Воинственные фейри - Каролайн Пекхам

видела по телевизору и в новостях бесчисленное количество раз на протяжении своей жизни.

Мелинда Альтаир была потрясающе красива, а также невероятно сильна, и когда она смотрела на меня, мне пришлось бороться с желанием ерзать на своем сиденье, которое на самом деле было скорее скамейкой с непромокаемым матрасом на ней.

— Клянусь звездами, это правда, не так ли? — вздохнула она, ее темно-синие глаза буравили меня, когда она закрыла за собой дверь и шагнула в комнату. — Марлоу был в бешенстве и кричал, когда я пришла к нему, но единственное, в чем он был непреклонен — это ты.

— Я… — начала я, чувствуя полную потерю слов, потому что я сидела в этом месте уже несколько часов и все еще не имела ни малейшего представления о том, что делать с мыслью, что этот чувак должен быть моим настоящим донором спермы.

Я имею в виду, я ненавидела своего так называемого отца. Это не было чем-то таким, о чем я часто задумывалась, что заставляло меня чувствовать грусть или что-то подобное, это был просто факт. Этот парень бросил мою маму, разбил ей сердце во второй раз, так что она так и не смогла вернуться к нормальной жизни после этого, и оставил меня расти без отца. Я никогда особенно не расстраивалась из-за этого, потому что никогда не знала ничего другого. Но было ли мне горько? Да, черт возьми, да. А теперь я пыталась понять, что он никогда не был трусом. Он никогда не выбирал уйти от нас. Что моя мама не бредила тем, что его похитили или что, блядь, она думала, с ним случилось и… да… блядь.

— Есть простой способ убедиться в этом, если ты не возражаешь, чтобы я взяла каплю твоей крови? — спросила Мелинда, придвигаясь ближе и опускаясь на скамейку рядом со мной. Как ей удалось сделать так, чтобы это выглядело как трон, уму непостижимо, но я знала, что не смогу справиться с этим дерьмом.

— Эээ… — ух ты, слова ускользнули от меня. Я производила отличное впечатление. Но я не могла не чувствовать себя немного нерешительной из-за того, что кто-то берет мою кровь после того, как я была заперта по милости Короля в течение нескольких недель, пока он регулярно осушал меня.

— Ничего страшного, правда. Я могу быть первой, чтобы продемонстрировать тебе, — Мелинда достала из кармана маленькую бутылочку, откупорила ее и поднесла к свету, чтобы я могла видеть прозрачную жидкость, тускло мерцающую на свету. — Если мы кровные родственники, то она станет белой, когда наша кровь смешается в ней. Если нет, то она станет черной, и никакого вреда не будет. Но, боюсь, я вынуждена настаивать на том, чтобы ты это сделала. Ты можешь себе представить, что в такой семье, как моя, не исключено, что кто-то может попытаться солгать о подобном, а поскольку Марлоу не помнит, чтобы твоя мать была беременна… — она замолчала, терпеливо ожидая, пока я произнесу полное предложение, и я медленно выдохнула.

— Да. Я понимаю. Мне и самой трудно в это поверить, так что давайте получим твердый ответ, а потом… ну, потом мы просто посмотрим, — я пожала плечами, и она засияла, ее клыки оскалились и вызвали дрожь в моем позвоночнике, пока я боролась с желанием отодвинуться от нее подальше.

Я держалась на ногах. Но Вампир во мне предупреждал, что в этой схватке мне не победить. Мне оставалось только надеяться, что у нее не возникнет идеи забрать у меня мои Источники, потому что я была уверена, что умру, если мне придется бороться с ней за них.

Я наблюдала, как она уколола кончик пальца об один клык и пустила струйку крови в зелье, прежде чем залечить небольшую рану, а затем последовала ее примеру.

Мой взгляд не отрывался от зелья, пока капля моей крови падала в него. Две красные точки кружились по кругу, вместо того чтобы раствориться в остальной жидкости. Затем все это стало становиться все ярче и ярче, пока не засияло белым блеском, от которого глазам стало больно смотреть на него.

Мелинда двигалась так быстро, что я даже не успела понять, что происходит, слыша звон бьющегося стекла, а ее руки крепко обхватили меня, и она прижала меня к себе в объятиях, которые сопровождались тихими всхлипами.

— О, моя милая девочка, — дышала она мне в волосы, когда я с запозданием вернула ее объятия, чувствуя себя как-то странно, но в то же время как-то тепло внутри. — Ты потерялась, а мы даже не знали, что тебя нужно искать.

Она держала меня так несколько долгих секунд, затем отстранилась, принюхиваясь, и зажала мое лицо между ладонями, чтобы рассмотреть меня более внимательно.

— Что это? — спросила она с любопытством, глядя в мои глаза и, несомненно, видя серебро, прячущееся в них.

— О, да, я нашла свою Элизианскую Пару, — объяснила я, думая о Леоне и надеясь, что он сейчас не сходит с ума. Неужели он и Данте даже не догадываются, где мы все находимся?

— Я вижу, — ответила она. — Но почему на тебя наложено заклинание сокрытия?

— Подожди, — задохнулась я, почувствовав, как ее магия коснулась моей, но это было бесполезно. Она была слишком сильна и слишком хорошо обучена, и разрушила мою работу менее чем за мгновение, резко вдохнув и схватившись за грудь, уставившись на меня с немым укором.

— У тебя в глазах три кольца, — пробормотала она, наполовину про себя, нахмурив брови, пытаясь собрать все воедино. Я была удивлена, что она смогла разглядеть три отдельных кольца, поскольку никто, кроме меня, еще не понял, что они не были одним сплошным слоем серебра. Но я догадалась, что поскольку она тоже была Вампиром, ее зрение было таким же острым, как и мое.

— Это не то, что ты думаешь, — начала я, хотя это было совсем не так, и она отпустила меня, откинувшись на спинку кресла, нахмурившись, словно ей не нравилось, что я лгу ей. Но что мне оставалось делать? Я не могла рисковать тем, что может обрушиться на головы Данте и Райдера, если их банды узнают о нас, особенно пока мир между ними так непрочен.

Мелинда полезла во внутренний карман и протянула мне еще один маленький пузырек с зельем.

— Выпей это, — приказала она, ее голос был густым от принуждения, настолько сильного, что когда ее магия ударила по моим ментальным барьерам, она разрушила их, и я проглотила содержимое зелья прежде, чем успела подумать о том, чтобы попытаться отбиться от нее.

Она