Красавица для дракона (СИ) - Ильина Настя

В центре зала стоял огромный хрустальный шар на постаменте, за которым сидел человек в таком же длинном тёмно-синем балахоне, что и другие, но по краям его капюшона проглядывалась вышивка золотой нитью. Эта особенность словно означала, что он главнее остальных. Кем он был? Какой-нибудь верховный маг? Или оракул? В животе всё свело от нахлынувшего новой панической волной ужаса. Я на мгновение прикрыла глаза, а затем снова открыла их. Выпрямившись, я сжала руки в замок.

— Не стоит волноваться, дорогие избранницы, — произнёс кто-то из присутствующих, словно причитав меня. — Это просто проверка, которая позволит нам убедиться в том, что вы безопасны для Его Высочества и страны.

— Оливия Адамсон, — громогласно произнёс мужчина, сидящий за столом с шаром.

Его голос, как натянутая тетива, со свистом выпускавшая стрелы, скрипнул в душе. Пусть имя не мое, но очередь приближалась.

Девушка в платье голубоватого оттенка подобрала юбки, улыбнулась, глядя на присутствующих, и приблизилась к шару. Она изящно двигалась, словно ей ничуть не мешала неудобная обувь и ни капли не стесняла её. Может быть, и я когда-нибудь привыкну к подобной жизни?

Шар засветился зеленоватым оттенком, а девушка подняла вверх ладони, затем медленно опустила их, разводя руки в стороны, и вокруг неё засверкали светлячки. Я готова была даже в ладоши захлопать, потому что местные фокусники, на представления коих мне удавалось попасть, никогда и толики подобного не могли показать.

— Спасибо. Вы прошли испытание.

Оливия взмахнула ладонью, и светлячки исчезли, будто мираж.

— Кларисса Фаррелл! — назвал имя очередной невесты маг у шара, а предыдущая девушка вернулась на своё место.

Избранница в изумрудном платье с собранной набок косой, в которой было вплетено не меньше нескольких десятков перламутровых жемчужин, приблизилась к шару и шумно вздохнула. Шар обрёл белоснежное сияние.

Девушка щёлкнула пальцами, и вокруг неё появилась тонкая корочка льда, а через несколько секунд в зале начали падать самые настоящие снежинки. Мне бы такая магия не помешала, особенно когда на улице плюс сорок, и никакие кондиционеры не справлялись с жарой… Я поймала себя на мысли, что начала принимать магию как должное, словно она была частью моей жизни, и я не впервые познакомилась с ней; будто я и раньше могла наблюдать за подобным.

— Спасибо. Вы прошли испытание.

Кларисса вернулась к остальным наследницам и заправила за ухо локон, выбившийся на её лицо. Снежинки мгновенно растаяли, а я с сожалением вздохнула. Мне бы сейчас окунуться с головой в сугроб, чтобы перестать думать, что это я могу оказаться предательницей, пусть никогда в жизни никого не предавала.

— Алисия Лондгрейс, — услышала я имя, которое принадлежало мне и одновременно не мне.

Сердце снова заколотилось, как загнанный в угол зверь, у которого не осталось путей для отступления. Я сделала шаг вперёд и до боли прикусила губу изнутри. Рука инстинктивно потянулась к брошке.

«Помоги мне», — мысленно попросила я, сама не зная у кого, и побрела к шару.

4.4

Я двигалась вперёд, стараясь не запнуться и не пропахать носом пол… Вот это было бы тем ещё посмешищем! И ненароком представила, как лечу на шар и разбиваю его, рухнув на него всем своим телом. Ну, а что? Неплохая перспектива избавить свою голову от плахи. Или меня отправят на смертную казнь за порчу королевского имущества? Вполне ведь вероятно…

Дышать стало ещё тяжелее — я готова была расшнуровать корсет, лишь бы дать себе больше простора. Интересно, на мужчин в этом мире действует приём отвлечения при помощи полуобнажённой груди? Хотя куда дальше-то? Я инстинктивно потянула ткань на лифе платья вверх, но, конечно же, это не помогло. Не растянутся же нитки так легко, по моему велению. Ощутив покалывание в груди — то были заостренные края лепестков у брошки, — я постаралась взять себя в руки, приблизилась к оракулу. Или не оракулу, не суть.

