Воронье сердце. Отбор по принуждению (СИ) - Бородина Мария

Зал делился перегородками на маленькие секции: по размерам и предназначению нарядов. Меня немного расстроило, что лишь две девушки прошли дальше меня по гардеробной, выбирая свой размер, и одной из них была Бруна. Даже то, что я оказалась самой высокой из претенденток не подсластило горечь. Однако, наряды в моей секции оказались весьма недурны. После долгих и безуспешных попыток понять, в чем я буду смотреться эпатажнее, взгляд упал на строгое, почти монашеское платье цвета крепкого чая с двойным рядом пуговиц на груди и воротником под горло. Так и не отлип. Пришлось сдернуть это чудо швейной мысли с вешалки и забрать с собой: авось, пригодится.

Секция с кожаными брюками разместилась у самого окна. Мало кого из претенденток она заинтересовала, и это, безусловно, радовало. Я подбиралась к ней с особым предвкушением, но, сама того не осознавая, прошла мимо.

Не знаю, что отвлекло меня. Возможно, какое-то странное предчувствие, которому я не смогла дать название. Просто в один миг сердце заколотилось чаще, а воздух показался разреженным и липким. Меня словно за крючок потянули! Да так, что я, как зачарованная, рванула к окну у вешалок, уселась на подоконник и прилипла к стеклу.

На заднем дворе, под навесом хищных древесных лап, Рэм разжигал свои намино. Все тот же: разве что, костюм поменял цвет с черного на темно-зеленый. Улыбка сама родилась на моих губах, когда он ловко отвел руку в сторону, раскручивая цепь. Огненные шары завертелись над головой Рэма, раскидывая по воздуху искры.

Намино вертелись, качались, описывали в воздухе круги и размашистые линии. А Рэм стоял, словно солдатик, отлитый из металла: недвижимо, непоколебимо, смело. Даже когда Рэм выкинул руку вперед, и мощная цепь с огненными шарами полетела в манекена на пружине, сбив его навзничь, он оставался спокойным. Он словно чувствовал себя королем. Нет — кем-то выше короля.

Закончив упражняться, Рэм задрал голову в небо. Меня едва не откинуло на пол, и я едва удержалась на подоконнике. И тут же поймала его взгляд: на этот раз серьезный и вдумчивый.

Заметил! Что же делать?!

Рэм изучал меня долго и внимательно. Так смотрят на писанный образ Богини. И я глаз отвести не могла: будто я и есть та самая Богиня, нарисованная красками на каменной дощечке. Да и как отвернешься, если от этого взгляда перехватывает дыхание?! Даже стрелу в него выпустить захотелось: лишь бы не чувствовать себя зависимой.

А потом Рэм поднял ладонь и помахал мне. И я почти нарисовала в воображении его улыбку под толстой тканью наххара.

И помахала ему в ответ.

Глава 12

Слух тут же полоснул надменный смешок. Звук пронесся над плечом, как стрела, сорвавшаяся с тетивы, и ударился о стекло, рассыпавшись вдребезги. От неожиданности я соскользнула с подоконника. Вовремя сообразив, что падаю, собрала тело в кучку и ловко приземлилась кому-то на ногу.

— Ой, — лениво уронил кто-то.

Подняла голову и поймала взглядом изящный подбородок Шанти. Она, как и я, зачарованно таращилась на Рэма и махала ему рукой. Не прекратила даже тогда, когда я отдавила ей ногу!

— Поосторожнее, ибреса, — лишь недовольно прогундосила она и снова прилипла к стеклу.

А у меня аж дыхание перехватило. И обида под ложечкой заскреблась, как голодный котенок. Так значит, не на меня он смотрел, а на фарфороликую всея отбора?! И не мне так трогательно махал?! А я-то, наивная, даже в ответ руку подняла… Невозможно придумать более глупую и неловкую ситуацию! И Шанти — тоже хороша: даже не воспринимает меня. И головы ведь не повернула в мою сторону!

Впору раскраснеться и стушеваться. И весь остаток дня прятаться по темным углам от косых взглядов. Ведь, наверняка, они оба сейчас мысленно надо мной посмеиваются. Или — что еще хуже — жалеют. И непременно обсудят меня при встрече.

Стоп, Лира. Почему тебя вдруг так задела взаимная симпатия Шанти и королевского оружейника? И то, что они о тебе могут подумать? Я выпрямилась и гордо расправила плечи. Да не дождутся! Нужно поскорее выкинуть это из головы: вот и все.

