Ученица Темного Лорда (СИ) - Силаева Ольга

Ей оставалось только одно.

— Помогите мне бежать, — выдохнула она в трубку, не дожидаясь приветствий. — Я сейчас почти на шоссе, но…

— Нет, — произнёс спокойный голос. — Просёлочная дорога за парком: вам нужно пробежать полкилометра вправо от шоссе. Встаньте в стороне; я вас увижу.

Глава 9

Обхватив себя руками, Кира стояла на шоссе в одной водолазке и джинсах. Она мёрзла, отчаянно мёрзла, и даже слабенького согревающего заклинания — всего, на что она была способна, — хватало лишь на то, чтобы не отморозить пальцы.

Сколько понадобится профессору, чтобы доехать? Час? Полтора?

Чёрный автомобиль выехал из-за поворота через двадцать минут. Не выехал — вылетел: на такой скорости неопытный водитель улетел бы в кювет уже на пятой минуте.

Она подошла к закрытой двери, и та тут же открылась.

— Ремень, сразу же, — отрывисто бросил профессор. — Залезайте.

Кира послушно уселась на соседнее сиденье. Едва она пристегнулась, автомобиль тут же тронулся с места, развернулся, и они с невозможной скоростью полетели в ночь.

— Какого чёрта вы не одеты? — холодно произнёс профессор. — Что произошло?

— По-моему, я, наоборот, слишком уж одета для ваших вкусов, — огрызнулась Кира.

— Ещё одно слово, и я вышвырну вас из машины на полной скорости. Мне повторить вопрос?

Он бы не только никогда этого не сделал, подумала Кира: профессор без колебаний свернул бы шею любому, кто посмел бы решиться на подобное. Но глядя на его холодный напряжённый профиль за рулём, она поняла, что язвить и впрямь не стоило.

— Я участвовала в ритуале, — мрачно сказала она. — Без клятвы. Мне удалось увидеть сияющую нить, ведущую от Райли… куда-то. Я не знала, куда, и заблудилась. А когда очнулась, меня хотели забрать в Протекторат, пока я не сниму проклятие с Райли. Я не знала, что со мной будут делать, и…

— Сбежали. От лорда Хили и его Протекторов. Это не удалось даже Тёмному Лорду. — Профессор криво улыбнулся. — Как?

Кира полезла под водолазку. Она спрятала туда хрустальную подвеску…

… Которая по-прежнему была цела.

— Вот, — растерянно сказала она. — Но в ней больше нет магии.

Профессор бросил на амулет беглый взгляд. Совершенно безразличный.

— Он одноразовый, и зарядить его я смогу не скоро. Сначала эманации должны улечься. Но выбрасывать я бы его тоже не советовал, если конечно вы не ненавидите бриллианты всей душой.

Кира поперхнулась.

Её подвеска осталось целой. Стекло бы разлетелось вдребезги, но бриллиант…

— Но бриллиантов такого размера не бывает! Только в музеях… или… в короне…

— Я бы очень не рекомендовал идти к ювелиру, чтобы это проверять. Особенно к магу. Вы лишитесь его тут же, и ничего не сможете доказать.

— Но откуда он у…

Профессор усмехнулся, не отводя взгляд от дороги.

— У бедного профессора, едва сводящего концы с концами? Не бойтесь, я его не украл и никого ради него не убил.

У неё на шее висел один из самых дорогих бриллиантов мира. Просто так, ни с чего. Она даже не знала, он ничего не сказал ей; она могла его выбросить, в конце концов!

Но Кира никогда бы так не поступила. И профессор знал, что она никогда этого не сделает.

— Вы не ответите, откуда он у вас, — прошептала она.

— Нет, не отвечу. Вспомнил о некоем тайнике, если вас устроит мой ответ. В развороченной теперь стене приюта, за комнатой, которая когда-то была моей, а потом, спустя годы — вашей. И нет, больше за эти дни я не вспомнил ничего.

Кира оглядела салон машины.

— Но дорогой автомобиль, смотрю, купить успели.

— Будете считать мои расходы?

Кира слабо улыбнулась.

— Не советуете?

— Ну почему же. Прекрасное занятие для девушки, находящейся в полной моей власти и знающей, что она получит своё за каждую дерзость. Сегодня, — задумчиво добавил профессор, — я чувствую себя особенно изобретательным.

