Елена Ковалевская - Записки средневековой домохозяйки

Ознакомительный фрагмент

— Миледи, вы будете принимать ванну? — вывел меня из задумчивости голос девушки.

Я оглянулась. Та стояла, сложив руки перед собой, и внимательно смотрела на меня, но не в упор, а искоса, словно бы опасаясь.

— А сколько у меня времени? Я не опоздаю? Думаю, герцогу не понравится, если я вовремя не появлюсь…

— Миледи, позвольте? — в ее голосе послышался вопрос. Я кивнула. — Опаздывать ни в коем случае нельзя. Если вы задержитесь, вас не пустят в столовую. Это распоряжение касается всех присутствующих в доме.

— Меган, тогда подскажи мне, как лучше поступить?

— Если вы выбрали платье еще вечера, то вам хватит времени на принятие ванны, а если будете думать над нарядом… — робко начала девушка.

— Думаю, тебе сообщили, что у меня с собой нет ни платьев, и прочего багажа, — уведомила я ее.

Меган мгновенно присела в книксене.

— Простите меня, миледи, — в ее голосе послышалось смятение. — Я думала вы знаете…

И метнувшись к большому шкафу, распахнула дверцы: там висели пышные белые юбки, под которыми стояли громоздкие коробки. Девушка поспешно начала вытаскивать их одну за другой.

И вот спустя несколько минут, на кровати были разложены восемь пышных белых юбок, пара корсетов и четыре разных по цвету платья. А Меган все извлекала из шкафа: чулки, панталоны, сорочки…

— Стой, стой! Остановись! — поспешила воскликнуть я. — Что это? И чье это?!

— Это… — девушка спуталась. — В этой комнате останавливаются гостьи. И когда их наряд испорчен или пострадал из-за непогоды, они переодеваются…

— То есть это кто-то носил до меня?

— Нет… Да… — девушка окончательно смешалась. — Когда была жива миледи… супруга герцога Коненталя, она приказала держать эту комнату специально. Она очень любила принимать гостей, но так же любила пикники, а на них всякое случалось. Я понимаю, что все вещи давно вышли из моды… — и замолчала.

— Я надену свои, — отрезала я.

Я понимала, что нужно приспосабливаться, но… Напяливать все вот это?! Затягиваться в корсет?! От этого увольте!

Однажды я повелась и купила на новый год блузку с корсетными вставками. По началу она показалась мне удобной, но вечер шел, все ели и пили… Под конец я прокляла, что решила ее надеть на вечер, где нужно было кушать! Я надела ее всего один раз, а потом она так и осталась валяться в шкафу. А теперь мне предлагали для завтрака затянуть корсет, и не относительно удобный, с пластиковыми вставками, а настоящее изделие пыток! К тому же единственным связующим звеном с моим миром оставались мои вещи, мой внешний вид. И теперь вот так, отбросить все разом я не могла.

— Миледи?!

— Его светлость все поймет, — твердо ответила я.

Меган не посмела возразить.

Девушка молча подала мои вещи и принялась убирать обратно в шкаф все что достала, а я начала переодеваться.

Девушка еще раз предложила мне свои услуги, когда я начала причесываться, но и здесь я отказалась. Какой смысл мне причесываться изыскано? Я не хотела походить на женщин этого мира, не потому, что я была такой упрямой. Вовсе нет…

На самом деле я считала, чтобы лучше адаптироваться в мире — нужно как можно больше походить на его жителей. Такую истину я вынесла из многочисленных книг. И пусть они были фентезийными и фанатстическими, однако их авторы на полном серьезе моделировали ситуации, пытались прочувствовать их. Помню, читала Роберта Асприна с его 'мошенниками и разведчиками времени', там это так красочно было описано!.. И теперь… Да я просто-напросто боялась, что понравлюсь Кларенсу в новом виде, что он передумает и не отправит в усадьбу, а оставит при себе, сделает постельной утехой! Вот чего я опасалась! И поэтому я с таким упорством цеплялась за прежний облик, так отличающийся от принятого здесь эталона красоты. Я и волосы специально прибрала так, чтобы казаться как можно менее привлекательной! Еще вчера на портретах дам, украшающих стены, я рассмотрела на головах сложные и объемные прически с открытым лбом. И теперь в противоположность им, собрала волосы в низкий хвост, прилизав их так, чтоб ни единой волосинки не выбивалось, а на глаза отпустила низкую челку, а еще на всякий случай сняла серьги, чтобы не подчеркивать шею. Блузку не стала заправлять под юбку, а выпустила ее поверх, на плечи накинула шаль и вот таким чучелом решила спуститься вниз. А что? Одежда мешковатая, прическа зализанная — то есть мышь серая обыкновенная при полном параде. Да по сравнению со мной Меган в одежде служанки казалась красавицей и верхом изящества…

В общем, я выглядела так, как требовалось на данный момент.

Меган повела меня в столовую. Я шла следом за ней и по пути рассматривала обстановку в особняке. Кругом было красиво, величественно и, на мой взгляд, чересчур помпезно. В отделке помещений в основном преобладали темные тона: бордовый, пурпурный, коричневый, фиолетовый; и золото, золото, золото. Позолота кругом: на рамах картин, расшитые золотыми нитями бордовые бархатные портьеры, тисненные золотом темно-лиловые обои, вензеля на дверях, лепнина на потолке, люстры, вазы, перила… И все это в своей массе подавляло, заставляло чувствовать себя мелкой и ничтожной, по сравнению с окружающим великолепием. Я конечно же старалась не показывать вида, но тем не менее обстановка угнетала меня, заставляя сгибаться перед грядущими трудностями.

Но вот, пройдя длинными коридорами и последовавшей за ними небольшой анфиладой комнат, мы оказалась в гостиной перед закрытыми дверями, которые вели в столовую. Меган тут же сделав книксен, удалилась, а я осталась стоять в одиночестве. Впрочем, одна я прибывала недолго.

Вскоре раздались гулкие шаги, и в комнату стремительно вошел Кларенс. Его каштановые, переливающиеся медью на утреннем солнце волосы были небрежно убраны в недлинный, завитый на конце хвост. Он был облачен в темно-синий парчовый камзол, расшитый серебряным узором по полам, из рукавов с большими манжетами выглядывали пышные кружевные рукава тончайшей белоснежной рубашки. Под камзол был поддет длиннополый жилет, с серебряными с крупными жемчужинами пуговицами. На ногах у него вместо привычных моему глазу брюк, оказались плотно охватывающие бриджи, длинной до колена. В голове тут же всплыло старинное слово — кюлоты — из-под них шли белоснежные шелковые чулки, а все это довершали старомодные туфли на небольшом плоском каблуке и с массивными пряжками на носах.

Заметив, что стою у окна, Кларенс окинул меня внимательным взглядом, словно впервые увидел, а потом презрительно скривил губы.

— Да уж, не ожидал, что вы такая… бледная! Вчера я еще понадеялся, что мне показалось, однако теперь явственно вижу — не ошибся. Сегодня в своем наряде вы еще отвратительнее, чем вчера.