Леди-Бунтарка, или Я всё решу сама! (СИ) - Минаева Анна Валерьевна

Одернув себя, я еще раз сравнила несколько цветов, а затем повернулась к модисткам:

– Фасон платья уже оговорен, или я могу внести свои пожелания?

– Нам было сказано, что все решения принимаете вы, леди Геладан, – тут же отозвалась девушка в розовом брючном наряде. – Мы можем показать вам несколько фасонов, любые изменения в них оговариваемы.

– А если я сама сейчас нарисую фасон наряда, который хотела бы заказать?

И пусть этой свадьбе не бывать, я хотя бы исполню одно из своих желаний: перенесу предмет из своей головы в реальность.

Всегда хотела пригласить модисток, показать им составленный собственной рукой эскиз, а вскоре получить сшитый по рисунку наряд. Было в этом что-то настолько волшебное, что никакие чары и в сравнение не идут.

– Почему бы и нет? – молчавшая до этого девушка открыла небольшой кожаный саквояж и вытащила из него лист бумаги и тонкий грифель.

Через несколько мгновений я уже сидела за письменным столом и усердно вырисовывала изгибы. Первые линии ложились на бумагу неуверенными кривыми штрихами. Потом стало проще, быстрее. Платье, которое должно было стоить слишком дорого для наследницы опального рода, через несколько минут появилось в виде рисунка.

Пометив, какие ткани для какой части наряда используются, я передала лист модисткам и замерла у стола, дожидаясь вердикта.

Первые мгновения потонули в тишине. Потом девушка в зеленом платье что-то шепнула соседке в желтом, та с ней согласилась кивком. Вновь тишина. А затем:

– Леди Геладан, скажите, а как давно вы это практикуете?

– О чем вы? – я нахмурилась, встречаясь взглядом с самой болтливой из модисток.

Та огладила зеленую ткань юбки и неуверенно продолжила:

– Это очень качественный эскиз. Вы ведь не в первый раз составляете фасоны нарядов?

Точное попадание в цель.

Лет в тринадцать-четырнадцать я в библиотеке нашла тонкую книжку с мягкой обложкой. Часть серебристых символов затерлась, но мне удалось восстановить название. В мои руки тогда попал список нарядов, сшитых известной модисткой. На тот момент, правда, прошло около двадцати лет с этого значимого момента, но выцветшие картинки оставили неизгладимое впечатление.

Позже я пробовала составлять эскизы сама. Получалось плохо. Откровенно плохо. А когда за этим занятием застала меня тетушка, так и вовсе сожгла все наброски. Тогда она сказала, что уважающая себя дама не должна заниматься ничем подобным. Она должна хорошо выглядеть, уметь себя подавать и быть образованной. А если мне так неймется, то лучше всего занять себя вышивкой. Это то дело, которым увлекаться не стыдно.

Конечно же, я не бросила своих попыток. Мечтала когда-нибудь поднакопить денег и заказать наряд по собственному эскизу. И лорд Риордан, сам того не ведая, позволил мне осуществить эту мечту.

– Было несколько раз, – почему-то смущение накатило так внезапно. – Ничего серьезного.

– Хорошо, – девушка усмехнулась, – осталось подобрать цвета. Леди Геладан, что бы вы хотели?

Уверенность в собственных силах после похвалы работниц одного из лучших домов мод только усилилась. Шагнув к кровати, я выбрала лоскут светло-сиреневого атласа:

– Нижняя юбка.

Модистка приняла у меня образец и положила на эскиз.

– Верхняя юбка, – я протянула тонкую газообразную ткань сиренево-розоватого оттенка. – Ее же на низ рукавов.

Второй лоскут лег поверх рисунка.

Я прекрасно осознавала, что не надену этот наряд. Но сам процесс доставлял такое море удовольствия, что я не могла остановиться.

– Для корсета, – я протянула девушкам светло-сиреневый и белый шелк. – И эти кружева.

– Это будет один из лучших нарядов в этом году, – шепнула модистка в брючном костюме. – Мы вам обещаем, леди Геладан, все будет великолепно.

Я улыбнулась в ответ, с легкой грустью осознавая, что платье не станет моим. Нет, я ни в коем случае не собиралась отказываться от задуманного только для того, чтобы примерить наряд. Даже если этот наряд будет сшит по моему эскизу, это не переубедит меня.

– А сейчас встаньте, пожалуйста, сюда. Нам нужно снять мерки.

