Остаться до рассвета (СИ) - Арина Предгорная

знаю, что у тебя больше возможностей, ресурсов, знаний, в конце концов, но я не могу оставаться в стороне, понимаешь?

Он легонько сжал её ладонь.

— Всё свелось к тому, что я ищу способ самому достучаться до Пропасти, её высших. Где-то есть особенные записи на чёрном листе, хранящие описание ритуала. Хотя вот, как видишь, низшим сущностям ничто не мешает являться. Когда-то я был достаточно безумен, чтобы пытаться с ними говорить, но йгены не понимают человеческую речь, Эль.

— Но…

— Я не считаю твои слова бредом, но сам не нашёл им подтверждения. Завидев меня, эти твари пытаются или выпить, или сожрать, а лучше последовательно. Кроме того, я получил информацию, ну как информацию — жалкие обрывки, из первых уст, о том, что связываться нужно именно с аргутом, иметь дело со йгеном бесполезно.

Элге хмурилась, беспокойно шевелила ладонью в его руке.

— Что за чёрный лист?

— Я его так и не нашёл. Иногда кажется, что меня намеренно пустили по ложному следу. Потом уже я начал просматривать все записи, какие удавалось заполучить: книги, древние манускрипты, дневники. Что угодно, любого цвета. Колдовал над страницами: вдруг нужная спрятана под иллюзией. Нет, ни-че-го.

— Кто рассказал тебе о нём?

Элге ощутила, как закаменели плечи мага.

— Тот, кто нашёл способ разговаривать с Пропастью. Тот, кто вовлёк меня в… процесс.

— Он сам не выжил, верно? Когда он тебе обо всём рассказал?

— Верно, — после паузы отозвался Ар. — Я разговаривал с его духом, позже, сильно позже, после всего. Знаешь… куда только не заглянешь в надежде снять эти цепи.

Он дёрнул свободной рукой, будто сбрасывал неподъёмную тяжесть. Элге прикрыла глаза, пытаясь вместе с выдохом вытолкнуть из себя эту боль.

— Почему тот человек не захотел с тобой разговаривать? Мёртвые обычно не скупятся поделиться знаниями, они редко злобствуют, и вообще практически неспособны испытывать эмоции. Им всё равно, если то, что я знаю об этой стороне…не-жизни, правда.

— Обычно не злобствуют и не вредничают, — угрюмо согласился маг. — Мне удалось получить доступ к спискам магов, практиковавших подобное колдовство. Их было немного — из тех, чьи имена удалось узнать, пятеро или шестеро… Все умерли не своей смертью. Каждого из них я вызвал, чтобы раз за разом убеждаться — никто не помнит ни описания, ни формулы вызова. Все раздобытые ими сведения перекочевали к последнему ритуалисту, и он же потрудился сделать так, чтобы и в посмертии никто больше не смог завладеть этими сведениями.

— Как такое возможно?! — ахнула Элге, с силой вцепившись в его ладонь. — Какой же силой надо обладать, чтобы..??

— Он был очень силён, — отрешённо согласился Ар. — И я знал его при жизни, и это, хм, знакомство нельзя было назвать приятным. Он совсем не обрадовался, увидев, кто его потревожил.

— Знакомство..?

— Больше. Нас связывало родство. Я почти ничего не добился, Эль. Этот призрак хохотал мне в лицо, говорило, что всё замкнулось на нём, а мне ничего не добиться. На мёртвого практически невозможно влиять, нельзя подчинить его себе, заставить говорить. Только уговорить, упросить…или пообещать что-нибудь взамен. Мне нечего оказалось обещать, Элге. Дать ему то, что он так хотел, я не мог. Мне удалось вытащить только то, что все его записи были не только спрятаны в тайнике, но и зачарованы — они должны были рассыпаться прахом в миг его смерти. Судя по тому, что найти эти записи не удалось, так и есть. И что не исключено, что он не всех магов сумел найти, кто-то остался неучтённым, со своими знаниями. Он, в посмертии своём, якобы увидел особые чёрные листы с описанием ритуала. Если очень повезёт — … А я, имея возможность изучать содержимое самых секретных архивов и тайных личных библиотек, как видишь, оказался в этом невезуч.

Так странно видеть, как человек переживает за тебя, как за себя самого…ещё совсем недавно чужой, посторонний человек.

— Ар! Кто он? Ты сказал о родстве! Что за чудовище могло так издеваться?..

— Мой отец.

Элге подавилась воздухом.

Эхо последнего разговора, приоткрывшего завесу клубка тайн чуть шире, чем обычно, так и бродило по полянке, носилось наперегонки с ветерком над гладью озера, заглядывало в домик. На лице Ара она читала досаду: не хотел расстраивать, не хотел новой порции жалости, но её вела не жалость.

— Ты был единственным сыном? Ар, ну пожалуйста! Мне важно знать!

Он криво усмехался, оставил попытки увести разговор в сторону.

— Это знание ровным счётом ничего не изменит, но — нет, не единственным. Были ещё.

— Те жертвы, которые он собирался приносить во имя бессмертия, если весь этот ужас удалось бы воплотить — ты говорил про детей? Про его собственных детей?! Про твоих братьев и сестёр?!

— Тише, Эль, тише. Не надо было говорить.

— Ар!!

Девушку потряхивало, она обнимала себя за плечи, и, не выдержав, маг привлёк её к себе, согревая.

— У меня не было сестёр. В остальном — да, любая жертва не сгодилась бы. Скио просил/просило именно плоть от плоти, кровь от крови, — маг нехорошо улыбнулся. — Для…отца не являлось проблемой завести детей. Можно было даже не признавать их официально, так даже проще. Я рад, что его замыслы провалились следом за ним. Не принимай всё это близко к сердцу. Это было давно.

— Ты ещё скажи, что всё хорошо! — шмыгнула носом рыжая герцогиня.

Он потёрся носом о её макушку, прижал крепче.