Ловушка для химеры (СИ) - Матуш Татьяна

- Ацетаминофен не поможет... вообще, обезболивающие не помогут, даже те, которые применяют при фантомных болях, потому что тут - другое. Пытаться выполнить приказ - но как бы в шутку... честно - не советую. Нельзя бесконечно "играть" в самоубийство, потому что в какой-то момент Алете покажется, что это - нормальный выход из ситуации... Медицинская кома. Полное отсутствие внешних раздражителей. И - искать триггер, без него она - труп в течение месяца - двух. Дольше этого не выдержит никто... я вообще поражаюсь, как она до сегодняшнего дня дотянула. Потрясающая женщина! Колоссальная воля, абсолютное бесстрашие. И ядовита, как королевская кобра!

- Больше ничего сделать нельзя?

- Боюсь, что нет. Все, что мы будем делать, может спровоцировать очередной приступ - и мы ее потеряем.

Он вышвырнул окурок в окно, повернулся.

- С нужной клиникой... могу помочь.

- Спасибо, - кивнул Обжора, - супруг Алеты очень влиятельный политический деятель, у него есть нужные связи.

- Да понял я, что она - женщина не простая, это с порога видно, - Руслан передернул плечами, - ты из его СБ, я угадал? Вас, телохранителей, ни с кем не спутаешь, вместо глаз - прицелы... Пойдете за шкурой суки - позвони. Я могу быть полезен.

Он еще раз протянул руку, кивнул Лене и вышел, даже не одев куртку, просто прихватив ее с собой. Через несколько минут во дворе, под окнами, заурчал движок мощного джипа.

- Первый раз Руслана таким вижу, - удивилась Лена, - обычно ему на клиентов наплевать. Нет, он сделает все, что может и даже чуть-чуть сверху, но переживать не будет ни мгновения.

- Эффект Алеты, - пожал плечами Шаари. Он-то как раз ничуть не удивился, - От нее мужчины последние мозги теряют, даже если она, как сейчас, страшнее смерти.  

- А ты?

- А у меня щит. Я ее сопливой девчонкой помню, на меня ее очарование не действует. Ладно... - он с неохотой отделился от подоконника, - кома - значит, кома. Волк и это предусмотрел. Дал нужное зелье, без побочных эффектов. Неделю оно нам подарит. Дальше... видно будет.

Каждое слово давалось ему с огромным трудом. Но он нашел в себе силы ободряюще подмигнуть Лене, перед тем, как закопаться в свою безразмерную сумку.

Ночные совещания в Монтрезе, похоже, входили в моду. Или они и не выходили из нее никогда? На кухне заказали крепкий чай, кофе и... тавальетты. Повар злился, никак не желая идти на поклон к "наглым простолюдинкам", словно околдовавшим господ. Но, оказалось - ни к чему, рецепт на кухне прекрасно знали все, кроме него.

И вот такое подавать Его Императорскому Величеству? Вместо перепелов в вине и нежнейших паштетов? Но милорд был категоричен - вина ни капли, и даже погреб опечатал.

Повару было грустно и стыдно, кухаркам весело и сытно, тавальетт налепили на всех. Луна разделяла точку зрения повара и спряталась за тучи, не желая смотреть на творимые непотребства, а слуги, получив дополнительно по серебряному эру, споро таскали "солдатскую" еду в кабинет господина, а обратно  тарелки и чашки, пустевшие с завидной скоростью.

В кабинете, сдвинув вместе два стола, сидели девять человек... Двое из них, правда, были не совсем людьми, но тут это никого не беспокоило.

- Первым делом Игра, - молодой мужчина... или парень, страшно похожий на Марка, но без его резких складок у губ и над переносицей, со встрепанной гривой темных волос и совершенно мальчишеской улыбкой, взмахнул чашкой, чуть не окатив древнего, но бодрого старичка.

- Полегче, Святой, - буркнул тот, отодвигаясь.

- Не нуди, бессмертный. Если тебя даже огонь не взял, то пара капель Кабри точно не повредит.

- А речь и не обо мне, а о новом камзоле из айешерской шерсти! Кофе не отстирывается.

- Ты, можно подумать, стирал!

- Чего я только не делал за свою долгую жизнь, вам, однодневкам, ни за что не додуматся...

- Что тут думать - не затыкался вовремя!

