Волчий дурман. Не моя луна - Елена Синякова

опустилась на кровать, сжав в руках подол свадебного платья.

В голове было как-то пусто. Не было ни одной мысли.

Только сердце стучало, оглушая и доводя до дрожи в коленях.

Что. Я. Натворила.

Сбежала от самого сильного и опасного волка, который, на минуточку, является моим мужем. Официальным. С которым я вступила в брак по своей воле. Не по принуждению.

Что дальше?

— Дочка, я могу войти?

— Да, дядя Калиб.

Мужчина, который вошел с подносом в руках, наполняя комнату ароматами еды и горячего чая, был мне почти родным. Не по крови. Но я любила его так же сильно, как любила своего покойного отца-волколака из рода серых волков.

Нет, я не была его родной дочерью.

Но не было ни единого дня, чтобы я почувствовала, что лишняя в волчьей семье.

Я не помнила своей жизни до него.

Все мои самые теплые и светлые воспоминания были связаны только с папой. Волчьим папой.

Еще когда я была совсем небольшой, он рассказал мне, что мои кровные родители погибли от пожара. Папа и дядя Калиб вытащили нас всех, но родители надышались гарью и погибли уже в больнице. А я осталась жива. И папа забрал меня к себе, пройдя долгий и трудный путь с органами опеки, которые не сразу согласились отдать меня одинокому мужчине.

С тех пор у меня было новое имя.

И новая жизнь, в которой меня обожали и боготворили.

А я не представляла, что у меня может быть другой отец!

Прошло два года, как папы не стало, а я до сих не могла поверить в это.

Ждала, что дверь откроется — и он войдет с улыбкой, а я, как всегда, кинусь в его объятья, рассмеявшись, когда она закружит меня по комнате.

Я видела папу во снах — счастливых теплых снах — и, когда просыпалась, долго не могла прийти в себя.

После его смерти во мне тоже что-то умерло…

И вся надежда была лишь на него — моего будущего мужа.

Любовь всей моей жизни с самого малолетства, когда я засыпала и просыпалась с мыслью о нем, уверенная в том, что придет тот день, когда я стану ему достойной женой. А он станет моей нерушимой поддержкой и опорой в этом мире.

Все мечты разбились в день моей свадьбы.

В день той первой несостоявшейся свадьбы неделю назад.

Тогда я так же сидела в своей комнате, сжимая руки от страха и бессилия, пока моя мачеха судорожно и горько прощалась со всеми приглашенными гостями, отдавая им их же подарки обратно.

Свадьба не состоялась.

Жених не пришел.

Дядя Калиб осторожно присел со мной на край кровати, поставив поднос рядом, и тепло сжал мою руку, чуть поглаживая горячими изящными пальцами. А я попыталась улыбнуться на этот жест, но у меня ничего не получилось.

— Словами не передать, насколько мне жаль, что всё пошло по такому пути, дочка. Но всё же я очень рад, что ты наконец дома!.. Посмотри на меня, Дева.

Мужчина приподнял мою голову указательным пальцем, улыбнувшись мягко и поддерживающе, а я снова утонула в его темных-темных глазах, как это было всегда.

Дядя Калиб был очень красивым мужчиной. Шикарным даже. С большими темными глазами, аккуратным носом и невероятными пухлыми губами в обрамлении черной бороды.

Такие мужчины, как он, словно дорогое терпкое вино, с годами становятся только краше и выразительнее.

Как и раньше в моем детстве, я сейчас задержала дыхание, глядя на его красивое лицо и отмечая ровный теплый блеск глаз, которыми он смотрел так по-доброму и понимающе.

— Здесь ты в безопасности, девочка моя. Я не хочу, чтобы ты боялась будущего или мучила себя вопросами, что же будет дальше, слышишь? Потому что дальше будет всё хорошо. Ты с нами. И мы никому не дадим тебя в обиду. Запомнила?

Я кивнула, хотя понимала, что так просто последовать его совету явно не получится.

— Я знаю, что это будет непросто, но постарайся обязательно съесть хоть что-нибудь и выпей липовый чай, а потом спокойно ложись спать. Придет новый день — и всё встанет на свои места. От того, что ты измучаешься и заболеешь, не будет никакого толку, милая. Завтра мы решим вопрос с твоей одеждой и всем необходимым, а пока я попрошу Катрину дать тебе пижаму для сна. Думаю, что она подойдет тебе.

Мужчина подмигнул и поднялся, чтобы дать мне возможность переодеться и заняться собой, но обернулся уже у двери, когда я окликнула его:

— Дядя Калиб!

— Да, милая?

— Спасибо вам.

Его улыбка в ответ была грустная, как и вздох, с которым он отозвался:

— За что ты благодаришь, дочка? Это всё случилось по нашей вине. И я бы отдал всё на свете, чтобы вернуть время вспять.

Он ушел, тихо прикрыв за собой дверь, и позже заглянула экономка семьи Блэкхаус, улыбаясь скромно, но доброжелательно, когда принесла пижаму. Шелковую. Ярко-алого цвета.

— Платье можете оставить в коридоре. Я позабочусь о нем, — проговорила добрая пожилая женщина, не дожидаясь от меня ответа.

Будь у меня шанс выбирать, я бы взяла что-то очень простое и неприметное, но сейчас я была рада и этому, лишь бы скорее снять с себя свадебное платье.

Кажется, белый цвет был моим проклятьем.

Если бы только можно было его снять и начать жизнь с чистого листа, позабыв напрочь утром всё, что случилось за последние недели!

Я раздевалась с дрожью, хотя в комнате было тепло и уютно.

На мне было дорогое белоснежное нижнее белье. Подвязка и чулки.

Всё это было куплено чужим мужчиной, который согласился помочь моей разорившейся и опозоренной семье, а я… Что сделала я в ответ на это?

Позорно бросила его в самый разгар празднования!