Шуршали измерительные нити, скрипели по бумаге перья, девушки о чем-то переговаривались. Но я не вслушивалась.

После сделанного внутри образовалась какая-то пустота. Было чувство, будто я сама себя предала. Сама себе нанесла болезненную рану.

Глупости!

Но мысли об этом все не шли из головы. Будущее пугало, а я понимала, что могу изменить слишком мало.

Через полчаса модистки покинули поместье Геладан, их карета отъехала от ворот и направилась в сторону торгового квартала.

Майя забежала сообщить о том, что ужин уже подали, да так и замерла в проходе:

– Леди Румия, все хорошо?

Я усмехнулась, оторвала взгляд от собственного отражения, которое рассматривала, неверное, больше часа, и пожала плечами:

– Не знаю.

Девушка обошла трельяж. И загородив спиной солнечные лучи, что просачивались через окно, тихо спросила:

– Вы расстроились, что свадьбы избежать не удалось?

– Да.

Я не видела смысла сейчас вдаваться в подробности. Майе я доверяла, но не так, как себе. Если я сейчас скажу, что собираюсь бежать, то каковы шансы, что об этом через несколько минут не узнает Эленел Геладан?

Нет, я вовсе не считала эту девушку легкой на язык или готовой продать информацию за звонкую монету. Тем более она все это время молчала о повышении жалования Кайи. Просто… Просто я не могла себя заставить произнести вслух все то, что творилось на душе.

Я боялась передумать.

– Леди Румия, я даже не знаю, что вам сказать, – переминаясь с ноги на ногу, начала Майя. – Это ужасно, что в нашем мире так относятся к магам. Что заставляют их против воли выходить замуж и жениться на людях, которые могут быть им противны. Но… Вы ведь сильная. Леди Румия, а если сбежать?

В зеленых глазах служанки полыхнула надежда. А мне вдруг стало так стыдно за свои мысли, что я, наплевав на все правила приличия, встала с пуфа и порывисто обняла Майю за плечи.

– Леди Румия…

– Все хорошо, – я отстранилась и улыбнулась. – Помнишь, я обещала, что, если не выйду замуж, то возмещу тебе образовавшуюся за год разницу?

– Что вы задумали? – теперь она не казалась растерянной. Теперь девушка понимала, что что-то не как обычно.

– Этой ночью я ухожу. В ящике тумбы оставлю письмо, в котором сообщу о том, что выбрала для себя другую судьбу. В нем же скажу, что все оставшиеся в моих комнатах вещи передаю в твое пользование. Ты сможешь продать драгоценности, косметику и одежду. Можешь оставить это все себе. Думаю, что это покроет разницу.

– Я не приму такого, – твердо проговорила Майя, качнув головой. – Извините, леди Румия, но такого подарка я от вас не приму. Работать на вас бы пошла в другой дом. А так… Нет.

Легко пожав плечами, я улыбнулась:

– Письмо оставлю. А там решай сама.

– Я буду молиться Мельхоме, чтобы у вас все получилось, – прошептала Майя, опуская взгляд. – Берегите себя.

– Спасибо.

И я знала, что она не лжет и не лукавит. Она хотела мне добра. Это подкупало. Но я била себя мысленно по рукам и понимала, что втроем мы точно никуда не сбежим. Вдвоем еще есть шанс, но Майю с собой тащить нельзя. Насколько бы сильно не хотелось бросать ее тут одну.

– А что с ужином? – девушка резко сменила тему. – Что передать леди Геладан?

– Передай, что я слишком утомилась после визита модисток, – в тон отозвалась я. – К ужину не спущусь. Аппетита нет. Сюда мне тоже приносить ничего не нужно.

– Должна вас предупредить, леди Румия, что ваша тетушка собиралась сегодня провести вечер за рукоделием. Просила после ужина перенести кресло-качалку к крыльцу. К главному выходу.

– Спасибо, – с придыханием выдохнула я, чувствуя, как холодеют кончики пальцев. Майя сейчас спасла меня одним своим предупреждением.

В обычной ситуации вечером главный вход в поместье самый безопасный. На нем сложнее всего столкнуться с Эленел Геладан. Ведь именно она настояла на том, чтобы на заднем дворе разбили цветущий сад. Каждый вечер она проводила в нем, слушала пение птиц и вязала. Или вышивала. Или чем там еще может заниматься леди, чтобы не навредить собственной репутации?