Попаданка для лорда-ректора (СИ) - Генер Марго

Это все тьма.

Все она, черт…

Он должен спешить, должен найти этот долбаный кристалл духа и, наконец, расправиться с этим хаосом в себе. Но как быть сейчас? Как ему находиться рядом с девушкой, от одного присутствия которой и его тьма, и он сам приходят в какое-то дикое возбуждение?

Каждый раз скрываясь в облаке тьмы, чтобы переместиться, он проходит через этот хаос. Однажды его ошибка стоила ему возможности выбора, и теперь приходится расхлебывать это даже не ложками, а целыми ведрами. Магам света не приходится проходить через хаос…

Лина.

Она вытащила из него самые необузданные желания. Все то, что он так усердно и старательно подавлял, вместе с тьмой полезло наружу. И ему придется как-то с этим бороться.

Гадар думал об этом и через тени чувствовал, как она движется по коридору в его сторону. Хрупкая, такая желанная, опять в своем долбаном купальнике, который туго обтягивает ее грудь и задницу, которая так и просит шлепка.

Твою ж за ногу…

«Покажи ей, кто хозяин. Возьми её, наполни…»

— Иди на хрен, — прошептал Гадар.

Он резко вдохнул и выдохнул — надо собраться. В конце концов, ему еще много времени предстоит провести с ней, не будет же он все время думать о том, как бы ее трахнуть?

Или будет?

В этот момент двери открылись, и в проходе появилась Лина.

Гадар на секунду замер (хорошо, что за годы практики он научился ловко скрывать свое настроение за маской холодной отстраненности).

Она действительно все еще в этом своем купальнике, поверх которого штаны и футболка, но они не спасают — он знает, он буквально насквозь видит, как под ними почти светится ее сочное и зовущее тело. Он ведь прикасался тенями к нему, гладил, ласкал, трогал ее в самом жарком месте…

Член в штанах настойчиво шевельнулся, хорошо, что он плотно прижат и не виден со стороны.

Он мысленно шлепнул себя по щеке — надо гнать эти мысли.

Лина подняла на него большие зеленые глаза, губы чуть приоткрылись. Черт, она даже когда не пытается быть сексуальной, все равно слишком притягательна. И он знает, что скрывается за этим невинным взглядом, какая страсть и желание таится в его глубине.

— Лорд ректор? — вырвал его из тугих раздумий ее голос.

Нужно вести себя… соответствующе. Как ректор. Он ведь и есть ректор, а не пацан, которому приспичило вдуть самой классной девчонке на курсе.

— Лина, — прокашлявшись, сказал он сдержанно. — Как ты себя чувствуешь?

Девушка зябко повела плечами — это верно, в Обители прохладно.

— Нормально, — ответила она. — Слегла замерзла.

— Это пройдет, — произнес он, стараясь смотреть как бы сквозь девушку и не фокусироваться на ее приподнятой груди, съежившихся сосках, которые проступают сквозь купальник и футболку. Блин, надо ее срочно переодеть. Это же мучение сплошное. — Сейчас я провожу тебя в гардеробную, там выберешь себе одежду.

Он развернулся и быстрыми шагами двинулся по коридору, лишь бы не смотреть на эту упругую грудь.

Лина ринулась следом.

— Эй, погодите, а что с даром?

— А что с ним? — не оборачиваясь спросил он.

— Какой он? — с возмущением спросила она.

А, блин, он ведь сам перекрыл звук в Обители, когда он должны были огласить направление её дара. Перекрыл специально, чтобы подольше остаться с ней наедине, пусть и не совсем рядом, но все же. И ей его так никто и не сообщил.

Пару секунд Гадар наслаждался каким-то странным чувством превосходства и обладания. Но потом смог с ним справиться — это ведь тоже тьма. Желание управлять, порабощать. В собственничестве, ревности, желании постоянно контролировать нет ничего из того, чему он учит студентов и что пропагандирует Академия Диамант де Грин. Хотя это идет в разрез с мировоззрениями некоторых рас (и он не лезет в вековые традиции), все же общая концепция понятна, и абитуриенты знают, на что идут, поступая сюда.

И он не станет нарушать свои же правила.