— С чего бы это? — хмыкнула Кира. Она всё ещё дрожала от холода, даже в жарко натопленном салоне машины, и это не укрылось от взгляда профессора.

Он резко остановил автомобиль на обочине.

— Снимайте водолазку. Или задерите её, мне всё равно. И давайте сюда пальцы.

— Что вы… — попыталась протестовать Кира, но его пальцы, неожиданно тёплые, уже обхватили её кисти, и на миг их объял почти невидимый голубой свет.

У Киры глаза полезли на лоб.

— Вы ещё и целитель?

— Когда заболеваешь воспалением лёгких настолько тяжело, что перестаёшь дышать самостоятельно и проводишь два дня на волосок от гибели, начинаешь желать, чтобы это повторялось пореже, — пробормотал профессор, берясь за край её водолазки, и Кира без звука позволила ему это сделать. — Я наложу контур, но полностью последствия охлаждения это не уберёт.

Короткий разряд магии обжёг её, и Кира вскрикнула. Профессор поднял бровь — и второй разряд, жаркий, как охлёст веником в бане, пронзил её от груди до бёдер.

Профессор отвернулся от неё с совершенно бесстрастным видом, не взглянув ни на грудь, ни на покрасневший живот, который всё ещё жгло. Кира с шипением заправила водолазку в джинсы, запоздало заметив, что та была безнадёжно испорчена наложением рун, а запасной одежды у неё не было. Денег, впрочем, тоже.

— Куда мы едем?

— А куда бы вы хотели, мисс Риаз? В Академию? Уверен, посланные туда люди лорда Хили будут рады скрасить ваши каникулы.

Кира вздохнула.

— Вы везёте меня к себе, не так ли?

— В моё тёмное логово, — невозмутимо согласился профессор. — И уверяю вас, вы ещё не раз пожалеете, что сбежали в таком непотребном виде.

Она задохнулась.

— В непотребном?

— А как ещё назвать, с позволения сказать, вот это? — Профессор даже не взглянул на неё. — Если бы дело происходило на моём ритуале, я бы выгнал вас в этих тряпках вон моментально, и десять раз подумал, пускать ли обратно.

— Зато если бы я пришла к вам без единой тряпки вообще, — мрачно сказала Кира, — уверена, вы были бы в восторге.

— Ваши шутки становятся стары и неинтересны, в отличие от вашего тела, мисс Риаз. Мы приехали.

До дома по расчищенной узкой дорожке, вдоль которой в снегу горели фонари, идти было не более двадцати шагов, но профессор заставил Киру преодолеть их чуть ли не бегом, и почти насильно втолкнул внутрь. Щёлчок, и она услышала гул кондиционера, работающего на обогрев. Безумно расточительно, подумала она. Впрочем, разве ему теперь было не всё равно?

— Удобно, наверное, — не без ехидства сказала она, оглядывая небольшой скромный холл, мебель в котором, впрочем, вся была из натурального дуба. — Что вы вспомнили как раз то волшебное место, где зарыли сокровища, и ничего больше.

— Достаточно сосредоточиться на одной детали воспоминания, чтобы потянуть за собой всю цепочку, — устало сказал профессор, вешая куртку в гардероб и переобуваясь. — Я вспомнил, как когда-то прятал свой перстень в стенной нише, а магический поиск довершил остальное.

— Волшебная сила сосредоточения.

— На вас, впрочем, мы сосредотачивались достаточно. — Профессор закончил переобуваться и выпрямился. — Кухню и ванную, уверен, вы найдёте. Где вам ночевать, я решу позже.

В его тоне сквозило такое безразличие, что у неё даже не хватило воли на очевидную шутку.

Кира вслед за профессором прошла внутрь — и успела увидеть, как с его пальцев срывается искра, охватывая дрова в камине. В настоящем домашнем камине, который был раза в четыре меньше, чем величественное сооружение в особняке Хили, но во много раз уютнее и прекраснее.

Она огляделась. Коттедж, в котором она оказалась, поняла она, был совсем небольшим. Гостиная, в которой едва умещался широкий диван и мягкое кресло, столик с ноутбуком и густой белоснежный меховой ковёр на полу. Узкий проход на кухню, дубовая лестница на второй этаж, строгая и безупречная, как тёмные брюки и белая рубашка профессора. Наверняка одна или две спальни и ванная наверху. Всё.

Но почему-то она чувствовала себя здесь куда более дома, чем в замке, достойном лордов и королей.