Елена Миллер - Светлая полоска Тьмы

↑

Глава 71. Возвращение домой

Оставив наложницу поглощать обед, я покинул покои Тэтсуя, прихватив с собой его ноутбук. Толкнув ближайшую дверь по левому борту, я решил расположиться в гостевой каюте, чтобы уладить несколько дел до прибытия в порт. Компьютер запаролирован не был, что и неудивительно, ничего, кроме порно, там не было. Я вызвал брата через "Мир драконов" — он ответил мгновенно, будто ожидал вызова.

— Прими мои соболезнования, лорд Лонгвей. Твой сын храбро сражался и погиб достойно, — сказал я официальную фразу, принятую в этом случае.

— Благодарю, лорд Тарквин, — он умудрился поклониться даже сидя.

Было интересно, за что: за соболезнования или за избавления от строптивого отпрыска. Но сейчас нужно было урегулировать территориальные вопросы, а не злить брата праздным любопытством.

— Я официально заявляю, что не претендую ни на Шанхай, ни на имущество Тэтсуя. Они твои, распоряжайся ими по своему усмотрению.

— Благодарю, это щедрый дар. Моему будущему сыну понадобится территория, когда он подрастет.

— Значит, тебя можно поздравить?

— О, да. Твой подарок был восхитителен, столько огня. Теперь я понимаю, почему ты так нянчишься с видящими.

— Я рад, что ты остался доволен. Надеюсь, претензий у тебя ко мне нет.

— Конечно нет, дорогой брат. Ты отнял у меня одного сына, зато подарил мать для другого. Мы в расчете.

— Хорошо, но есть еще кое-что: Игорь поедет со мной.

— Зачем тебе мой внук?

— Я собираюсь воспитать его вместо отца, которого он лишился по моей вине.

— Это, конечно, твое право. Но не проще было бы избавиться от мальчишки? Если кто-нибудь узнает, кем была его мать, могут возникнуть проблемы, в первую очередь, у тебя, Квинт.

— Пока Игорь под моей опекой, никто из твоих или моих потомков не узнает. В связи с этим, пусть происхождение Антонии тоже останется тайным.

— Это разумно.

— Спасибо, брат. Надеюсь, мы долго не увидимся.

— Чем дольше, тем лучше, — он прервал видеосвязь.

Одно дело улажено, теперь предстоял непростой разговор с Морганой. Мне не хотелось расстраивать ее известием о нарушении Константинопольского договора, но шило в мешке не утаишь. Для контакта с Верховной видящей я перешел на другой сайт. У Древа тоже хватало ресурсов в интернете. Один из них был специально создан для видеосвязи с главой Совета. Адрес с кодом доступа был только у советниц и меня. На мой запрос долго никто не отвечал. В Лондоне сейчас была половина седьмого утра.

— Здравствуй, дорогой, — Моргана наконец-то появилась на экране, как всегда безупречно одетая и причесанная. — Прости за вынужденное ожидание, ты застал меня во время утреннего моциона.

— Прости, что потревожил в такую рань, — я вежливо улыбнулся.

— Не извиняйся. В Восточно-Китайском море сейчас разгар дня.

— Вижу, ты в курсе моих перемещений.

— МИ-6 стало известно о слежке американцев за яхтой, принадлежащей сыну лорда Лонгвея. Ты как раз отправился в Китай и был атакован тройкой их истребителей.

— Я аплодирую твоим людям из спецслужб, они отлично работают.

— Непременно передам им твое восхищение, — она одарила меня улыбкой. — Кстати, судя по тому, что я вижу за твоей спиной, яхту ты догнал и с ее владельцем разобрался.

— Да, Тэтсуя мертв, но я связался с тобой не для того, чтобы хвастаться победой.

— Я тебя внимательно слушаю, дорогой.

— У меня две новости: одна скорбная, другая радостная. С какой начать?

— Начни с плохого, — в ее тоне проскользнули напряженные нотки.

— С прискорбием сообщаю, что советница Мирослава безвременно скончалась.

— Такая утрата, — ни один мускул на ее лице не выдал радости. — Как произошло это печальное событие?

— Мирослава осознала вину за совершенные ошибки и добровольно передала Силу младшей родственнице.

— Я так понимаю, Алле Полонской?

— Да, ей.

— Что стало со счастливой наследницей Силы?

— Я осчастливил ее дополнительно. Поздравь меня, Моргана, я снова стану отцом.

— Какая радость! Поздравляю, Квинт. Это, несомненно, смягчит скорбные вести в Совете о кончине Мирославы.

— Уверен, они обрадуются не меньше тебя.

— А что насчет Неженской? Ты выяснил, что с ней стало?

— Она мертва, я официально это подтверждаю. Мирослава наказала ее за рождение сына.

— Мы не практикуем высшую меру за дар Жизни. Если, конечно, мальчик не был одаренным? — ее взгляд стал холоден.

— Игнат Зарецкий был обычным человеком.

— Странно. Покойная Мирослава вряд ли так поступила бы со своим потомком без веских причин. Клементину за подобный грешок она просто простила, точнее, сделала вид, что не заметила. Праправнучку Мару, кстати, тоже. А тут смертная казнь. Ты не находишь это странным, дорогой?

— Не знал, что у Клементины и Мары есть сыновья.

— Были, они уже давно умерли от старости.

— Что ж, обе эти дамы учувствовали в заговоре Мирославы. Неженская же, наоборот, угрожала ее планам — от нее и избавились.

— Квинт, ты ведь не зря интересовался ее пропажей перед визитом в Китай. После твоего запроса я обратила внимание на тот факт, что известие о предполагаемой смерти Неженской совпадает с рождение Игоря, сына Тэтсуя. Мирослава отдала ему свою правнучку в наложницы, не так ли?

— Именно так.

— Это значит, что клятва моей матери нарушена.

— Да. Константинопольский договор более не действителен.

— Значит, мы беззащитны перед твоей расой.

— Все не так фатально, Моргана.

— Нет, это начало конца, — она покачала головой. — Теперь каждый даркос сможет сделать с нами все, что пожелает. Дело не только в гоне, нас достаточно, чтобы обеспечить каждого из вас наложницей. Но мы обладаем Силой, к которой вы питаете особую жажду. Нас просто выпьют одну за другой как банки с энергетическим напитком. Не забывай еще о Грифонах и Мордреде. Он спит и видит, как зажечь подо мной костер. Начнется новая охота на ведьм. Только в этот раз нам не выжить. Мы исчезнем еще до конца столетия.

— Я предлагаю возобновить договор, тайно. Лонгвей обещал, что никто из его потомков не узнает о проступке Тэтсуя. Я позабочусь о том, чтобы не узнал никто из моих. Игорь теперь под моей опекой — он будет молчать. Ты же позаботишься о сохранении тайны со своей стороны.

— Зачем тебе это? Почти две тысячи лет ты возился с нами, а теперь у тебя есть дочь Странника.

— Считай это прихотью, — я тепло улыбнулся ей. — Ты готова повторить клятвы?