Глаз бури (СИ) - Гринерс Эва

-Послушай, Аджаро. Вот смотри. В школе занятия идут всего лишь два раза в неделю. У детей много свободного времени…

-Они помогают родителям в делах общины, - пожал тот плечами и пристроился поудобнее - видимо, все-таки ночью не спал тоже, охранял наш покой.

-Я знаю, - терпеливо ответила я и продолжила, - а что если я буду учить их рисовать? Вы сами сказали, что художников и живописцев в стране мало, почти что нет, а вдруг я найду способных детишек и остров пополнится мастерами этой редкой профессии?

-Ты так говоришь, как будто сама не знаешь, что художники на вес золота, словно божества среди людей у нас, - пробормотал он и задумался над моими словами.

-Да я же не все еще помню, - неловко выпуталась я, ожидая его одобрения.

Наконец он повернул ко мне посветлевшее лицо.

-Ты знаешь, Тээле, это было бы просто чудесно. Для острова, для его будущего, и для тебя, и для детишек…Возможно, этом истинная цель твоего появления здесь, кто знает.

-А больше никакой цели ты не видишь? - с некоторой обидой спросила я, глядя на него в упор.

-Хватит болтать, - раздался резкий голос Инди-ра, - давайте выдвигаться, а то к ночи придем, будучи в двух шагах от деревни.

-Тээле, это очень-очень хорошая мысль, - ушел от ответа Аджаро, пряча от меня огромные свои раскосые глаза в пушистых ресницах.

Он поднялся, увлекая меня за собой

- Нам пора.

Глава 10

Глава 10

Как только мы добрались до главной деревни, я, никому не сказав ни слова - ни Инди-ра, ни Аджаро, направилась к дому Атару-чи. Аджаро было двинулся за мной, однако я резко остановила его.

-Не ходи за мной! - затем, немного мягче прибавила, - ну я же здесь все уже знаю, ты не обязан.

Я обернулась на Инди-ра, но та уже удалялась - ее прямая гордая спина выражала полную независимость.

-Хочу побыть одна, - глядя Аджаро прямо в лицо, - но потом мне понадобится твоя помощь. Приходи завтра с утра в школу. Пожалуйста.

Он медленно склонил голову в знак согласия и остался стоять неподвижно на месте, только длинные его волосы трепыхал поднявшийся к вечеру ветерок. Я чувствовала взгляд Аджаро, провожающий меня, но оборачиваться не стала.

Наверное, я как-то поспешила проникнуться к нему чрезмерной симпатией - всего ничего в этом мире, еще сама себя не узнала, как следует, а уже влюбиться надумала. Впрочем, это же было не нарочно. Уж очень мало в моей прежней жизни было искушений и ярких красок - кроме как на холстах. А тут, как говорится, все такое вкусное…

Так незаметно, в самоукорах и самооправданиях, я дошла до бунгало Атару-чи. Солнце клонилось к закату и он сидел на своей открытой террасе, отдыхая после трудового дня, перебирая какие-то жутковатые четки из позвонков вроде бы мелкого животного.

“Их бы хоть в какие-нибудь веселенькие цвета раскрасить” - подумала я и вспомнила, зачем пришла.

Атару-чи покачивался в плетеном кресле, прикрыв глаза и было непонятно, заметил он меня вообще или нет. Я поздоровалась и осторожно присела на ступеньку у его ног, ожидая, пока на меня обратят внимание.

Вышла жена Атару - Омарула и приветливо мне кивнула. То была простая женщина, совершенно без затей. Она не церемонясь потрясла своего супруга за плечо.

-Ты что, не видишь, что к нам Тээле пришла? Тээле, пойдем в дом. мы как раз собирались ужинать.

Атару-чи недовольно пошевелился, а Омарула, как ни в чем не бывало, встряхнула половички-циновки, и вошла с ними обратно в дом.

-Атару-чи, простите меня за внезапный визит, мне очень нужно с вами поговорить. Я решила сначала спросить вашего разрешения, а потом предложить это Эмин-су…

Старик смотрел на меня внимательно, естественно он не понимал о чем речь. Я заторопилась объяснить.

