Мертвым можно всё - Евгения Соловьева

сапог, и Лучано вздрогнул – как есть голос этого их местного снега!

– Ну да… – с сомнением протянул второй. – Тащить сюда лютню? Не понимаю!

– Я тоже, – бесстрастно согласился синьор Ледяная Глыба. – Но это не отменяет того факта, что лютня была для них важна, кому бы она ни принадлежала.

«Лютня? – встрепенулся Лучано. – Моя Ласточка! Точно! Откуда она здесь? Ласточка ведь была на Донне, а та убежала… И когда Айлин проводила ритуал, лютни рядом со мной не было… Впрочем, я же терял сознание, тогда, наверное, ее и принесли».

– Драммонд, вы поймали вторую лошадь? – так же холодно поинтересовался синьор в белом.

– Еще нет, – отозвался один из черно-фиолетовых. – Слишком напугана, никак не могу ее подманить. Жаль оставлять, красивая кобыла…

– Милорд Райнгартен, – очень церемонно обратился синьор в белом к одному из старших магов, крепышу в бьющей по глазам оранжевой мантии. – Могу я попросить вас о любезности? Мастеру вашей квалификации, несомненно, не составит труда…

– Только ради вас, Дарра, – отозвался тот и повернулся куда-то в сторону. – Ну, где эта ваша кобыла? Учтите, господа адепты, я ее подманю, но ловить будете сами.

«Это они о Луне, – понял Лучано. – Раз лютня здесь, значит, Донну поймали. Бедная Беллочка… И как Альс переживет потерю своей любимой Искры, совершенно непонятно! Но лишь бы сам жив остался. Впрочем, Айлин обещала…»

Не в силах встать, он обратился в глаза и уши. Сознание то мутилось, то светлело снова, но Лучано ни за что не согласился бы упустить ни одного слова из представления, которое разыгрывалось буквально в трех шагах от него, потому что к грандсиньору Дункану, так и держащему Айлин на руках, подлетел не кто иной, как грандсиньор Бастельеро. В черном камзоле и с огромной драгоценной звездой на груди, он был в точности похож на ворона, ограбившего королевскую сокровищницу. Лучано едва удержался от смешка.

– Роверстан! – проскрежетал Бастельеро, и Лучано изменил свое мнение.

Нет, не ворон, совсем не ворон. Так мог бы говорить огромный скорпион, обратившийся в человека. Вот именно таким лязгающим голосом, срывающимся в угрожающий шелест чешуек. Очень… ядовитый голос. И острый, как жало.

– Что вы здесь делаете? – продолжил грандсиньор некромант тоном, одновременно полным ярости и удивления. – Вы же должны быть на водах!

– И что вам кажется странным? – рассеянно и совершенно спокойно отозвался великолепный синьор Дункан, словно эти двое встретились в траттории и обсуждали погоду. – Мы в Озерном крае, Бастельеро. Вы знаете хоть одно место в Дорвенанте, где было бы больше воды? Так что решительно не вижу никакого противоречия.

Потом присмотрелся к своему собеседнику и тем же равнодушным тоном, в котором – Лучано мог бы поклясться! – не слышалось ни тени фальши, уронил:

– Звезда Архимага? О… поздравляю. Присягу принесу позже, если не возражаете. Сейчас несколько занят.

«Прелесть какая… – подумал Лучано, тая от восхищения. – Не знаю, что там между ними, но так размазать просто безразличием… О, какой мужчина! И какой разговор… грандмастеров!»

Он всмотрелся в две фигуры, застывшие друг напротив друга в тишине, неожиданно обрушившейся на холм. И ничего удивительного – к разговору, как оказалось, прислушивались все.

«Точно грандмастера, – убежденно подумал Лучано. – Оба. А вот тот, в оранжевом, не грандмастер, хотя очень этого хочет. Зато молодой синьор Дарра, который в белом… Он, пожалуй, тоже не грандмастер, но будет. Непременно. Благие Семеро и Баргот, эту тишину ножом резать можно!»

– На воды, значит… – недобро и очень многозначительно протянул Бастельеро. – Кстати, а как вы миновали заставы? Его светлость Аранвен клялся, что мимо его людей муха не проскочит. Вы ведь ехали верхом, я правильно понимаю? Судя по вашему… виду…

Он окинул своего собеседника взглядом, полным тщательно отмеренного интереса пополам с раздражением.

