Тень и искры - Дженнифер Ли Арментроут

когда я использовала свой дар, но только по-другому и сильнее. Ощущение было опьяняющим, новым и…

Пугающим. Оно казалось слишком теплым, слишком настоящим и желанным. И мне нельзя было этого хотеть. Я могла желать эти моменты жизни и простого существования, но я не заслужила их. Я не могла позволить себе быть желанной – многое зависело от того, исполню ли я свой долг. То, что я должна сделать, важнее меня. Важнее Эша.

Даже если он носил на коже напоминание о множестве потерянных жизней.

Я открыла глаза, и в висках возникла слабая ноющая боль. Мой взгляд упал на его руку, слегка сжимающую плед. Я медленно пробежала кончиками пальцев по его руке, по жилам и крепким костям.

Что-то зашевелилось и поползло по кушетке через мои укрытые ноги. Мои пальцы застыли. Я повернула голову и вытаращила глаза. Рядом с моими ногами свернулась клубочком Джадис.

Я моргнула раз, другой, но дракенка по-прежнему лежала там, аккуратным маленьким клубочком с крепко прижатыми к телу крыльями.

– Это еще что такое? – прошептала я.

– Она здесь уже довольно долго, – тихо ответили мне.

Я потрясенно перевела взгляд к перилам балкона. Увиденное заставило меня усомниться, что я проснулась.

На перилах сидел на корточках Нектас, босой и без рубашки. Хотя перила казались слишком узкими, он будто нисколько не боялся свалиться и разбиться насмерть.

Как он там оказался? Судя по тому, где он сидел, вряд ли пришел из замка.

– И я тоже здесь довольно долго, – добавил он негромко. Я подняла брови. – Я искал дочь. Решил, что она где-то с ним. Но не ожидал найти с ним тебя.

Я не могла ничего ответить.

Он склонил набок голову, и темные с рыжиной пряди упали ему на плечо. Жуткие и прекрасные алые глаза посмотрели мимо меня.

– Я никогда не видел, чтобы он спал так крепко. Даже когда он был младенцем. Его мог разбудить самый тихий звук.

Я изумилась. Рука Эша под моей оставалась расслабленной и неподвижной.

– Ты знал его тогда? – спросила я, не в силах представить Эша младенцем.

– Я знал его родителей. Называл их друзьями, и так же называю Эша, – ответил он и выпрямил шею. Его взгляд поймал мой и удержал. – Думаю, и тебя тоже я буду звать другом.

Я наверняка спала.

– Почему?

– Потому что ты дала ему покой.

* * *

Эш проснулся вскоре после того, как дракен спрыгнул с перил на землю. Как взрослая, я притворилась, что сплю, когда Эш вытащил из-под меня руку и сел надо мной. Кончики его пальцев коснулись моей щеки, убирая выбившиеся пряди волос, и мое сердце учащенно забилось. А потом остановилось, когда я ощутила холодное прикосновение его губ к моему виску.

Это было так мило.

Я не хотела, чтобы он был милым.

Не хотела, чтобы Нектас называл меня своим другом.

Не хотела давать Эшу покой.

– Льесса. – После сна его голос прозвучал хрипловато. – Если ты продолжишь притворяться, что спишь, Джадис начнет кусать тебя за пальцы ног.

Я резко открыла глаза.

– Ой!

Он рассмеялся, и его холодное дыхание затанцевало на моей щеке.

– Мне жаль тревожить твой притворный сон.

– Я не притворялась.

Я взглянула на него – в расплавленном серебре его глаз появилась… мягкость. В моей груди что-то глупо подскочило.

– Лгунья, – поддразнил он. – Мне нужно готовиться к предстоящему дню.

Он сказал это неохотно. Неужели он предпочел бы остаться здесь?

– Сегодня утром я опять принимаю просителей, и мне кажется, тебе это не понравится, – продолжал он, а Джадис тем временем вытянулась у моих ног. – Тебе туда нельзя.

Он прав. Я открыла рот.

– Ты еще не была официально представлена как моя супруга, – сказал он прежде, чем я заговорила. – До тех пор это слишком большой риск.

– Ты ожидаешь, что я буду сидеть взаперти в своих покоях?..

– Не взаперти в своих покоях, – перебил он. – Просто оставайся в своей комнате, пока я не управлюсь. Тебя не придется долго скрывать, льесса.

Скрывать.

Я постаралась подавить досаду. Я должна согласиться. Облегчить ему жизнь. Но я терпеть не могла, когда меня скрывают.

– А что потом? Ты пойдешь к Столпам? Или еще чем-то займешься? А меня опять придется скрывать?

Эш застыл надо мной.

– Или мне можно выходить из комнаты под присмотром кого-нибудь из твоих доверенных гвардейцев?

Он переместился и сел с другого бока от меня, поставив ноги на каменный пол. Джадис подняла голову и зевнула.

– Я знаю, что соглашение не идеальное, – сказал он.

– Ты имеешь в виду, что это соглашение долго не продержится.

Дракенка перелезла через мои ноги и потянулась, поднимая тонкие крылышки.

– Когда я стану твоей супругой, риски никуда не денутся.

– Тогда риск будет меньше.

– А если нет? Если Первозданный попытается надавить на тебя, используя меня?

Он оглянулся на меня через плечо.

– Тогда мы пересмотрим соглашение.

– Нет. – Я села, удерживая его взгляд. Он поднял брови. – Меня скрывали большую часть моей жизни. Знаю, что сейчас мне лучше затаиться, но вечно это продолжаться не может. Ты решил исполнить сделку, потому что в царстве смертных для меня стало небезопасно. Но если я и здесь не в безопасности, то какой смысл мне тут находиться, Эш?

За его зрачками вспыхнуло белое сияние.

– Здесь тебе безопаснее. А там, в царстве смертных? Любой бог мог тебя найти. Теперь, когда разнеслись вести, что я взял смертную супругу, в царстве смертных у тебя не будет никакой защиты. И дело даже не в этом, а в том, что однажды ты вошла бы в еще один опасный дом, не убедившись, что в нем никого нет.

Я прищурилась, ощущая жар раздражения.

– Я могу себя защитить.

– Этого будет недостаточно, – заявил он.

– И что? Тогда я умру.

Его глаза вспыхнули.

– Сера, неужели ты совершенно не ценишь свою жизнь?

– Я этого не говорю. – Я почесала Джадис под подбородком, и она привалилась к моему боку.

– Тогда что же ты говоришь?

Что я говорила? Я смотрела, как Джадис закрыла глаза и задрала голову.

– Не знаю.

– В самом деле?

Я поджала губы.

– Просто… моя смерть неизбежна…

– Ты смертная, Сера. Но большинство смертных не ведут себя так, будто их жизнь уже потеряна.

Но моя потеряна.

Она была потеряна еще до моего рождения.

* * *

Когда я расставалась с Эшем и Джадис, вцепившейся в его широкое плечо, между нами висело напряжение. Вряд ли оно было связано с тем, что я не хотела оставаться в своей комнате, а скорее с тем, что не