Александр Бромов - Начало пути

— Почему? — тоже подаваясь к герцогу, тихо спросил Сэмюель.

— Потому что это сюрприз. В зале выключат свет на некоторое время, и все будут целоваться.

— А если кто-нибудь не захочет? — мальчик покосился на Таамира.

Поня-атно. Тварь хвостатая! Ты до чего ребенка довел? До самоубийства?

— Тогда ты прячешься под стол, — сделав большие глаза, ответил Санти.

— Зачем? — изумился подросток и опасливо скосил глаза вниз.

— А затем, что под столом целоваться не солидно, — Его Светлость выпрямился, сделал значительное лицо и важно кивнул головой.

Мальчик улыбнулся, и на его щеках появились очаровательные ямочки. Руки начали потихоньку теплеть. И Сантилли стал вливать в него жизненную силу. По капле. Незаметно. Боясь испугать и навредить.

— Ты пирожные любишь?

— Я же не девчонка, — смешливо фыркнул подросток, но увидев стоящую на столе вазу, передумал, — если только немного.

— Тебе какое? — ашурт взял тарелку пажа и потянулся к сладостям.

Сэмюель неуверенно показал на ближайшее. Санти, перебирая в воздухе пальцами, добавил к выбранному бисквиту товарищей.

— Я подумал, что ему одному будет скучно лежать в полном одиночестве, и решил, что компания еще никому не помешала. Тем более такая сладкая. Держи.

Снова эти ямочки, только теперь глубже, потому что улыбка больше. Давай, герцог, чем его еще можно удивить?

— Я столько не съем, — мальчик высвободил одну руку и осторожно поставил тарелку на стол.

— Ерунда, Тоньес, — демон кивнул на мужа сестры, — сказал, что после танцев все утрясется и на освободившееся место можно будет затолкать десерт.

— Если не войдет, ты нас попроси, мы сверху попрыгаем и утрамбуем, — тут же предложил свои услуги отзывчивый граф Тальшу, — Видишь, какая у меня жена стройная? А сладкого съела на-амного больше тебя.

— Мама говорила, что от сладкого портятся зубы, — возразил вернувшийся.

Демонесса очаровательно улыбнулась, блеснув полным набором белоснежных зубов, повела плечиком и положила в рот очередной кусочек пирожного.

— Жени, ты не объешься? — с наигранным участием поинтересовался брат, не забыв подмигнуть Сэмюелю, прикусившему от смеха губу. Эджен презрительно фыркнула:

— У нас только волшебники объедаются. Маярт, неужели нет никаких заклинаний от обжорства?

— Есть, — согласился развалившийся на стуле маг, лениво потягивая вино.

— А поделиться с собратьями по несчастью? — жалобно проговорил Тоньес, умоляюще глядя на ийет.

Маярт скептически оглядел мощный торс демона.

— У тебя собственный рецепт счастья. Вот только на тебе втроем прыгать придется.

За столом все покатились от смеха. Усмехнулся даже Таамир.

— Вы волшебник? — Сэмюель, забыв о смущении, воспитании и манерах, открыв рот, смотрел на Маярта.

— Не слушай демонов, юноша, — поморщился маг, — какой из меня волшебник?

— Не слушай волшебников, мальчик, — немедленно отреагировал Санти, — они такого наговорят, а потом раз… — он сделал театральную паузу, широко открыв глаза, — и съедят все сладкое. А у меня повар такой десерт приготовил, пальчики оближешь.

Его Светлость поднес ко рту пальцы, сложенные щепотью, поцеловал их и резко разжал, показывая, что их ждет.

— Маярт, — демонесса, подумав, решила все-таки воспользоваться услугами мага, — где твое заклинание?

— Вы все шутите, — улыбнулся Сэмюель, — Никакие вы не демоны и не волшебники. Просто люди.

— Они тоже? — Санти глазами показал на драконов.

— Не знаю, — мальчик пожал плечами, — все говорят — драконы, а никто их не видел.

Сантилли удивленно воззрился на Ин Чу.

— Как так? Вы есть, а драконов нет? А что это такое вчера у нас тут летало и плевалось огнем. Правда, все мимо.

— Кто это у нас мазила? — включился в игру Эдингер, — Ваше Величество, неужели Вы имели несчастье промахнуться?

У пажа округлились глаза. Это король? Его мучитель король? Когда советник назвал Таамира повелителем, Сэмюель машинально решил, что это обычное обращение вассала к своему господину, не более. Санти вовремя увидел застывшую муку на лице мальчика и поспешил отвлечь его на себя. Два идиота, он и Эдингер. Нашли о ком говорить! Но на помощь, как ни странно, пришел сам Таамир.

— Подумаешь, немного промахнулся. Не рассчитал скорость на вираже. Можно подумать, ты всегда такой лихой снайпер, — дракон снисходительно оглядел герцога, — Положи мне по дружбе тоже пирожных, хочу узнать, так ли на самом деле хорош твой повар, как ты его хвалишь.

— Не надо! — воскликнула Эджен, — Так вы меня совсем без сладкого оставите! Буду голодной и злой. А в гневе я непредсказуема.

И демонесса решительно переставила вазу с бисквитами к себе.

Сантилли незаметно перевел дух. Надо же, не думал, что придется говорить Таамиру спасибо.

— Ты вино пьешь? — обратился он к Сэмюелю, — Если нет, то можно развести водой, и получится сок.

— Мне еще рано, — ответил тот и виновато улыбнулся.

— Некоторые считают, что в этом возрасте уже поздно, — пожала плечами демонесса и многозначительно посмотрела на брата.

— Боги, да сколько можно перемывать косточки моему многострадальному детству? — Санти страдальчески поднял глаза к потолку, но помощи от него не дождался. Как всегда.

— А что не так с твоим детством? — иронично поинтересовался Таамир, решивший, что играть в молчанку ему надоело, и чуть не прикусил себе язык, вспомнив, что он сам, своими руками лишил ашурта этого самого детства. Так же, как и Сэмюеля. Вот дьявол! "Неужели я такая дрянь?" — растерянно подумал дракон и уставился в пустую тарелку, пытаясь вспомнить хоть что-то себе в оправдание. Получилось не густо. Это как-то совсем не утешало. Скорее наоборот. В его голову пришла непрошеная мысль: "У меня не было детства и друзей, и поэтому я лишил этого всех, кого встретил". Стало несколько неуютно.

— Что я там еще натворил, о чем мы еще не говорили? — обреченно поинтересовался герцог, снова переключая внимание пажа на себя. А Таамир пусть задумается, ему полезно думать, особенно в последнее время.

— С чего бы начать? — Эджен вопросительно оглядела всех по очереди.

— А помните картину на стене? — спросил Тоньес, подаваясь вперед.

— Это когда у меня чуть сердечный приступ не случился? — демонесса, вспоминая, наморщила гладкий лоб.

Рашид сразу подобрался, вспомнив историю с котом и приемом.

— Только не это! — горячо воскликнул Сантилли и отчаянно замотал головой.

— Тебя послушать, так ни о чем говорить не надо, — усмехнулся молчавший до сих пор Шали, — Эту байку надо взрослым на ночь рассказывать. Кошмары на все сто обеспечены.