Лора Андерсен - Тина ван Лигалон

— Тише, Тиночка, тише, я тебя уже развязываю! — Строггорн появился в поле ее зрения, и вправду начиная расцеплять крепления.

— Зачем вы меня притащили в операционную? Я на это согласия не давала! — по-прежнему зло заметила она. Строггорн протянул ей халат и она стала быстро одеваться.

— Ты оденься сначала, Тиночка, успокойся, потом поговорим.

— Без Креила! — резко сказала Тина. — Или он уже в курсе? — она намекала на то, что он мог тоже смотреть ее голову, пока она не могла сопротивляться.

— У меня все в порядке с врачебной этикой. Он — ничего не знает! — почти так же резко ответил Строггорн.

Креил вышел из операционной, ничего не сказав. Тина была слишком взвинчена, чтобы у него возникло желание выяснять с ней сейчас отношения. Он пересек операционную, вышел в коридор, а потом из квартиры и позвонил в одну из дверей на площадке. Вообще-то на этаже было всего две квартиры: Аоллы и его собственная, но сейчас сделали отдельный вход для Нару-сан, отделив несколько комнат и оборудовав для длительного проживания няни и ребенка. Креил мог бы воспользоваться внутренним проходом или просто возникнуть в комнате ребенка, но Нару-сан страшно пугалась его неожиданных появлений. И его никак не мог обмануть ее внешне спокойный вид. Хотя Нару-сан прекрасно владела собой, в данном случае это никак не помогало.

Дверь послушно открылась, раздался мелодичный звонок, предупреждавший няню, что кто-то свой вошел в квартиру. Нару-сан тут же появилась в конце коридора, все еще удивляя Креила своей способностью бесшумно ходить. Она вежливо склонила голову и опустила взгляд.

— Здравствуйте, Нару-сан, — сказал Креил, хотя они виделись всего несколько минут назад, когда он отдавал ей ребенка после представления малышки Совету Вардов. — Не смог с вами поговорить раньше. Извините, все время какие-то дела, — говоря это, Креил прошел в гостиную. Нару-сан вежливо следовала за ним и села в кресло только после того, как Креил жестом пригласил ее. — Как вам понравилась квартира? Удобно или нужно что-то переделать?

Сначала Нару-сан вспомнила инструкции, которым ее обучали в школе. Главный пункт гласил: врать Советнику Креилу совершенно бессмысленно. Он все равно будет об этом знать. Но квартира действительно была сделана великолепно. Две спальни, одна для девочки и одна для няни, соединенные раздвижной перегородкой. Отдельно гостиная и комната для игр. В каждой комнате по туалету. Отлично оборудованная кухня, нашпигованная самой современной аппаратурой, на случай, если бы Нару-сан захотела приготовить что-то специфическое. Все предметы были тщательно проверены, чтобы исключить малейшие случайности: никаких острых углов и опасных для ребенка предметов. Кровать ребенка была оборудована аппаратурой, постоянно измеряющей температуру девочки и следящей за ее дыханием. Информация передавалась на аварийный браслет Нару-сан, дублировалась на браслет Креила и поступала напрямую к Стайну, на случай, если люди недоступны. С внешней стены квартира заканчивалась огромной террасой, выйдя на которую в первый раз, Нару-сан не сразу поняла, что это такое. На «террасе» росли небольшие деревья, были разбиты клумбы, проложены дорожки, а в одном из углов был расположен настоящий японский садик.

— Спасибо, Советник. Все очень продуманно. Не представляю, что можно еще изменить.

— Вы получили инструкции от врача? — с самого первого дня к девочке был приставлен личный врач, который должен был отслеживать возможные проблемы длительного общения с Вардами. — Сколько времени мне можно общаться с ребенком?

— Полчаса в день. И столько же вашей жене, — Нару-сан не спросила, почему Креил до сих пор не познакомил ее со своей женой, но он все равно ответил:

— Я не думаю, что моя жена будет заниматься ребенком. Как вам девочка? Есть вопросы? Со всеми проблемами вы можете сразу обращаться ко мне или к врачу.

— У вас замечательная девочка. Очень спокойная. Похожа на вас, — Нару-сан искренне хотела сделать приятное Советнику, который столько беспокоился о ребенке, не интересующем собственную мать.

— Спасибо Нару-сан. Но вы должны знать, Марсела — не мой ребенок, — спокойно сказал Креил, пережидая бурю в мозгу няни, которую вызвали его слова. — Так получилось. Почему я забочусь о девочке? Ее родной отец погиб. Мать… не очень хотела ее появления на свет. В общем, как-то так сложилось. Некому в действительности позаботиться о ребенке. Вам и вправду придется заменить Марселе и отца и мать. Вы же видите, какие у нас ограничения на общение с ней? Сколько времени мой сын может быть с девочкой?

— Не обижайтесь, Советник, врач считает идеально, если мальчик не будет приходить вообще. Вы сможете объяснить это вашему сыну?

— Не смогу. Он никого не слушается. Даже меня. Лион появлялся уже? — спросил Креил и сразу увидел, что появлялся. Его «появления» вызывали у няни панический страх. — Я попробую убедить Лиона не возникать неожиданно в вашей спальне и в детской.

— Советник Креил, я понимаю, что это глупо. Но ваш сын, он как вы?

— Нару-сан, мы не Боги, мы просто не люди. Вам должны были объяснять это на занятиях.

— Боюсь, те, кто мне это объясняли, никогда не видели вашего сына. Иначе, они бы не были так в этом уверены, — медленно сказала Нару-сан.

— Я поговорю с Лионом. Кстати, а что он делает, когда приходит? Берет ребенка на руки?

— Нет. Я ему не разрешаю. Девочка слишком маленькая! — строго сказала Нару-сан.

Но Креил удивился не этому, а тому, что Лион ее слушался!

— Я поговорю с мальчиком, — снова пообещал он, поднимаясь с кресла. Креил прошел в детскую, Марсела крепко спала, посапывая во сне.

— Замечательная девочка, — сказала Нару-сан. — Вы не волнуйтесь, Советник Креил, все будет хорошо.

— Я не волнуюсь, — он посмотрел на няню и улыбнулся, потому что на душе стало тепло, а впереди словно раскрылось будущее на мгновение. — Вы правы, Нару-сан, все должно быть хорошо!

— Так что со мной? — спросила Тина, дождавшись, когда за Креилом закроются створки двери.

— Раздвоение личности. Я так думаю, но нужно еще все хорошо посмотреть. Точнее, понадобится несколько дней, чтобы сказать, — ответил Строггорн.

— Глупости! — резко отреагировала Тина. — Почему ты пришел к такому выводу?

— У тебя до сих пор остались зоны памяти Тины Роджер. Там, в глубине твоей психики, идет постоянная борьба. Но и без этого, есть внешние признаки. Ты не принимаешь ребенка и Креила. И — главное, тебя раздражает собственное тело, настолько, что ты предпочла умереть еще раз, только бы не решать эту дилемму.