Боевая невеста для… Эй, эльф, ты куда? - Элис Айт

Что же ты за воин такой, если боишься встретиться с ослабленной женщиной лицом к лицу?

Я осознавала, что если там кто-то из приспешников Шета, то меня не поймут. Но звуки собственного голоса успокаивали меня саму, а еще должны были предупредить нянюшку, что ей не стоит выдавать свое присутствие, пока я не расправлюсь с врагами.

Еще у меня теплилась слабая надежда, что это кто-то из пришедшего за нами отряда не разобрал в темноте, против кого бьется. Греладская речь могла дать ему понять, что мы союзники. Однако этой надежде было суждено быстро погибнуть.

– Умный воин, – раздался ехидный, до отвращения приторный голос Киры. – Тот, который понимает, что с троллем врукопашную лучше не драться.

– Крысой была, крысой и осталась, – мрачно констатировала я. – Что же ты не с хозяином, а?

Вместо ответа в меня полетел новый предмет. Я вновь увернулась, удачно отбив его обратно. Во время удара артефакт с треском выпустил несколько разрядов молний. Ни одна не попала в меня, но коридор на миг осветила пронзительная белая вспышка, и запахло свежей травой.

С губ сорвалось ругательство. Свет был настолько ярким и неожиданным, что ослепил меня, а от рези в глазах потекли непроизвольные слезы. Теперь я не видела вообще ничего, не говоря уже о движении теней, на которое ориентировалась раньше. Сейчас у меня не получилось бы отбить ни один артефакт, так что Кира могла брать меня тепленькой.

Это пришло в голову и ей. Слуха, слава Богу, артефакт меня не лишил, поэтому я сразу уловила быстро приближающиеся шаги. Давать противнику подобное преимущество было глупо, поэтому я метнулась в обратную сторону.

В комнате надзирателя всё еще горела свеча. Там мы обе будем в равном положении.

Я не добежала совсем немного. В плечо будто ударило камнем. В тот же миг тело окаменело. Выронив сковородку из повисших плетьми рук, я по инерции пролетела еще пару шагов и рухнула на колени.

Накатила паника, дыхание резко участилось. Я пыталась двинуть рукой или ногой – и не могла. Всё застыло в том положении, в котором я упала. Во рту с трудом ворочался язык, губы едва шевелились. Спасибо и на том, что хоть моргать получалось свободно. Приложив огромное усилие, я напрягла пальцы и сумела их согнуть, но от напряжения мгновенно заболела голова.

Фьёрт! Нет, тысяча фьёртов! Полная фьёртовых фьёртов Бездна! Стерва парализовала меня очередным артефактом и возьмет меня не то что тепленькой, а на клятом блюдечке, чтоб ее на лоскуты порвало!

Кира не торопясь обошла меня кругом и встала перед лицом. Зрение уже прояснилось, и мы находились достаточно близко к «сторожке», чтобы получилось различить выражение лица предательницы. Конечно же, она злорадно улыбалась.

Только я заметила и еще кое-что. Киру явно выдернули из постели, одевалась она в спешке и была такой взъерошенной, словно уже подралась по дороге. Наверное, столкнулась с кем-то из атакующих.

Жаль, он ее не прибил.

– Дура ты, Кира, – процедила я – говорить иначе под действием парализующих чар не получалось. – Тебе бы удирать отсюда со всех ног, а ты на меня время тратишь. Неужели месть Эленту за отказ того стоит?

Она хрипло засмеялась.

– Дура ты , как бы там тебя ни звали. Элент подонок, но он здесь ни при чем. Хотя испортить твое смазливое личико напоследок будет приятно. Как тебе мысль о том, что после моей работы над тобой остроухий со всей его нежной любовью к своей невесте даже взглянуть на тебя во время похорон не сможет? Ты так и останешься в его памяти уродиной.

– Шет уже сбежал, – дошло до меня. – Забрал тессеракты и смылся, бросив тебя здесь. Ты для него мусор, который давно сыграл свою роль и потому не нужен.

Ее лицо исказилось. Фьёрт, так это правда! Значит, этим «любезным» визитом я обязана не тому, что эльф в Кенаре проявил редкие для мужчин прозорливость и разборчивость. Кира не маг и не воин, ее единственное оружие – умение обольщать – в сегодняшней битве помочь ей не способно, а Шет забрал путевые камни и этим перекрыл шпионке все выходы. Она могла попытаться разыграть жертву перед Баво и Каной, если победят союзники, но этому мешаю я. Ведь мне известно, как дела обстоят на самом деле, и покрывать предательницу я со всей очевидностью не буду. Оставлять меня в живых нельзя.

Я вновь дернулась в приступе отчаяния. Куда там! Паралич все еще действовал. Пальцы уже разгибались чуть быстрее, но через сколько таким темпом у меня получится встать?

Тяни время, Линни. Тяни…

– Была бы ты хоть капельку умнее, вцепилась бы всеми руками и ногами в Бодыгу и сидела бы за ним как за каменной стеной всю жизнь, – выплюнула я. – Впрочем, даже к лучшему, что ты для этого слишком тупая. Он хороший мужчина и найдет себе достойную женщину. А тебя повесят, потому что Шет мгновенно сдаст тебя, как только его поймают. Долго убегать у него не получится, он и так уже забивается в помойные дыры вроде этой. Довольна ты в итоге предательством, а?

Улыбка на лице Киры окончательно превратилась в отталкивающую гримасу. Шпионка вытащила из ножен кинжал, присела на корточки и сначала угрожающе помахала лезвием у меня перед глазами, а потом медленно провела им по моей щеке.

Прикосновение холодного металла откликнулось ледяным ужасом у меня внутри. Дыхание ускорилось, стало поверхностным.

Так, чем чаще бьется сердце, тем быстрее бежит кровь по венам и тем скорее проходит оцепенение, разве нет?

– Знаешь, о чем я подумала? – тихий голос Киры звучал замогильно. Ее черные глаза безумно блеснули в темноте. – Мне ведь вовсе не обязательно сразу тебя убивать. Чары окаменения еще будут действовать какое-то время. Я вполне успею выколоть тебе глаза и расширить твой милый ротик. Ты будешь чувствовать всё, каждый надрез. А уже потом я тебя убью. Как тебе такая идея, а?

– Ты больная на всю голову. Ничего удивительного, что от тебя старается как можно быстрее избавиться каждый мужчина.

– Ничего, у меня еще будет время, чтобы найти подходящего, – прошипела она. – А твое время подходит к концу.