Когда проснется магия (СИ) - Бегоулова Татьяна

— Я не употребляю эту гадость.

Магистр Льюис поднялся:

— Истон, проверь еще раз общее состояние и если нет осложнений — выписывай.

Когда оба целителя вышли из палаты я смогла подробно вспомнить события этой ночи. Действительно, с чего это меня так приложило? Расстроена была Эжен и это ей должны были оказать помощь.

Тут в палату вошла сестра милосердия, в руках у неё был поднос, на котором стоял стакан с темной жидкостью.

— Это укрепляющий настой трав. Магистр прописал. Пейте.

— Скажите, а та девушка, которую мы ночью сюда привели, она где?

— В общежитие, где же еще ей быть?

— А что с ней? Все обошлось?

— С ней все в порядке. А вот ты нас напугала. И тот парень, который тебя на руках держал, сильно переживал. Побелел, как мел. Пей настой и одевайся. Тебя в смотровой целитель Истон ждет.

Я хмыкнула: целитель Истон.

Уж не знаю, насколько силен Истон как целитель, но вот его отношение к пациентам оставляет желать лучшего. Когда я вошла в смотровую, он посмотрел на меня как на насекомое, которое осмелилось заползти на чистый обеденный стол. И столько в его взгляде читалось плохо скрытой неприязни, что и мое негативное отношение к парню вновь проснулось. Он указал мне на кушетку и я молча уселась на неё.

— Садись ближе, что я — тянуться должен? — я подвинулась. Вот и отчего Истон такой бука? Или это только ко мне такое отношение, потому что я не маг?

Я молча перенесла прикосновения его ладоней ко лбу, затылку. И даже когда его пальцы провели по шейным позвонкам, я и тогда не сказала ни слова. Но вот когда он потянулся к солнечному сплетению, я не осознанно шлепнула его по рукам. И тут же поймала его насмешливый взгляд:

— Я всего лишь провожу осмотр. Не думай о себе слишком много.

— А почему я должна верить тебе? Мало ли что ты еще объяснишь осмотром?

Насмешливая улыбка уступила место раздражению, которое читалось во взгляде молодого целителя:

— Я сейчас целитель, который ведет осмотр пациентки и ничего более.

— Ты сейчас старшекурсник, который возомнил себя целителем и не более, — я и сама удивилась насколько разозлили меня слова Истона. Мне, в общем-то, не должно быть никакого дела до его неприязни, но я чувствовала, что она меня задевает.

— А особо несговорчивым пациенткам я могу и клизму прописать.

— Ты не посмеешь.

— Хочешь проверить?

Я благоразумно промолчала. От этого вредного мага можно всего ожидать. Когда его ладонь прикоснулась к солнечному сплетению, я даже через ткань платья почувствовала исходящее тепло. Оно приятно растекалось по телу, как бывает, когда после пребывания на холоде выпьешь горячего чая. У меня даже щеки заалели и уши запылали. Когда Истон убрал ладонь, ощущение тепла растаяло. А маг выглядел озадаченным. Он хмурил брови, чесал переносицу и стал похож на обычного парня, не озадаченного осознанием своей важности.

— Следов магического воздействия нет, но симптомы были именно как от воздействия магией. Ничего не понимаю.

— Что и следовало доказать, — чуть слышно пробормотала я себе под нос, не рискуя громко озвучить свою колкость.

Истон перевел на меня свой задумчивый взгляд:

— У тебя на сегодня освобождение от всех занятий. И запомни: сегодня крепкий горячий чай и шоколад твои лучшие друзья. И если вопросов нет, можешь быть свободна.

По дороге в общежитие я завернула в кондитерскую лавку — хоть Истон и вызывает у меня антипатию, но насчет горячего чая и шоколада стоит прислушаться. В лавке было пусто, что и не удивительно — все студенты на занятиях. Я немного помедитировала перед витриной с шоколадными конфетами и купила те, что еще ни разу не пробовала. Увесистый кулек я несла как великую драгоценность — шоколад не самое дешевое удовольствие. А учитывая, что в нашей комнате живут три сладкоежки, каждая конфета — на вес золота.

