Не его пара (СИ) - Эйлер Майя

В её голосе было нечто странное, я не сразу поняла, что именно, а когда поняла, то очень удивилась. Там было страха, но была обиды и недовольство, словно ей не дали сделать то, чего она очень хотела, и теперь она злилась на весь мир.

— Ты его знаешь? — спросила я у Даши.

— Знаю, — буркнула девочка. — Это один из папиных охранников.

Я замерла. Так этот волк на самом деле оборотень? Что ж, тогда понятно, почему он не нападает, а ждет чего-то.

— Мы сейчас же пойдем домой, — произнесла громко, больше обращаясь к волку, чем к девочке. Зверь фыркнул, но вас места не сдвинулся. Я удивилась, но Даша мне всё объяснила:

— Он не уйдет, пока не поймёт, что мы идём домой.

И вот только теперь я всё поняла, осознала, насколько была глупой и доверчивой.

— Скажи мне, ты так уже делала? Заставляла нянь отвести тебя в лес?

— Мне нравится в лесу, а меня сюда никто не хочет выводить гулять. Так почему я должна страдать?

Я не нашлась, что ей ответить. Это было настолько глупо и в тоже время по-детски, что мне стало дурно от мысли, что ещё мы могли натворить, если бы я просто её слушала. С какой-то стороны даже хорошо, что наше знакомство началось именно с леса, места, где девочка любила бывать, но об этом все знали, и значит, в случае чего, её искали бы именно здесь. Конечно, было бы замечательно, если бы кто-нибудь предупредил меня о том, какая она фантазерка, тогда бы у нас этого не произошло, то теперь мне самой придется расхлебывать последствия.

— Вы не проводите нас домой? — обратилась я к волку. Кажется, он удивился такой просьбе, но лишь мотнул головой и пошел в ту сторону, откуда мы пришли.

Я крепко держала Дашу за руку, чтобы она не вздумала убежать от меня, и мы шли вперёд, следуя за оборотнем. Девочка вела себя тихо как мышка, кажется, она понимала, что впереди ее ждут крупные неприятности, и даже не от меня, от отца, который непременно об этом узнает. Я тоже боялась, даже чувствовала, как всё сильнее стучит сердце, с каждым шагом, пока мы подходим к дому. Если Константин вдруг решит, что я не справлюсь с его дочерью, он может просто отдать меня брату, и тогда вся моя дальнейшая жизнь будет решена.

Мы успели миновать калитку и только.

— Елизавета, — холодный голос Константина подействовал на меня так, словно это было ведро ледяной воды. И я замерла на месте, выпустила Дашину руку, когда девочка побежала к отцу.

— Пап, папа, папочка, а мы в лес ходили гулять, на озеро! Там так красиво! Ты же помнишь?

Я смотрела на эту маленькую актрису и удивлялась, как не поняла этого раньше. Да, возможно, родители совершенно запустили её, не уделяли должного внимания, в чём я очень сильно сомневаюсь, но это никак не отразилось на её характере. Боевая волчица, которой ничего в жизни не будет страшно.

— А вы уже вернулись? Ой, ты, ты, конечно же, ты… ты уже вернулся? — глупо улыбаясь, я смотрела на Константина, как он поднимает дочь на руки, целует в щеку и опускает обратно на землю.

Я всё ждала, что же будет дальше, что он скажет, но оборотень молчал.

— Дашенька, иди домой, хорошо? Тебя бабушка искала, хотела что-то показать, — с дочерью он говорил ласково, почти нежно, и теперь мне казалось, что за этим последует что-то очень неприятное, почти отвратительное, то, чего я точно не хочу слышать.

— Бабушка? Конечно, я пойду к бабушке! Пока, Лиза, — она помахала мне ладошкой и весело помчалась к дому.

— Денис, проследи за ней, чтобы с дороги опять не сбилась, — обратился Константин к волку. Тот утвердительно рыкнул и потрусил вслед за девочкой. И вот теперь всё внимание досталось мне. — Почему ты отправилась с Дашей в лес? Кажется, я говорил, что мне нужна няня для дочери, а не наемный убийца, — его голос был спокойным, но я чувствовала, что где-то за этим крылась самая настоящая ярость. — Ну, что, Лиза, тебе есть что сказать?

