Пациентка по межзвездной переписке - Мария Павловна Лунёва

ты купила в магазине, — тихо зашептал он. — Знать, что ты здоровая. Слышать шлепки твоих босых ног по полу. Я найду, как тебя вылечить, Лиля, — выдохнул он, упираясь лбом в мое плечо. — Все у нас будет, любимая. Все у нас случится…

Глава 45

Проверив мое состояние в мед.капсуле, Нум, хоть и нехотя, но разрешил пересесть в кресло. Передвигаясь бестолково по отсеку, я не знала, куда себя деть. Чем занять?

И не то чтобы скука одолевала.

Скорее… волнение. Я переживала. Места себе не находила. Мой орш изучал что-то на своем рабочем мониторе, украдкой поглядывая на меня. И это тоже нервировало.

Я не желала ему мешать.

Не придумав ничего лучше, скрылась в каюте. Открыв там шкаф, уставилась на свои обновки. Сколько восторгов было во время их покупки, сейчас же все казалось таким незначительным. Выдохнув, осторожно нагнулась вперед и попыталась навести на полках порядок. Но движения выходили неуклюжими и медленными.

— Лиля, — на мои плечи легли ладони мужа. Я вздрогнула, потому что не услышала его приближения. — Чем ты занята?

В ответ пожала плечиками. Сказать было нечего.

Зато он озвучил свое предложение:

— Может, сходим на наш с тобой участок? Ты ведь его так и не посмотрела?

— У тебя работа, Нум…

— У меня жена, которая от переживаний скоро умом тронется. Вот это для меня важно, все остальное — подождет. Поехали. Подышишь свежим воздухом и немного развеешься. Прогулки еще никому во вред не шли.

Но развернув меня к себе, он не отправился на выход. Заглянув в мои глаза, вдруг опустился на колени и, обняв за талию, пристроил голову на мои бедра. Тяжелая белоснежная мужская коса свесилась с моего колена, кончиком доставая до пола. Нум прикрыл глаза и выдохнул:

— Иногда, ложась в постель, я думал, какой будет женщина, что тронет мое сердце. Брюнетка или блондинка… Странные мысли, но, наверное, они посещают каждого. Я помню момент, как зашел к Кирроси. Смех, такой звонкий. Чистый и искренний. Звук, заставляющий замереть на месте. В тот момент мне стал не важен цвет твоих волос, Лиля. Я смотрел на экран монитора и не мог отвести взгляда. — Он улыбнулся. — Я тебя люблю, милая. И если тебе плохо, просто приди ко мне и расскажи. Поверь, я выслушаю и сделаю все, чтобы тебя взбодрить.

Я осторожно коснулась пальчиками его волос.

— И я люблю тебя, поэтому не хочу мешать.

— Глупенькая, — он поднялся и потянулся за поцелуем…

… Отсек мы смогли покинуть только через несколько минут.

В коридорах корабля было непривычно тихо. Казалось, здесь и вовсе никто не жил. Откинувшись на спинку, я куталась в теплый плед, который накинул на мои плечи Нум.

Оказавшись на трапе, зажмурилась.

Залфа ярко светила, согревая землю. Вокруг все зеленело и пестрело мелкими цветочками. Ничего мне не говоря, муж скатил коляску и направил ее вперед по неширокой тропинке. Она неровно тянулась между низкими деревьями, петляла и вела куда-то в заросли.

— Это лес? — поинтересовалась неуверенно.

С этой стороны я участки действительно еще не видела. Подняв голову, пыталась рассмотреть через густые кроны облака. Но вместо них показался улыбающийся Нум.

— Нет. Скорее просто заросли. Такие бывают возле водоемов. Они тянутся лентой и иногда прерываются небольшими полянами, — задумчиво ответил он. — Я все решаю, нужно ли вырубать эти растения или нет? Как бы и красиво, но и место необходимо под строительство. А нам нужен и дом, и клиника, и ателье тебе.

— И ты хочешь, чтобы все это помещалось на одном участке?

Мне понравилась тема нашего разговора, и я с радостью ухватилась за нее. Ведь это было обсуждение нашего будущего, а что могло быть для меня сейчас интереснее?

— Да, план был такой.

Он кивнул, распрямился и пошел дальше, толкая перед собой кресло. Я же, пристроив голову на жестком подголовнике, следила за выражением его лица. Он странно прикусывал губу, словно думал о чем-то нехорошем.

— Нум… Почему план БЫЛ такой? — спросила с нажимом. — Что в нем изменилось?

Он и вовсе поджал губы. Насторожившись, я села ровнее.

— Сразу нет! — выпалила не задумываясь. — Я не позволю тебе ничего продать, слышишь? Ты сам говорил, я совладелица, и…

— Лиля, цены в черных клиниках бывают такие, что…

— Значит, режь! — воскликнула, перебивая его. — Но, нет. Ты мечтал о клинике. У твоих братьев будут свои дома, своя земля, а у тебя…

— А у меня здоровая, любимая жена! — неожиданно грубо рявкнул он. — Я умею расставлять приоритеты, Лиля. И твое здоровье перевешивает…

— Хватит, — взмолилась я. — Нум, всю жизнь родители на алтарь этого самого здоровья водружали все — и будущее сестер, и все финансы, что только были. Я не хочу, чтобы ты делал то же самое! Я не дам ничего продать! Будем исходить из этого, и все тут. Показывай наш участок и рассказывай, где будет клиника и моя швейная мастерская. И не забывай, что еще нужно за счет каких-то средств все это выстроить.

— Лиля!

— И слушать не хочу, любимый. У меня будет счастливое будущее с домом и клиникой. С тобой, и пусть уж на протезах. За все нужно платить.

— Нет!

— Думаешь, самый упрямый, орш? — Я снова откинулась на спинку кресла и взглянула на него. — Нет, я упрямее.

Он усмехнулся и вдруг тихо засмеялся. Этот приятный звук подействовал на меня успокаивающе.

— А я все думаю, где та упрямая малышка, что с упорством ловила мяч, пытаясь отобрать свое у сестер. Наконец-то, она показала себя. Я знаю, что ты большая упрямица, Лиля. И мне это нравится. Но давай не будем начинать нашу с тобой первую ссору. Не время для нее. Я еще ничего не нашел. Дед, если и отзвонится, то через часик, а то и больше. Это все еще наш участок, и никто его не продает.

— И не продаст!

Я все равно оставила последнее слово за собой. Ответом мне был все тот же тихий смех.

Нум свернул, и мы выехали на большую поляну. Вдалеке виднелась трасса, над которой скользили легкие катерки. А перед нами простиралась водная гладь спокойной реки с песчаными берегами. Кое-где виднелись негустые заросли неизвестной мне травы. На земле в