Щёлкнув пальцами, я поняла, что эффекта нет, а ведь у остальных девушек всё так легко выходило: взмахнула рукой — светлячки, щелкнула пальцами — снежинки и лед. Чем Алисия хуже? Может, ушами подвигать? Не все ведь умеют. Или фокусы? Но в том я совсем не сильна. Все мои попытки удивить всегда заканчивались провалами, даже в банального карточного «дурака» всегда продувала. Наверное, у меня на лице всё написано, когда я пытаюсь секретничать и хитрить…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

На ум сразу пришёл забавный танец из мультика, который как раз успела посмотреть в кино накануне. Чтобы хоть как-то протянуть время и придумать выход из сложившейся ситуации, я принялась переминаться с ноги на ногу. Мужчина сосредоточенно посмотрел на меня, выжидая магические действия.

«Отлично: отвлечь внимание получилось!», — обрадовалась я раньше времени.

Эх… Была не была! Терять ведь нечего!

— Калинка-малинка! — пропищала я тонким голосом для нужного антуража, а когда на лице оракула-советника, которое едва проглядывалось из-под капюшона, появился интерес, продолжила своё выступление дальше.

Неловкость уступала страху смертной казни, поэтому я не переживала о чужом мнении, стараясь абстрагироваться от сверлящих спину взглядов. Быстро повернувшись вокруг себя, я ударила в ладоши, но ничего не произошло. Боль в груди будто разрасталась, кожа горела, словно мне приложили горчичники и забыли их вовремя отклеить. Странное, незнакомое чувство поселилось в душе, охватывая тело липким беспокойством. Резко вдохнув воздух, я натянула театральную улыбку.

— Калинка-малинка-малинка моя… — неуверенно выдавила я и начала вытанцовывать чечётку настолько, насколько это было возможно сделать в моём кошмарном наряде.

— Алисия Лонгрейдс? Что вы пытаетесь показать нам? — Напряжение в голосе оракула поведало мне, что танец его всё-таки не впечатлил, следовательно, минуты до смерти побежали скорее.

За спиной послышались шепотки, что я и есть та самая предательница-иномирянка, которая должна пойти в расход чудовищу, чтобы не мешать остальным бороться за сердце принца и за титул Первой магической леди. Что за титул такой меня уже совершенно не интересовало. Я ощутила, как по спине пробежали мурашки, как на затылке волоски встали дыбом. Уже бы изобразить хоть что-нибудь, что показалась бы им созданием магической природы. Будь здесь кока-кола и ментос, устроила бы пенное шоу науки!

— Это ритуал пробуждения родовой магии, — нашлась я с ответом. — Вы, должно быть, уже слышали, что моя магия пока не пробудилась в полной мере, но эти движения должны создать своеобразный толчок для ее высвобождения…

В районе груди молниеносно разлилось жжение, вынудившее меня согнуться пополам и закряхтеть от боли. Глаза вдруг заволокло пеленой, но, как только моргнула, зрение восстановилось. Я увидела, как шар засветился фиолетовым мягким свечением. Вокруг артефакта появилась движущаяся туманная дымка, будто волны огибали стеклянную сферу, охраняли ее, защищали, и я чуть приоткрыла рот от удивления.

— Похоже, ритуал помог вам пробудить магию, — кивнул оракул и улыбнулся.

Его многозначительный жест рукой вынудил меня опустить взгляд.

— Быть не может, — пробубнила я, шокированная увиденным.

Точно такое же свечение окружило меня и двигалось точь-в-точь, как вокруг шара. Будто мы с ним синхронизировались, потому магия действовала одинаково.

Потрясению моему не было предела! Какая магия? Я ведь обычный человек! Да не может у меня быть никакой магии! Горло сдавило, но… Означало ли это, что я свободна? Что я прошла идиотский показательный отбор? Что я могу перестать беспокоиться за свою бредовую головушку и могу вернуться на место? Для начала. В идеале — сразу бы домой, в родную квартирку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Магическое сияние медленно растворилось, и с ним уходило болезненное чувство, не позволяющее нормально дышать.

— Невеста из нашего мира! Благодарю вас. Вы можете вернуться, — проговорил кто-то, скрывающийся в тени колонн за троном.

На несколько секунд мне почудилось, что в голосе прозвучала зловещая сталь, но, скорее всего, натянутые нервы искажали действительность.