Мысль о маленьком позоре послушно оставила меня почти сразу Было бы из-за чего огорчаться: я здесь, в конце концов, не жениха ищу. Но реальность словно подернулась прозрачным тюлем. Лица претенденток, светлые стены, наряды на вешалках — все проносилось мимо, не оставляя в памяти и отпечатка. Неожиданно я обнаружила себя разглядывающей шелковое платье изумрудного цвета с золотой вышивкой по краю отложного воротника. Столь же неожиданно забрала его с собой. Я бездумно срывала с вешалок наряды, не разглядывая, и чуть не забыла о необходимом костюме из облегченной кожи. Его взяла последним.

Другие претендентки, кажется, совсем не озаботились удобством нарядов. Кто-то отбирал платья по цвету, кто-то намеренно хватал одеяния подороже. Оливия собирала исключительно скромные черные и темно-серые платья в пол. Роттильда напротив: брала все белое, несмотря на то, что этот цвет ей категорически не шел. Шанти предпочитала богатые, но не слишком вычурные наряды ярких цветов: малинового, насыщенно-синего, ярко-голубого. А Бруне, судя по всему, импонировал сдержанный и благородный бордовый цвет, хотя, кремово-белую блузу и брюки спортивного кроя она тоже захватила.

— А теперь, — возвестила Хельга, когда все девушки определились с выбором, и визиоллы перестали энергично кружиться над нами, — вы можете переодеться в своих покоях и до обеда погулять по дворцу, площади и саду. После обеда придворные цирюльницы помогут вам с прической и макияжем, и вас будут ждать сразу два испытания! Не бойтесь заблудиться: три щелчка пальцами, и визиоллы тут же укажут вам путь в ваши спальни!

— А вы не боитесь, что мы дел во дворце наворотим? — высказалась я. — Купель, например, перевернем, погреб опустошим, дорожки ковровые затопчем, герб королевский в металлолом сдадим?

— Дикаркам не место в королевском дворце, — спокойно отреагировала Хельга, и хищный оскал снова проснулся на ее губах. — Непотребное поведение и нанесение вреда королевскому имуществу карается выбыванием из отбора. Поведение будущей королевы должно быть королевским! Не забывайте, что ваши визиоллы следят за вами.

— Ой, напугали, — буркнула я себе под нос, но острый слух помощницы ее не подвел.

— Рискнешь проверить? — Хельга снова ухмыльнулась. — Пожалуйста. Но не сетуй потом, что выбыла слишком рано.

«Постарайся продержаться как можно дольше», — всплыло в голове. Следом в памяти воскрес восхищенный взгляд Рэма. И пусть он смотрел не на меня — пусть

— но ради одного такого взора можно…

Я хлопнула себя по лбу. Прекрати, Лира Крэтчен! У тебя просто кровь закипела на королевского оружейника, это часто случается у молоденьких девушек. И немудрено: парень статный, талантливый и, наверняка, красивый. Ничего больше. И ничего страшного. Главное поскорее о нем забыть.

В комнату пришлось тащиться обходными путями. Моя визиолла заплутала в коридорах и долго висела под потолком в тупике, пытаясь пробиться сквозь стену в заданном направлении. Пришлось отлавливать стражника и просить его сбить ее и выпустить снова.

Подходя к спальне, я снова предалась мечтам, как искусно наваляю своей соседке за буйный храп и свою головную боль. Но внутри, увы, снова никого не оказалось. Лишь на кровати лежали в ряд пять почти одинаковых платьев маленького размера в неброских тонах: от серебристо-голубого до землисто-зеленого. Как ни напрягала я память, так и не сумела вспомнить, кто брал такие наряды. Лишь одно заставило меня расслабиться: это точно не Роттильда.

Спустя десять минут, я уже шла по дворцовому саду в строгом коричневом платье. Даже деревья и растения в королевском саду казались совсем иными: сильнее и мощнее, чем за оградой. Шиповник буйно цвел почти настоящими розами, неведомые цветы на клумбах гнулись под тяжестью венчиков, а на яблонях завязывались гигантские плоды.

Эстер не заставила себя долго ждать: она спустилась ко мне, едва я повернула по мощеной дорожке к раскидистым плодовым деревьям. В ее клюве мелькнуло что-то белое. Я с сомнением покосилась на визиоллу, что летела за мной по пятам и фиксировала каждый шаг, потом — на роскошные густые кроны. Пожалуй, получится.