Напившись чая и наевшись конфет, я решила снова почитать легенды о лжедраконах. Но стоило мне прочесть пару строчек, как на меня вдруг снизошло озарение, которое срочно потребовало своего подтверждения. Если то, что я чувствую в зверинце — зов лжедраконов, то почему он действует совершенно обратным образом? Если бы лжедракон призывал свою жертву, то я должна была чувствовать притяжение к его вольеру и рано или поздно оказаться в нем в качестве обеда. Но я-то чувствую совершенно обратное — мне хочется бежать со всех ног из зверинца, меня охватывает тоска и страх. А возле его вольера меня вообще накрыло паникой и хотелось оттуда бежать, теряя тапки! Значит это не зов, а что-то другое. Но что? Вряд ли Греги знает ответ на этот вопрос, он уверен что это именно зов. И думается мне, что только магистр Дэлью сможет как-то прояснить ситуацию. Только как же понятнее задать ему свой вопрос? Не признаваться же во всем, вдруг он тоже посчитает мои ощущения опасными и отстранит от практики.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Полчаса я бродила по комнате, придумывая как лучше спросить у магистра о своих странных ощущениях. Но в голову ничего путного не приходило. И решила действовать наобум, авось обойдется.

Магистр Дэлью, конечно же, был в зверинце. Он наблюдал как второкурсники собирают слюни у пятнистого бородавочника. Студентки чесали гребнем его спину, а животное, млея, разевало пасть из которой текли слюни. Понаблюдав за процессом пару минут, я покашливанием привлекла внимание магистра.

— Что вы тут делаете? Сейчас практика у второго курса.

— Магистр Дэлью, я хочу попросить вашей помощи в одном вопросе. Речь идет о лжедраконах. У нас ведь в зверинце содержится это животное?

Магистр непонимающе посмотрел на меня:

— Допустим. Но первокурсникам даже не стоит и мечтать о том, чтобы изучать это существо. Оно здесь не для учебных целей.

— Понятно. Но я хотела бы узнать о так называемом зове лжедраконов. Что он из себя представляет?

— А почему вас так интересует этот вопрос? — магистр нахмурился. Мне показалось, что он не горит желанием рассуждать на тему лжедраконов.

— Я в библиотеке наткнулась на книгу с легендами об этих существах. И там упоминается о зове, но вскользь. А мне хочется понять что это.

Дэлью окинул меня подозрительным взглядом. Я так и думала — он мне не поверил.

— Вообще-то, о зове лжедраконов подробностей вам никто не расскажет. Если он и существует, то все, кто его слышал не остались в живых. Лжедраконы хищники и призывают жертву для того, чтобы ей пообедать.

— А насколько безопасно содержать это существо в Институте?

Дэлью рассмеялся:

— У нас содержится карликовый лжедракон, это во-первых. А во-вторых, его регулярно кормят, так что никакой нужды призывать себе пищу у него нет.

— То есть, о проявлениях зова вы ничего не знаете?

— Лжедраконы вообще мало изучены. Они обладают магическими способностями, могут ментально воздействовать на жертву. Но это все, что известно.

— Благодарю, магистр. Извините за беспокойство.

Несмотря на то, что магистр не сказал мне ничего нового, я еще больше утвердилась в своем мнении — то, что ощущаю в зверинце не является зовом. Действительно, лжедракона кормят, зачем ему кого-то призывать? С Улькой мы договорились завтра провести магический сеанс связи, и выходит, зря я озадачила подругу артефактами. Надеюсь, ей не пришлось потратиться. Вскоре после моего возвращения из зверинца появились и мои соседки. Эжен, увидев меня, плюхнулась на мою кровать:

— Рони, как ты нас напугала!

Если честно, я была удивлена видом блондинки. После ночной истерики я ожидала всего чего угодно: несчастный вид, заплаканные глаза, апатию. Но Эжен выглядела вполне себе оживленной и даже улыбалась. Я недоуменно поинтересовалась:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты сама-то как? Все нормально?

Эжен вдруг стиснула меня в объятиях и счастливо прошептала:

— Рони, я почувствовала её! Там, в больничном корпусе, перед тем как ты потеряла сознание, я почувствовала, как в груди шевельнулась моя магия!

Я изобразила улыбку — это, наверное, хорошо.

— И что это означает? Она проснулась?