- Эдер, - мягко одернул его Монтрез, - помилосердствуй. Мы же все горим в нетерпении. С уважаемым агшэром потом доругаетесь, мы хотим знать итоги.

- Ага... Итоги, - записи гению были не нужны, - Сначала решим по молодежи. По правилам тактической игры, одна из пятерок выбывает. И мы с уважаемым агшэром спорим уже второй день - кто это должен быть.

- Отлично детки отыграли, даже Кесара походя сменили, - бессмертный пакостно хихикнул, - во-первых, таким материалом не разбрасываются. Во-вторых... а если кто подберет? Или сами детки решат восстановить справедливость? Мы и "ой" сказать не успеем, как проснемся в Лонгери.

- Лонгери, - мечтательно протянул император, - отличное место, между прочим. Я там в первый раз за несколько лет нормально выспался. Так, я не понял, в чем затык? Если все справились, дать диплом всем.

- Нельзя, - мотнул вихрами бывший Святой, а ныне -  декан Императорского Университета, факультета пространственной магии. Ну и Мастер Игры, заодно. - Дипломов пятнадцать, мест - пятнадцать, мешочков в золотом - пятнадцать. Да и стимул у молодежи должен быть железный. Один раз попустишь - потом не подтянешь.

- Агшэр прав, - подал голос худощавый мужчина, скромно присевший "на углу", - я свою шпану знаю, в должности мелкого городского мага не усидят, пойдут барагозить. Тут одно из двух - либо собирать на торжественный ужин, а там травить и прикапывать... Либо пристраивать к настоящему делу.

- Как эр потратить, - махнул ладонью Монтрез, - двое уже, считай, к делу пристроены - и не куда-нибудь, а на трон Фиоля. Думаю, Священный Кесар и его Кесара без дипломов Школы Старателей как-нибудь переживут. На худой конец, выпишем их с пометкой: "хранить в сейфе, показывать только друг другу". Девочке этой, Верне, среди боевиков тоже делать нечего, я ее в деле видел. Как боевой маг она ничего из себя не представляет, зато целитель - от Неба! Семь человек, под благословением, на своем резерве вытянула. Такой брилиант в бой бросать - ни Боги, ни люди не поймут.

- Насколько я понял, у тебя и по еще одному человеку есть решение? - улыбнулся император.

- По одному?

- Келли Монтрез. Полагаю, вскоре молодая герцогиня станет украшением нашего двора и хозяйкой этого гостеприимного замка.

- Хм... А я как-то раньше не замечала за Рамером Девятым склонности к самоубийству, - в сторону, но довольно громко бросила скуластая брюнетка с ярко-алыми губами, на которых змеилась странная улыбка.

- Марша? - привстал император.

- Отказать в заслуженном дипломе сильнейшей ведьме столетия... по вашему, это здорово продляет и упрощает жизнь? - жрица уже не улыбалась, она почти смеялась.

- Но зачем ей диплом?

- Это уж пусть сама решает. Может на стенку повесить или будущим детям хвастаться, но она его получит. Мне, знаете ли, жизнь пока не приелась, - агшэр нахохлился, став похожим на филина.

- У меня было решение по двоим. - Эшери обвел сидящих за столом внимательным взглядом: император, стратег, он сам и его ближайшие помощники, директор Школы Старателей, верховная жрица храма Змея и господа Мастера. - Вы заметили, что за этим столом нет генерала Райкера?

- Он...

- Он стар и уже четвертый год подряд подает прошение об отставке. Думаю, настало время его удовлетворить. Генерал, конечно, железный человек. Но существует такая штука - усталость металла.

- Если Марк захочет его заменить.

- Не захочет, - коротко отозвался стратег, - я вообще вечерней лошадью отбываю в Замок У Водопада.  

- О чем тогда мы говорим?

- О шевалье Ашанди, - мягко сказал Эшери, - это ученик мэтра Ги Лествиджа, который неделей раньше предотвратил очередной мятеж в Каротте и свел на нет угрозу с Севера. Его репутация безупречна, верность трону не вызывает сомнений. Но, если нужно - я поручусь за него своей головой.

- Вы сватаете его на место Райкера? - Рамер вскинул брови, - помилуйте, Монтрез, он же еще ребенок! Сколько ему лет - двадцать три?