-Понимаете, я умею рисовать. И даже очень неплохо, как выяснилось. Мне здесь находиться еще полгода, как минимум. Так вот, я могла бы учить ребятишек рисовать, ну тех, кто захочет…

Замолчав, я ждала реакции Атару-чи. Тот помолчал и медленно ответил.

-Пойдем, обсудим все за ужином. Вроде бы звучит это очень достойно. Художников у нас очень мало, на острове точно нет и никогда не было. Было бы неплохо дать детям еще одну возможность чему-то научиться, кроме того, чему можем научить их мы здесь.

Меня затопило изнутри теплое чувство благодарности и глуповатой гордости за то, что я могу здесь быть и полезной и значимой. Мы поднялись одновременно и зашли в дом, предварительно разувшись. Пол в бунгало был дощатым и теплым, по нему было приятно ходить босиком.

Омарула положила мне на деревянную отполированную тарелку изрядную порцию рыбных тефтелек и риса с соусом чатни. Соус был сладко-острым, пряным, содержал в себе уваренные до густоты овощи и фрукты, обильно сдобренный специями.

-И ты в самом деле умеешь переносить изображения людей и животных на ткани и стены? - Омарула недоверчиво покачала головой, - ни разу в жизни не видела, как это делается.

Я с аппетитом уплетала вкуснейшие нежные тефтели, обмакивая их в потрясающий ароматный соус, стараясь не облизывать пальцы.

-Омарула, я могу и вас научить, если хотите, - зверила я, вытирая руки и губы мягкой тканью, которая служила салфеткой.

Та всплеснула руками.

-Да как же это возможно!

-Очень просто, - пожала я плечами, - у нас…

Тут я осеклась, чуть не ляпнув, что в моем мире детей учат рисовать с маленького возраста и научиться хорошо рисовать может каждый.

-У нас я многих научила, всех, кто захотел.

Само собой, что Атру-чи и Омарула посчитали, что речь о столице и о дворце, где мы с отцом проживали.

Я с тоской подумала, что когда-нибудь мне придется покинуть этот уютный дружелюбный Глаз бури, эту тихую гавань, и окунуться в мир каких-то дворцовых и государственных интриг. Впрочем, до этого было еще далеко, несколько месяцев. Поэтому я отогнала неприятную мысль. Но следующая была тоже так себе.

-Атару-чи, мне предлагали поселиться отдельно, если я захочу, - тихо произнесла я, опустив глаза.

Было в этом что-то неловкое, стыдное - эти влюбленности, ревность, чуть и не дележка самца. Меня передернуло.

Омарула картинно замахнулась на мужа полотенцем

-А я что вам говорила! Почему вы, мужчины, никогда не слушаете нас, женщин! Я ведь говорила, что так и будет.

Атару-чи продолжал невозмутимо есть. Его, по всей видимости, ничего не смущало.

-Омарула, после ужина проводи Тээле посмотреть другой дом. И посмотри что там нужно.

-Да уж посмотрю, - проворчала добрая женщина и принялась убирать со стола. Я помогала ей.

-Омарула, а что вы имели ввиду, когда сказали “я же говорила”? - не сдержала я любопытства.

Та оглянулась на мужа, который сладко похрапывал, задремав после ужина, и зашептала мне на ухо

-Каждый брак у нас одобряется Атару-чи, и еще не было случая, чтобы он не одобрил. Просто обычай такой, благословение.

Я кивнула, мне это было понятно.

-Так вот. Когда Аджаро пришел просить разрешения жениться а Инди-ра, Атару-чи впервые отказал. Сказал, мол, другая судьба, как отрезал. Аджаро смирился довольно быстро, видно было, что сердце его скоро стало свободным. А бедная девочка до сих пор не может забыть. Может, думала уехать с ним на материк, где не нужно ничьего благословения.

Атару-чи вдруг громко всхрапнул и Омарула схватилась за веник из сухих пальмовых листьев, делая вид, что подметает. Увидев, что муж продолжает спать, она снова наклонилась ко мне.

-Так вот, когда появилась ты, я тут же смекнула, что Аджаро потеряет покой. И сказала этому старому чурбану и Эмину тоже, что нельзя вас с Инди вместе селить - очень плохо, когда дружат, а потом начинают враждовать.

Я вздохнула.

-Да не хотела я враждовать.

-А он тебе нравится? - пытливо заглянула мне в лицо любопытная Омарула.