– Заставы? – с той же великолепной рассеянностью переспросил грандсиньор Дункан. – А, да… Там были на дороге после Керуа какие-то посты.

– И вас не задержали?!

– Нет, как видите, – пожал могучими плечами Дункан. – Боюсь, я не понял, что это заставы людей канцлера, и попросту их проехал.

– Мимо?! – поразился некромант.

– Сквозь, – с легким раздражением от его непонятливости бросил Дункан.

Посмотрел куда-то над головой собеседника и велел:

– Поторопитесь с носилками, господа.

– Минуту, Дункан! – отозвался огромный синьор, тоже жгуче черноволосый, но не южанин, насколько мог разглядеть Лучано. – Сейчас все будет.

И действительно, носилки, наскоро связанные из срубленных толстых веток и застеленные куртками, появились как по волшебству. Лучано увидел, как на них с величайшей осторожностью переложили Аластора и черноволосый здоровяк, командовавший гуардо, или кем они тут были, бережно поднял обе секиры.

Один из его подчиненных подхватил арбалет Лучано и даже сумку снова наполнил болтами, вытащив их из дохлых демонов. Дисциплина, однако, у этих ребят на высоте.

– Их было всего-то двое… – восхищенно пробормотал один из гуардо другому. – Два юнца, даже не солдаты!

– Еще и профаны, – подхватил второй, и Лучано понял, что эти синьоры как раз маги.

Причем, судя по выучке, боевые маги. Ну, неудивительно, кого еще брать для охраны в такое место?

К нему тоже подошли с носилками, и Лучано вцепился в сумку, гадая, там ли еще Перлюрен. Сунул руку, нащупал мягкое и, слава Всеблагой Матери, теплое дышащее тельце, успокоенно выдохнул. Живой…

Самому перебраться на носилки у него сил не хватило, но это и не понадобилось.

– Лежи, парень! – посоветовал один из магов, и они аккуратно переложили Лучано, вдвоем подняв его с земли. – Эй, ты ведь итлиец, верно? Да не пропадет твоя сумка, не бойся, – хохотнул он и положил драгоценную поклажу рядом с Лучано. – Сейчас доберемся до лазарета, и скоро будешь как новенький. Для того, кто прикрывал нашу Ревенгар, самое лучшее.

Лучано хотел сказать про лютню, но язык по-прежнему не ворочался.

«Ладно, – подумал он. – Надеюсь, такие блистательные грандсиньоры не сопрут лютню у бедного наемника? Хотя знаю я этих аристократов. Если что, попрошу Аластора заступиться. Ну, или сам сопру ее обратно, Шип я или кто?»

– Роверстан, вы не изволите положить Ай… адептку Ревенгар на носилки? – раздался все тот же шелестящий от скрытого гнева голос грандсиньора Бастельеро.

– Не изволю, – скупо отозвался Дункан, а потом попросил: – Магистр Бреннан, вы не могли бы объяснить милорду Архимагу, что…

И добавил несколько слов, из которых Лучано понял только про неразрывную связь и равновесие, остальную речь составляли непроизносимые магические термины, которые с тем же успехом могли оказаться и ругательствами.

– О-о-о… – понимающе протянул пожилой целитель и подтвердил: – Милорд Бастельеро, поверьте, так будет лучше. Наш дорогой Дун… хм… магистр Роверстан совершенно прав. Ему ни в коем случае не следует отпускать бедную девочку. Так, первыми заводите лошадей! – велел он. – После них коридор будет шире и устойчивее.

– Бреннан, ну хоть вы не лезьте не в свое дело, умоляю! – раздался вопль синьора мага в оранжевой мантии. – Занимайтесь ранеными, а с порталом я управлюсь без вас. Господа, ведите лошадей! Роверстан, свое чудовище проведете сами, он же никого не подпускает! Потом – носилки! И будьте любезны выдерживать паузу хотя бы в полминуты. Это вам не полный стационарный портал все-таки! Эддерли, я все слышу! Никаких «вернемся потом и вырвем клыки у тех здоровенных»! Учтите, если вас размажет порталом, я скажу вашему отцу, что вы сами были виноваты! Вы поняли?!

– Он понял, милорд магистр, – отозвался почему-то синьор Дарра, которого Лучано на миг увидел среди черно-фиолетовых юнцов сияющим белым пятном. – Не извольте беспокоиться. Саймон, ты непредусмотрителен.

Сообщив это, он отделился от остальных и подошел к Аластору. Склонился над ним