— Тебе не сообщили? — спросил он, краем глаза заметив, какими завистливыми взглядами проводила их компания студенток-носферату, когда они вышли в центральный вестибюль, и он повел Лину на восток к гардеробной. Еще бы, новенькая целый день в компании ректора. Они локти готовы кусать за такое внимание. В прямом смысле слова.

— Не сообщили, — недовольно проговорила Лина.

— Это ничего. Главное, я в курсе.

— Но я-то нет! — почти выкрикнула она. — Вы издеваетесь? Я же имею право знать! Я же там… На этом алтаре….

Лина запнулась, Гадар даже с любопытством оглянулся — интересно, что она хочет сказать? Ну, в самом деле, не расскажет же она, как трахалась с его тенью.

Студенты вокруг стали коситься, Лина смутилась, моментально стушевалась, сказала уже заметно тише:

— Лорд Дартион, я хочу сказать… В смысле, я имею право знать. Ваши друзья, в смысле эмеле… элементали, говорили, что мои паники связаны с даром. Как я буду, ну, с этим работать, если мне ничего не говорят?

— Тоже верное наблюдение, — согласился он. — Твой дар…

Он не закончил. Со стороны западного холла, перекрикивая шум Академии, несся декан факультета драконов. Долговязый, остролицый, с короткими волосами и длинной черной челкой, в мантии горчичного цвета. Он сам виверн, а значит с огнедышащими студентами на одной волне, поэтому Гадар его сразу взял на работу, как только увидел рекомендательные письма.

— Лорд Дартион! — на бегу кричал декан. — Лорд Дартион, подождите! Лорд…

Он добежал до них, едва успев затормозить, широкая мантия колыхнулась волной. Декан, запыхавшись, уперся ладонями в колени.

— Доброго утра, декан Тариус.

Тот быстро выпрямился, все еще тяжело дыша.

— Лорд Дартион, — проговорил он, отдувая со лба челку. — Там отпрыски Агариносов и де Тенебрисов опять не поделили сферы влияния.

Стычки между расами и внутри них редко, но случались. Гадару периодически приходилось усмирять слишком горячих драконов, слишком вспыльчивых оборотней, слишком высокомерных эльфов и других «слишком».

— Что на этот раз? — спросил он.

— Политика и прииски, — развел руками декан.

— Ясно, — отозвался Гадар. — Как обычно. Ладно, идемте, напомним господам огнедышащим правила Академии Диамант де Грин.

Видимо, сказал он это таким тоном и с таким видом, что Лина рядом даже как-то вжала голову в плечи, а студенты вокруг впечатленно заозирались на него.

— Там еще кое-что, — с трудом глотая, проговорил декан, и покосившись на Лину добавил: — Но это не для лишних ушей.

По лицу и голосу декана Гадар понял — дело далеко не только в стычке молодых драконов. Есть вещи куда серьезней и важней.

Он сделал шаг, но Лина робко поинтересовалась:

— А я?

«Ох, малышка, вместо того, чтобы заниматься усмирением драконов, которым приспичило доказывать доминантность, я бы с удовольствием закрылся бы с тобой у себя в кабинете и показал бы такое небо в алмазах, что у тебя неделю ноги колесом были бы. Я бы трахал тебя так сладко, что ласки теней показались бы тебе… тенью», — подумал Гадар, но ей сказал:

— А ты пойдешь в гардеробную и выберешь себе нормальную одежду.

Она как-то обижено на него посмотрела. У… эти пухлые губки… Лина, ну нельзя так…

— А дар? — спросила она.

— Да, он у тебя есть, — согласился Гадар, продлевая последние секунды этого пикантного ощущения и, быстро поискав взглядом в толпе студенток, махнул одной из них. — Фиана! Фиана Форет!

Из потока студентов отделилась миниатюрная девушка в коротком зеленом платье, с отрезом юбки в форме огромных листьев. Пока она резво бежала к ним, золотые (на самом деле золотые) кудряшки весело подпрыгивали.

Она остановилась прямо перед ними и с улыбкой уставилась своими нечеловечески огромными фиолетовыми глазами.

— Лорд ректор, — услужливо поздоровалась она и присела в коротком поклоне.

— Фиана, — сказал Гадар, — проводи нашу новую студентку в гардеробную и помоги ей одеться. Сама видишь, наряд у нее не очень. Фиана Форет фея, очень милая девушка, она поможет тебе, пока меня не будет. Думаю, с такой мелочью вы справитесь без моего контроля.