Полёт совиного пёрышка - Арина Предгорная

– Ты сама спросила!

Ох. Я не просто спросила, я не остановила провокационное движение его руки! Я поднялась с низенького мягкого диванчика, на котором сидеть удобнее всего было вот так, в обнимку, и подбежала к краю террасы, за которым начиналось море. Мягко шелестели волны, слышимые и с такого расстояния, а вот запаха водорослей я не чувствовала совершенно. У вечера был аромат цветов, зелени и терпкого горячего чая. Слишком приятный вечер, его не хотелось обрывать. Райдер подошел следом, мягко привлёк меня к себе.

– Я же обещал вести себя пристойно, – напомнил он мне в волосы. – Стараюсь как могу. Не бойся, Дэри.

– Я не боюсь, я…

Райдер переместил свои руки, накрыл мои, прижатые к груди, неожиданно повёл свои ладони ещё выше, к горлу, и приостановил чуть выше линии декольте.

– Рэй, что ты делаешь?

Он развернул меня лицом к себе, снова с улыбкой, но в этот раз в его взгляде читалось любопытство.

– Ты ведь тоже маг, Гердерия? Так? – весьма уверенно произнёс он, снова касаясь ладонью участка оголённой кожи над вырезом платья.

Только исследовательский жест, ничего более. А я вдруг смутилась его вопроса сильнее, чем неприкрытого желания, которым несколько раз так и полыхали его глаза.

– Да какой из меня маг, – пробормотала я и убрала его ладонь, большую и горячую.

– Этого я так и не могу понять. Не чувствую так хорошо, – продолжал Райдер задумчиво. – Ты не развивала свой дар? Не хочешь им пользоваться?

Ох.

Я совсем забыла, что люди с магией могут чувствовать себе подобных. Исключая непробудившихся или уснувших, как я. Но те, в ком искра горела ярко, легко распознавали таких же.

– Почему ты только теперь меня об этом спросил? – неловко улыбнулась я. – Я бы хотела своей силой пользоваться, Рэй. Но не могу: я её потеряла, она уснула и вытащить обратно не удалось.

– Спросил, потому что до этого почти не ощущал тебя как носительницу магии. Потом не был уверен. Потом увидел, как ты используешь уникальные порталы. Но что-то… Что-то неправильное чувствую, – с той же задумчивостью, такой непривычной на вечно улыбчивом лице, протянул Рэй. – Ты сказала: дар уснул? Как это случилось? Расскажи.

Глава 27.3

Я смотрела на него, не зная, с чего лучше начать. Не видела ничего опасного и ужасного в том, чтобы поделиться с человеком, неравнодушным к моей судьбе. Поделиться хоть частью своих переживаний, положа руку на сердце, хотелось. И всё же слова следовало подбирать осторожно: будить лишнее любопытство было ни к чему.

Я только на минутку отвернулась к морю: вид пробегающих белых барашков по гребням волн успокаивал. Вернулась на диванчик и устроилась на нём, подтянув коленки к груди, тщательно расправила складки платья. Рэй не торопил, сделавшись непривычно серьёзным: я никак не могла привыкнуть к такому выражению его лица.

– Я потеряла родителей. – Чуть было не добавив: они ушли один за другим, в один день, но вовремя спохватилась. – Их смерть была… трагической, потрясла до глубины души.

Я смотрела перед собой и как наяву видела ревущую стену пламени, фигуру отца, шагнувшего в невыносимый жар с ровной спиной… Скрюченную фигурку матери на холодном грязном полу небольшой клетушки-камеры. Вдох, выдох. И вздрогнула, когда на плечи опустились горячие ладони: Райдер присел рядом и мягко привлёк к себе.

– Как бы иронично и издевательски это ни звучало, но я – потомственный маг. Должна была быть им. Оба моих родителя были с магией, кое-что умел дед со стороны матери, в роду отца почти в каждом поколении проявлялась сила; ждали и у меня. Дар просыпался во мне медленно. Кое-каким азам меня учили дома; позже базовые знания, больше теории, совсем чуть-чуть практики, я получила в пансионе.

Я не удержала улыбки, вспомнив о невинных шалостях. Не очень-то благородным девицам дозволялось применять бытовые и прочие заклинания, пока дар не раскрылся весь, не вошёл в полную силу. Но разве мы слушали?

– Может, я сама в тот период не так сильно дорожила искрой, как должна была. Может, следовало больше тренироваться, больше времени уделять теории, практиковаться усерднее. Я же не сомневалась, что магия рано или поздно расцветёт, и просто ждала.

– Не кори себя, – сказал Райдер, терпеливо пережидавший паузы в рассказе. – Вот у меня всё произошло резко и стремительно, теории не было вообще, сразу перешёл к практике. Вслепую, наобум, с ошибками, промахами, а порой и угрозой жизни и имуществу окружающим. И я о себе ничего не знал, дар оказался сюрпризом из сюрпризов… Как это случилось потом?

– Потом наступили каникулы. Это был седьмой год обучения, я, как обычно, поехала домой навестить родителей. А они…

– Тебе не сообщили об их смерти? – нахмурился Рэй, медленно подбирая слова.

– Всё случилось, когда я приехала. Весь мой мир перевернулся с ног на голову. – Я повернула голову, подняла глаза на Райдера, прикидывая, как донести весь ужас, отчаяние и беспомощность до человека, у которого никогда не было семьи, любви и поддержки близких. И решила, что не нужно. Он поймёт и без слов. – Я едва успела их оплакать… то есть толком не успела. И очень быстро начались трудности. Я осталась без своего дома, без денег. То есть у меня была небольшая сумма, но об отцовском наследстве пришлось сразу забыть.

– Почему? – быстро спросил Рэй, а я мысленно помянула рроха.

– Желающих на него оказалось больше, чем нужно, – как можно более уверенным и спокойным тоном выкрутилась я. – Податься оказалось некуда и не к кому, о возвращении в пансион речи уже не шло, и я пыталась жить самостоятельно. Уехала из родных мест, нашла кое-какую подходящую для себя работу…

– Сколько тебе тогда было? – Рэй мягко погладил меня по волосам.

– Шестнадцать,