Я отвела взгляд. Так неприятно чувствовать себя виноватой, знать, что это оправданно, что ругаются не просто так. Да, я должна была подумать своей собственной головой, а не довериться маленькому ребёнку! Но ведь оно всегда так, хорошая мысль приходит потом, а пока что я могу только стыдиться самой себя и своих действий.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я хотела с ней подружиться…

— Я это уже понял, у тебя получилось. Но давай ты больше так делать не будешь, — я сглотнула, это всё больше напоминало разговор с ребенком, непутевым ребёнком, которому нужно разъяснять элементарные вещи.

— Я буду делать всё, что вы скажете…

— Вот и хорошо, — Константин протянул мне руку и даже улыбнулся, довольный решением, которое я приняла. — Идём, нам нужно с тобой поговорить.

Я вложила свою ладонь в его, почувствовала, как он до боли стиснул мои пальцы, и оборотень почти потащил меня в сторону дома. Надо же, Константин не стал кричать, как сделал бы Вадик, а просто. пожурил.

— А как вы… как ты здесь так быстро оказался? Ты же уехал?

— Мне сказали, что две юные особы исчезли, и их никто не может найти, — хмыкнул он. — А еще звонил твой брат. Он принял решение и хочет с нами встретиться.

Глава 6

Я не знаю, как мне удалось пережить эти полчаса, пока мы с Константином сидели в его кабинете и ждали Вадика. Нет, оборотень не паниковал, он занимался своими делами. А вот у меня зуб на зуб не попадал, я беспокоилась, нервничала, сдирала с ногтей лак, потому что не знала, я о чём мы будем разговаривать.

Конечно, я могла и дальше настаивать на том, что уже взрослая, что сама могу распоряжаться своей жизнью, но вот проблема в том, что если мой брат на самом деле пообещал меня кому-то, продал, то я ничего не смогу сделать. Пусть я и выросла в добропорядочной семье, окруженная заботой, какой-никакой, но всё-таки семейной любовью, это не означало, что у моего брата не могло быть никаких планов на меня. Я хорошо помню историю девочки, с которой мы вместе ходили на танцы. Она была старше меня, но также окончила школу и оказалась перед выбором — отправиться в свободное плавание без гроша за душой или же выйти замуж. Она не стала спорить с решением семьи. Примерно через год мы встретились снова, совершенно случайно и, честно, я её не узнала. Дорогой костюм, крикливые украшения, который ей дарил муж, совершенно не добавляли счастья выражению ее лица. Она мне ничего не рассказывала, махнула рукой, вроде как живёт, как и все другие, ничего страшного, бывает.

Уже потом, от общих знакомых, я узнала, что жизнь в золотой клетке довела её до алкоголизма буквально за полгода. Это девчонка, которую я считала сильной, смелой, способной преодолеть любые преграды. А я не такая, я не смогу улыбаться мужчине, которого ненавижу.

Зазвонил телефон, и я подпрыгнула на месте. Константин снял трубку, бросил одноединственное «веди» и поднял взгляд на меня:

— Твой брат приехал.

Я стиснула зубы, но поняла, что еще немного, и они просто треснут от того напряжения, которое я испытывала. Нужно успокоиться. Вдохнуть. Выдохнуть. И больше не думать о том, что я ничего не решаю. Константин обещал мне помочь, и пусть он был совершенно чужим для меня, но я почему-то ему верила.

Мысли крутились в голове, словно маленький ураган, пойманный в банку. Трудно разобрать, что правильно, а что нет, что нужно, а что не имеет значения.

Дверь открылась, и в кабинет вошел Вадик. Я улыбнулась брату, потому что, несмотря ни на что была рада его видеть, но улыбка сползла с губ, потому что следом вошел еще один мужчина.

До этого я лично его не знала и очень надеялась, что не узнаю. Да, он был стар, давно за пятьдесят, но, наверное, для своего возраста выглядел очень даже прилично. Короткая модная стрижка, немного крупные черты лица. Я бы сказала, что, возможно, в другой ситуации, он показался бы мне даже симпатичным. Вот только не сейчас, не сегодня, когда я оказалась игрушкой, разменной монетой в играх для больших мальчиков.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А было ещё кое-что, что испугало меня в нём больше всего. Казалось, этот мужчина смотрел сквозь меня, рассматривал мимолётно, будто я была очередной картиной в музее искусств, чем-то незначительным, не нужным, не стоящим ничего. Но при этом слишком дорогим, чтобы отбрасывать в сторону. Да, я понимаю, что была бы счастлива, если бы он вообще не появлялся в моей жизни. Так что, это странное ощущение можно было принять просто за недовольство жизнью.