазурный свет вспыхнул поверх льда, окутал голову и плечи фейри, сковав его.

Я удивленно выпрямилась.

— Рикр…

Лед затрещал и рассыпался блестящей пылью, стерев фейри внутри. Крохотные кристаллы падали, как снег, усеянные темными точками замерзшей плоти фейри.

Я глядела на жуткую пыль, а потом повернулась к волкодаву.

— Ты убил его.

Он не мог дать больше ничего.

— Но нам нужно знать планы Рианнон. Она отправит за тобой других фейри как Лутир? А если…

Тревоги для другого раза, голубка, — он тряхнул растрёпанной шерстью. — Теперь я знаю, каких шпионов она послала, и я должен снова проверить нашу территорию. Отошли людей. Им тут опасно.

Он прошел к стене. Я не успела ничего сказать, он прошел сквозь нее.

Я глядела ему вслед, слишком потрясенная, чтобы реагировать. Рикр почти не допрашивал шпиона и убил его — или он заткнул фейри? Что за схемы нашел шпион? И почему Рикр не говорил мне об этом?

Когда Рикр не хотел обсуждать слова Эха о Летней Королеве, я думала, он сосредоточился на Заке и Лаллакай, ведь они были нашим приоритетом. Но ссора Рианнон с Рикром была важнее, чем я думала. Почему тогда он не раскрыл мне это?

Качая головой, я сосредоточилась на настоящем — и последствиях атаки шпиона-фейри. Мое сердце забилось быстрее, предупреждало о грядущей боли.

Снаружи Доминика и Грета стояли у их машины. Страх и ужас исказили их черты, пока они смотрели, как я приближалась. На меня уже так смотрели. Я же была психом и убийцей.

Я замерла в шести шагах о них.

— Грета, ты в порядке?

Она глядела на меня, словно фейри украл ее голос, а потом убрала ладонь с руки. Порезы от когтей фейри не были глубокими, но могли понадобиться швы.

— Сейбер, — с дрожью сказала Доминика. — Что…

Я не смогла придумать, как оправдать то, что они видели, и они заслуживали правду.

— То был фейри. Сверхъестественное существо. Обычно они не лезут к людям, но этот… был тут из-за меня. Простите. Простите, что вы вовлечены.

— Вовлечены? — прошептала Грета.

— Во что? — спросила Доминика, резкость и сила вернулись в ее голос, она показывала эту прочность, когда боролась с мучителями животных и покупателями лошадей на мясо на аукционах. — Что случилось с той… штукой?

— Она мертва.

Их ужас усилился.

— Слушайте, — я переминалась, а потом взяла себя в руки. — Я не могу сразу все вам объяснить, но вы тут в опасности. Нужно уехать. Я дам знать, когда будет безопасно вернуться.

— Куда нам уехать? — спросила Доминика. — Надолго?

— Подальше отсюда. И я не знаю. Просто уезжайте. Прошу. Когда будет безопасно, я все объясню, и… — боль пронзила мою грудь, и я поняла, что не было «и». Как только я все объясню, они не захотят иметь со мной дела. — Прошу, залезайте в машину и…

— Нет, — Доминика взглянула на Грету, та кивнула. — Мы не уедем. Я не понимаю, что происходит, но…

— То существо было не одно, — перебила я. — Придет больше. Вам нужно уехать.

— Не без зверей. Когда мы принимали их, мы поклялись уберечь их.

— Но… — я смотрела в их решительные глаза, провела ладонью по лицу, убрала челку со лба. — Берите зверей с собой. Тут слишком опасно, и я не могу остаться и защищать вас. Мне нужно разобраться с этим.

Доминика и Грета переглянулись.

— Мы начнем приготовления, — сказала Грета, — и уберем всех зверей как можно быстрее.

— А потом ты объяснишь, — твердо добавила Доминика. — И мы разберемся.

Я отвела взгляд. Они думали, что хотели обсудить все со мной, но они еще не осознали. Как только они поймут, что чуть не умерли, осознают опасность, какую я навлекла на их жизни, они уже не смогут спокойно находиться рядом со мной.

Это закончилось.