Тайны пустоты - Валентина Ильинична Елисеева

имя чьего-то «блага» или «высших целей» и никогда не приводит к положительному результату. Никогда, эта истина подтверждена многократно, и никому в Альянсе не пришло бы в голову ожидать от нас подобного поступка. Когда Оррин на миг заподозрил, что мои мысли свернули в этом направлении, он расхохотался.

– Я родилась не в Альянсе и мне было трудновато рассмеяться при таких сомнениях.

– Я люблю тебя и запрещаю тебе когда-либо сомневаться в истинности этого утверждения!

– Не рычите, стратег, условия брачного договора должны обсуждаться спокойно и взвешенно! – веселилась Таша, шутливо отбиваясь от Стейза, у которого будто бы выросли тысячи рук.

...

Несколько дней спустя

– Ты предпочитаешь свадебное платье белого цвета, принятого в твоём мире, или алого, как принято у нас? – поинтересовалась мать Стейза, скачивая на визор объемные голограммы каталогов. Таша, не успевшая задуматься о проблеме цвета платья (и даже не знавшая о её существовании!) растерялась. Сенатору хватило беглого взгляда, чтобы верно расценить все её метания и открыть каталог с нарядами комбинированных цветов: – Прекрасно смотрится белое атласное платье с отделкой из нежно-коралловых кружев и такими же украшениями для волос.

Сосредоточенно уставившись на модели, Таша твёрдо сказала себе:

«Свекровь, понимающая тебя без слов – это прекрасно и точка! Моё непонимание её мотивов куда хуже и уже выходило мне боком, так что не фантазируем и обо всём спрашиваем прямо, радуясь неспособности наурианцев лгать».

– Почему вы так настаиваете на скорейшей свадьбе?

– Стейз не сможет на следующих выборах заявить свою кандидатуру на пост Верховного Стратега, если не обзаведётся женой и детьми, а до следующих выборов осталось всего девять лет.

«Ого, праведным гражданам Альянса не чужды честолюбие и карьеризм?!» – изумилась Таша и мигом услышала:

– Разумеется, я бы не стала подталкивать сына к выдвижению его кандидатуры, если б не убеждение, что с обязанностями Верховного стратега он справится лучше всех прочих претендентов на эту ответственную должность. Не смущайся, для тебя является нормой подозревать людей в эгоистичных амбициях, мы с мужем отдаём себе в этом отчёт.

«Свекровь, понимающая тебя без слов – это прекрасно и точка! – повторила про себя Таша, стараясь не сжимать зубы. – Как там советовал психолог? Сосредоточиться на привлекательных моментах? Сенатор очень похожа на сына: Стейз явно в мать пошёл. Такая же форма лица, носа, бровей, такой же пытливый прищур... Хорошие советы дают специалисты Центра!»

– Знаешь, если гражданин Альянса случайно сталкивается с информацией из закрытого мира или вынужденно живёт в нём какой-то срок, его направляют на курс психологической реабилитации в профильный стационар. Не думала туда обратиться?

«М-да... Но на Стейза она всё равно похожа!»

– Я регулярно встречаюсь с психологом Стратегического Центра.

– Прекрасно, но процесс твоей адаптации можно было бы ускорить.

– Это обязательно для выдвижения Стейза по пост? – в лоб спросила Таша. Сенатор отрицательно качнула головой, и Таша постановила: – Тогда постараюсь адаптироваться собственными силами. Мы с вами разные, я тоже отдаю себе в этом отчёт, но...

– Но мы привыкнем друг к другу.

– Совершенно верно.

Понимающая свекровь – редкостное сокровище. Главное – почаще напоминать себе об этом!

...

Спустя два месяца

Откровенно страшась выпускать родителей за стены кабинета Стейза, доставившего на бракосочетание будущих родственников, Таша озвучивала краткое руководство по общению с инопланетянами. В сотый раз напоминала, что зельданцы и кольганцы выглядят не совсем привычно для человека, что в глаза наурианцев заглядывать не стоит и верх неприличия – просить их снять тёмные очки. Что жители Альянса не умеют лгать даже из вежливости и комплименты здесь не приняты – они скорее поставят собеседника в неловкое положение, чем доставят ему удовольствие. Не пугаться голубых энергетических лучей, поднимающихся вверх антигравов, приземляющихся шаттлов, не сомневаться в съедобности выдаваемой биосинтезаторами еды – список инструкций выходил бесконечным.

– Ты специально доводишь меня до истерики?! – не выдержала Ольга Грибнёва.

– Во время церемонии я не смогу постоянно находиться рядом, чтобы подсказать и успокоить, – развела руками Таша.

– Рядом с нами будут родители жениха, разве нет?

– Вот именно, – вздохнула Таша, которой врезалась в память обострённо негативная первая реакция матери на её наурианца, и взялась вызывать по визору одновременно двух своих друзей. – Элис, Бассит, привет. Хочу представить вам моих родителей.

– Этого молодого человека я уже знаю, – обрадовалась мать, приветливо кивая Элису. – Не помню точно, чем вы занимаетесь, кажется, вы специалист технических служб?

«Один из виднейших нуль-физиков нашего скопления галактик, руководитель крупного научно-исследовательского центра, доверенное лицо стратега по Науке межгалактического Альянса», – хотела поправить Таша, но вспомнила про истерику и согласилась:

– Да, мама. А милейший кольганец Бассит – биолог, мой коллега. Они ни на шаг не отойдут от вас сегодня. Оррин – знакомый вам друг жениха – тоже обещал почаще подходить к вам, так что вокруг будет немало уже знакомых вам лиц.

Кто бы заранее предупредил, что самое нервное дело на свете не в пустоте блуждать и на саблезубых котов охотиться, а собираться на собственную свадьбу!

...

Спустя год

Кораллы, опутавшие причудливыми изгибами крупный астероид, мягко и таинственно светились в космической мгле, даря умиротворение и надежду. Их блеск вернулся к прежним значениям интенсивности, как говорил Стейз, и стал ещё более притягательным и безмятежным по мнению Таши. Согласно последним исследованиям, кораллы играли роль своеобразных «пищевых звеньев» в экосистеме подпространства. Они, как хищные растения планет, подманивали к себе людей своей неземной красотой и впитывали их эмоции, подкармливая энергией пустоту. Кораллы были единственной прямой связью подпространства с материальным миром и верным индикатором его «самочувствия». Когда разрушения структуры пустоты стали критическими, нити её связи с объектами в реальности оборвались, и Таша увидела чёрные пустые полосы, исчертившие космическое чудо. Теперь они исчезли, сменившись яркими росчерками огоньков на общем фоне.

– Среди авгуров распространяется новая популярная философия, что вся эволюция человечества на множестве планет затевалась природой с единственной целью: подтолкнуть людей к построению космических кораблей, которые доставят их к коралловым рифам космоса, – с улыбкой прошептал Стейз в распущенные волосы Таши. – Посмотри: большинство присутствующих на смотровой площадке – авгуры. Они считают своим долгом почаще подпитывать эмоциями мглу подпространства, исполняя тем своё предназначение промежуточного звена эволюции. Звена, нужного ей для существования пустоты.

– Той теперь и без лишней подпитки неплохо живётся, – ответственно заявила Таша, как старший эколог той самой пустоты.